Гефтер: утверждать, что жилые дома в 1999 году взрывала ФСБ, мы не можем

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Общественная комиссия по расследованию обстоятельств взрывов домов в Москве и Волгодонске и учений в Рязани в сентябре 1999 года пока не может назвать организаторов тех взрывов. Об этом на состоявшейся вчера, 2 июня, пресс-конференции в Независимом пресс-центре в Москве заявил член комиссии, гендиректор Института прав человека и член правления Международного общества ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) Валентин Гефтер.

"Если быть добросовестным, то собранная информация, с моей точки зрения, не дает стопроцентных, или с большой долей вероятности, оснований утверждать, что в причастности к взрывам в Москве и Волгодонске, про инцидент в Рязани я не говорю, можно обвинить конкретных работников конкретных спецслужб. Что совершенно не значит обратного", - заявил, подводя промежуточные итоги работы Общественной комиссии по расследованию взрывов 1999 года Валентин Гефтер.

Правозащитник кратко напомнил обстоятельства и итоги работы правоохранительных органов и суда по уголовному делу о тех взрывах:  "Мало, что можно было расследовать вне официального следствия. В той части, которая касалась взрывов в Москве и Волгодонске, оно велось довольно тщательно смешанной бригадой следователей ФСБ и прокуратуры. Вылилось всё это в процесс над Крымшамхаловым и Деккушевым, которые были приговорены к пожизненному заключению. Сами они, в московских взрывах не принимали участие, по приговору они только готовили взрывчатую смесь и участвовали непосредственно в проведении взрыва в Волгодонске. Все остальные подозреваемые были убиты на территории России и Грузии, при разных, очень непростых обстоятельствах. Главный обвиняемый – Ачемез Гочияев – исчез и, вообще, фигура полуопределённая".

"Довольно большую работу, особенно по тем обвиняемым, которые находились за пределами России, провела исследовательская группа, которая базировалась в Лондоне, в неё входил, кстати, и Александр Литвиненко – с ним мы тоже встречались в начале 2000-х годов и обменивались разного рода информацией, которая была известна той группе и нам. Третий эпизод, которым занималась наша общественная комиссия, был рязанский, по которому, более или менее, точки над "i" расставлены и там уши спецслужб торчат напрямую", - продолжал Гефтер, выступая 1 июня на пресс-конференции в защиту осужденного адвоката Михаила Трепашкина – также участвовавшего в работе общественной комиссии по расследованию взрывов домов в российских городах в 1999 году.

"Презумпция, в данном случае, должна быть простая. Странности по отдельным эпизодам, которые сопутствовали страшным событиям сентября 1999-го, остаются непрояснёнными даже после судебного процесса над Крымшамхаловым и Деккушевым, на который Трепашкина не допустили. Значит, то, что следственные органы и суд не захотели или не смогли выяснить эти странные обстоятельства, говорит о том, что дело не закрыто. Страница не перевернута, и рано или поздно мы надеемся, и дай бог, будет здоров Михаил Трепашкин – и с его помощью – продвинуться в нашем расследовании дальше", - не престает надеяться докопаться до правды Валентин Гефтер.

Другой участник встречи в Независимом пресс-центре и член упомянутой общественной комиссии, лидер движения "За права человека" Лев Пономарёв рассказал о суде над обвиняемыми в теракта в Москве и Волгодонске: "Суд был скомкан. Повестки двумстам или тремстам потерпевшим разосланы не были. Только те потерпевшие, которых мы приглашали, которые хотели участвовать - приходили в суд и сами в какой-то коробке находили себе повестки. Процесс шёл с нарушением процессуальных норм, ускоренными темпами и, было очевидно, что устранение Трепашкина от данного суда стороне обвинения крайне необходимо.

"Главный эпизод, на который Михаил Трепашкин обращал внимание – подмена в ходе следствия фоторобота человека (опознанного им как тайного агента ФСБ Владимира Романовича), который арендовал подвал во взорванном позднее доме в Москве, на фото Ачемеза Гочияева – возможно, и был ключевым моментом в этом судебном процессе. Но, он в суде не исследовался. Когда Трепашкин был устранён из дела, этот момент был "забыт", - добавил Лев Пономарёв.

"Арест Михаила Ивановича был произведен за 9 дней до начала судебного процесса, на котором он должен был выступать представителем интересов пострадавших от взрывов жилых домов. Понятно, что+ все обвинения Трепашкину, "притянуты за уши". После того, как эпизод с подброшенным ему пистолетом рассыпался в суде, стало совершенно очевидно, что преследование Михаила – госзаказ", - заявил координатор Общественного комитета в защиту политзаключенного М. Трепашкина Михаил Кригер. Он считает озвученные Трепашкиным обвинения ФСБ в подготовке взрывов домов в 1999 году, довольно убедительными.

Именно эти тяжкие обвинения, брошенные в сторону спецслужб государства, и стали, по мнению правозащитников, основной причиной фабрикации двух уголовных дел против Михаила Трепашкина и его осуждения. Помимо этого, за год до своего ареста, в 1998 году, Трепашкин, вместе с Александром Литвиненко принял участие в пресс-конференции, на которой он обвинил ФСБ в коррупции и организации бессудных казней.

"Система ему отомстила, и продолжает мстить до сих пор. Хотят закрепить его в экологически очень тяжелых нижнетагильских условиях именно для того, чтобы человек не так, так эдак был выведен из строя", - полагает Валентин Гефтер.

Общественный комитет в защиту Трепашкина распространил на прошедшей 1 июня пресс-конференции компакт-диски с фильмами, посвященными взрывам жилых домов в Москве, Буйнакске и Волгодонске и инциденту с минированием жилого дома в Рязани в 1999 году "Покушение на Россию" Жан-Шарля Деньо и "Недоверие" Андрея Некрасова. В последнем содержится и интервью М. Трепашкина.

Напомним: унесшие более трёх сотен человеческих жизней теракты в российских городах в сентябре 1999 года, вызвали шок среди населения страны. Во взрывах были обвинены сепаратисты Ичкерии (организация признана террористической и запрещена на территории России), что официально послужило причиной возобновления войны в Чечне. Успешные и жестокие войсковые операции, сопряженные с контртеррористической истерией, подогревавшейся подконтрольными государству СМИ, вызвали быстрый рост популярности малоизвестного до этого Владимира Путина и, в итоге, его избрание президентом России.

В заключение встречи в Независимом пресс-центре правозащитники пригласили собравшихся на пикет в защиту Михаила Трепашкина. Он состоится в понедельник, 4 июня, с 18.30 до 19.30 у Соловецкого камня на Лубянской площади Москвы. На пикете также будут бесплатно распространяться сборник "Политзаключенный Михаил Трепашкин" и фильмы "Недоверие" и "Покушение на Россию".

Пикет приурочен к рассмотрению 6 июня Свердловским областным судом кассационной жалобы на решение Тагилстроевского районного суда Нижнего Тагила о переводе Трепашкина на общий режим исправительно-трудовой колонии из колонии-поселения. Акция согласована с префектурой Центрального административного округа Москвы.

Как сообщал "Кавказский узел", экс-офицер ФСБ Михаил Трепашкин был осужден Московским окружным военным судом 19 мая 2004 года за разглашение гостайны. Его приговорили к 4 годам лишения свободы с отбыванием срока в колонии-поселении.