Читатель! Обновили закладки в браузере? Мы теперь на http://www.kavkaz-uzel.eu/
Ибрагим Мусаев. Ярославль, 29 августа 2013 г. Фото Татьяны Гантимуровой для "Кавказского узла"

02 сентября 2013, 15:15

Ибрагим Мусаев: "Спецслужбы убили военного, раскрывшего поставки оружия курдам, и могут убить меня"

2 сентября 2013 года Ярославский областной суд принял решение об экстрадиции в Азербайджан сотрудника Министерства национальной безопасности (МНБ) Нахичеванской автономной республики (НАР) Ибрагима Мусаева, который пытался получить в России статус беженца. В интервью "Кавказскому узлу" Мусаев рассказал, что власти Нахичевани занимаются поставками оружия курдским террористам в Турции. Также он сообщил, что получил в Азербайджане задание на убийство жены Тураджа Зейналова - водителя, работавшего в аэропорту, арестованного по подозрению в шпионаже в пользу Ирана и умершего в МНБ в г.Нахичевани. По словам Мусаева, именно Зейналову случайно попали документы, подтверждающие поставки оружия турецким курдам, которые он ксерокопировал.

"Кавказский узел" ("КУ"): Ибрагим, расскажите, пожалуйста, как вы попали на работу в спецслужбы Азербайджана. Вы долго там работали?

Ибрагим Мусаев (И.М.): Когда я учился в девятом классе, я поступил в Нахичевани в общевойсковое училище. Учился я охотно, мне нравилась моя будущая профессия. 20 процентов наших земель сейчас у Армении, и у меня есть желание эти земли вернуть. К тому же, я умел обращаться с оружием: меня научил отец, который до прихода к власти Гейдара Алиева работал в МВД. Это было еще в середине 90-х, в стране была напряженная обстановка. У нас в доме был и автомат, и пистолеты. Мне тогда было 16 лет. Но доучиться в училище мне не дали. Я хотел сдать экзамены экстерном, чтобы получить побыстрее звание и идти служить. Это было возможно. Но после первого курса меня однажды у входа в училище встретил человек по имени Ильгар Хаджиев. Мы с ним познакомились, и он сказал, что они получали отчеты о всех курсантах и заметили меня - как одного из лучших. Мне предложили работу и сказали, что сами будут дальше меня учить.

Я получил документы на другое имя и меня отправили в Турцию. Первый раз я поехал туда в ноябре 2009 года на 3 дня, а потом в начале 2010 года на 2 месяца. Вроде как на учебу, но никакой учебы там не было. Мне дали пластиковую карту. Я просто жил в отеле, гулял. А когда вернулся, мне сказали, что я успешно прошел первый этап, не объясняя, в чем он заключался. Видимо, просто проверяли, как я поведу себя. Потом меня много раз отправляли в Иран иногда на один день, иногда до 2-3 недель. Затем уже в Нахичевани мне стали давать конкретные задания.

Ибрагим Мусаев - сотрудник азербайджанского Министерства национальной безопасности (МНБ) Нахичеванской автономной республики (НАР) с середины 2000-х годов. Работал в сфере разведки и контрразведки преимущественно по иранскому направлению.

После гибели в 2011 году в МНБ НАР Тураджа (Турача) Зейналова, обвиненного в шпионаже в пользу Ирана, оказался участником кампании азербайджанских спецслужб, развернутой против родных Зейналова.

В 2012 году уехал из Азербайджана в Россию, где подал ходатайство о получении статуса беженца. По инициативе Азербайджана был объявлен в международный розыск по обвинению в мошенничестве и провел 6 месяцев в российском СИЗО. Выступил с серией разоблачительных заявлений о деятельности властей Азербайджана.

 2 сентября 2013 года российским судом принято решение об экстрадиции Мусаева в Азербайджан. По словам самого Мусаева, в случае выдачи он может быть убит в Азербайджане спецслужбами.

С начала 2010 года я стал стажером МНБ. Мой отец ушел в оппозицию к действующей власти, когда к власти пришел Гейдар Алиев. На него было покушение, и он был вынужден покинуть Азербайджан в 2003 или в 2004 году. И мне тогда сказали, что им интересно, какой путь для себя выбрал я. Сказал, что готов вступить в партию Алиева "Новый Азербайджан", что буду служить своему народу, и что политические взгляды моего отца меня не интересуют. У меня с отцом 15 лет никакого контакта не было: ни телефонных звонков, ни писем. Он жил в России. И я так понимаю, что это было сделано, чтобы нас не подставлять, ради нашей безопасности. Некоторые нюансы в отношении отца могли бы препятствовать мне и при поступлении в органы национальной безопасности, но я грамотно эти вопросы решил, доказывал свою надежность.

"КУ": В чем это заключалось?

И.М.: Я был стажером МНБ до своего совершеннолетия и выполнял разные поручения: узнавал, какие настроения у членов оппозиционной партии, получал некоторую информацию, следил за людьми, слушал. Мне давали, к примеру, задания узнавать, какие настроения среди оппозиционеров. Информация, которую я получал не была такой серьезной. Об этом все знали. Просто я подтверждал то, что было уже известно.

"КУ": Могли ли на вас надавить, припомнив оппозиционность отца, если бы вы отказались сотрудничать с МНБ?

И.М.: Никакого давления на меня не было в плане того, что мой отец был в оппозиции. К тому времени я уже доказал, что у меня другие взгляды и я сознательно сотрудничал с МНБ.

"КУ": Что изменилось после достижения вами совершеннолетия?

И.М.: Когда исполнилось 18 лет, мне сказали, что для поступления на работу в органы мешает одно: отсутствие военного билета и диплома о высшем образовании. Я спросил начальника своего отдела Ильгара Хаджиева, как можно решить этот вопрос, и он сказал, что это решается за 30 тысяч манатов. У меня тогда была земля, я эту землю продал и еще продал две машины, чтобы на эти деньги получить военный билет. Но вообще у меня вместе с братом был тогда свой бизнес - мы торговали машинами и финансово были хорошо обеспечены. Свой диплом в итоге я вообще не видел. Мне дали на руки только военный билет. Все остальные документы находились в отделе кадров МНБ. Мне дали удостоверение сотрудника (есть его копия): взяли в штат в звании лейтенанта. Это было в 2010 году.

Однако я понимал, что диплом, который куплен, - это пустышка, а образование все равно нужно получить. И я поступил в университет на архитектурный факультет. Я немного рисую и поэтому экзамены сдал самостоятельно, без какой-либо протекции со стороны МНБ. В министерстве не препятствовали, но попросили, чтобы моя учеба не помешала основной работе. В том же университете на психолога училась и моя жена. (Позже и меня, и ее отчислили, по понятным причинам).

"КУ": После того, как вы официально стали сотрудником МНБ, что входило в ваши задачи?

И.М.: Работа моя первое время заключалась в том, что я стоял у въезда в город Нахичевань, был помощником особиста. Помощником особиста я прослужил чуть меньше года. Потом меня взяли в  отдел контрразведки. Там я общался с таксистами, которые совершают поездки в Иран, чтобы они сообщали, кто часто ездит в Иран и что эти люди говорят. Мне нужно было завербовать людей, составить группу, которая бы постоянно снабжала меня информацией. В Иране у меня тоже был человек, который информировал меня по интересующим МНБ вопросам. Меня также часто отправляли в Иран - всегда по разным паспортам - для сбора информации среди людей, которых я сам нашел. Благодаря одному такому информатору мне поступила информация, что в Азербайджане готовится террористическая операция. Около Нахичевани есть озеро, из которого поступает питьевая вода. Ограды вокруг озера не было и иранская спецслужба  Эттелат, имевшая агентурную сеть в Азербайджане, собиралась отравить воду в этом озере. Я собрал оперативную группу, и мы поймали этих людей. Я тогда получил благодарность от главы Нахичевани Васифа Талыбова за благополучное проведение этой операции. Меня повысили в должности и разрешили работать по собственному плану.

"КУ": Какое озеро они собирались отравить? Есть ли у вас уверенность в подлинности этого заговора? На чем она основывается?

То, что такой заговор был, говорят документы, которые у меня были и свидетельские показания. Когда я там работал, я сделал ксерокопии всех документов, свидетельствующих о том, как проводились операции, в которых я участвовал. Позже меня направили особистом в международный аэропорт города Нахичевань. Спецслужбы Ирана и Азербайджана друг с другом постоянно борются, пытаются  проводить какие-то террористические акции. Те районы Ирана, которые находятся на приграничной территории с Азербайджаном и которые заселены  азербайджанцами, азербайджанские власти всегда очень хорошо снабжают всем необходимым. И вот когда я работал в аэропорту, я старательно наблюдал за теми иранцами, которые чаще других курсировали между Ираном и Азербайджаном. И тогда уже шла речь о том, что я буду заниматься именно Ираном. Потом меня забрали в министерство, и я стал работать там. У меня были к тому моменту уже проверенные люди, от которых я получал информацию.

"КУ": У вас возникли проблемы с МНБ после того, как в августе 2011 года был осужден за шпионаж в пользу Ирана Турадж Зейналов. Что произошло?

И.М. О том, что Зейналов сотрудничает со спецслужбами Ирана, написали в протоколе задержания, но на самом деле всё было совсем иначе.

Дело в том, что два раза в неделю из Баку в Нахичевань летает грузовой самолет, на борту которого находятся разного рода боеприпасы и оружие. Так вот Зейналов работал шофером в группе, которая обслуживает эти самолеты. Военный, который сопровождал грузы и у которого были документы о том, сколько оружия прибыло и куда это оружие направляется, был однажды в состоянии опьянения. И, когда разгружали самолет, этот военный покинул кабину машины, забыв документы. При этом он отправил Зейналова на дежурной машине по каким-то делам, и в тот момент Зейналов сделал копии этих оставленных в машине бумаг. Он это сделал, когда увидел по документам, что все эти боеприпасы из Нахичевани отправляются в Турцию курдской террористической организации ПКК (транслитерация выражения «Partiya Karkeren Kurdistan» - прим. "Кавказского узла").

2 августа 2011 года документы попали к Зейналову, и 24 августа его арестовали.

"КУ": Власти в Баку точно знали об этих поставках?

И.М.: На границе с установлены специальные локаторы, которые отслеживают и входящие, и исходящие потоки грузов. И никто – ни власти Азербайджана, ни власти Нахичевани не могут сказать, что ничего об этом не знают. Ведь эти локаторы фиксируют все металлические изделия. Центральное наблюдение за показателями с локаторов ведется из Баку.

"КУ": А что Зейналов сделал с отснятыми копиями?

И.М.: Он стал раздавать копии своим знакомым. Об этом узнали, и он был задержан. Арестовали его и еще четверых. Троих из них потом освободили, а одного осудили на 6 лет. Но, по моей информации, этот человек тоже, вероятно, уже на свободе.

Четверо арестованных с Зейналовым были на самом деле наши люди, которые работали на МНБ. Когда я спрашивал у нашего начальника, почему мы их арестовали, он сказал, что это наши фишки, которые мы в дальнейшем будем использовать.

Эти люди дали ложные показания на Зейналова как свидетели и как его подельники: будто бы они вместе с ним встречались с сотрудником спецслужб Ирана, передавали эту информацию и фото. То есть его оговорили, подставили. Ирану такого рода информация, какую, якобы, получил Турадж, была в общем-то и не нужна.

"КУ": Скольким своим знакомым Зейналов передал копии? У кого-то сейчас эти копии есть? Известно ли, что это за люди? Какова их судьба?

И.М.: Копии документов Зейналовым были переданы знакомым в Нахичевани. А также отправлены за границу. Об этих людях в МНБ не знают, но я их знаю.

"КУ": Как происходило задержание Зейналова?

И.М.: 24 августа 2011 года ему позвонили, и он сам приехал в МНБ. Там его и задержали, обвинив в шпионаже. На первом же допросе Турадж сказал, что понимает, что его задержали из-за отсканированных документов. Еще он говорил, что собирается отдать полученные копии в газеты. То есть это был потенциальный международный скандал.

Глава Нахичевани – курд. Курды в Турции постоянно находятся  в состоянии войны с властью. Если смотреть со стороны публичных заявлений политиков, то Азербайджан сотрудничает с Турцией и никаких напряженных отношений в международном плане не наблюдается. А тут курдам, которые находятся на территории Турции, отправляется оружие из Азербайджана. Выходит, что мы действуем против Турции.

Впрочем, это и так давно и всем было ясно - что Азербайджан поддерживает ПКК. О том, что консервы из Азербайджана отправлялись ПКК, говорили даже на турецком ТВ. Я и сам догадывался о том, что есть какие-то контакты с ПКК , но прямых доказательств у меня не было. И Зейналов – это первый человек, у которого на руках были документы. И.Хаджиев еще сказал, что это очень серьезное дело, что речь идет об отношениях Азербайджана с Турцией и никто не хочет рисковать.

"КУ": Как получилось, что Зейналов, которого задержали, оказался в итоге мертв?

И.М.: Я хотел помочь Тураджу. В данном случае было бы лучше, если бы он подписал документ, что он действительно сотрудничал с иранской разведкой. Ему дали бы срок, а в это время я хотел, через кого-то выйти на международные правозащитные организации, предоставить им документы, которые были у Тураджа и вытащить его. Но он не согласился, он мне тоже не верил.

До ареста я с Зейналовым не был знаком, но я знал, что никаких связей с иранскими спецслужбами у него нет, что предательство совершает руководство МНБ и наше правительство, а не Зейналов. Мне было жаль его, поэтому я хотел ему помочь.

Его задержали до 27 августа. И все дни после этого сильно пытали специальным электрическим оборудованием. Но он не согласился подписывать документы. Турадж не первый человек, который такому подвергся. И не первый убитый.

27 августа в 7 часов утра мы уже все были на работе, и мне лично Ильгар Хаджиев сказал, что есть приказ убивать Зейналова. Беседа с И.Хаджиевым происходила у него в кабинете и длилась около 15 минут. Я сказал, что всем ясно, что Зейналов не виновен. На что мне сказано было, что если его не убить, то он может из тюрьмы что-то рассказать из того, что знает. Хаджиев сказал, что это очень серьезное дело, что речь идет об отношениях Азербайджана с Турцией и нельзя рисковать.

Тут еще важно понимать, что финансовое обеспечение ПКК идет из бюджета Нахичевани, а Нахичевань получает финансы из Азербайджана. При этом, однако, в Нахичевани все отели, АЗС, строительные холдинги, банки - собственные. И владельцы все - курды. Документы у меня все есть - что на кого оформлено. Миллионы манатов крутятся в Нахичевани. И в ПКК деньги оттуда отправляются. Министры и депутаты в Азербайджане не могут даже какой-то приказ отдать насчет НАР, потому что они боятся. Курды очень сильны, в том числе и финансово.

Я постараюсь это дело довести до конца. Жизнь отдам. Я буду везде доказывать, показывать. Я хотел бы именно на этих президентских выборах показать все преступления этой власти. За себя я не боюсь. Но у меня в Нахичевани жена, дочка, мама, брат, тетя, ее сыновья. Каждый день кого-то арестовывают на несколько суток. Разбили телефонный магазин, который у них был. Тетю уволили с работы.

Из-за того, что я бывший сотрудник спецслужбы Азербайджана, ни одна страна в мире не примет меня в качестве беженца. Не станет давать мне политического убежища.

"КУ": Вы сказали, что жена приехала с вами в Россию. Почему сейчас она в Азербайджане?

Она уехала в начале 2013 года, потому что у меня не было средств содержать ее здесь с ребенком.

"КУ": Вы сами видели расправу над Зейналовым?

И.М.: Когда дело дошло до расправы, я поехал за сотрудником МНБ Тамаховым, это человек, который ведет прослушки, занимается скрытым видеонаблюдением. И вот я поехал за ним. Все, что происходило в время убийства Зейналова, снимали на камеру. Я сам не участвовал и не смотрел.

Тураджа убили, используя что-то вроде автомобильного домкрата-лебедки. При такой казни надевают на шею петлю, ноги привязывают и шею буквально вырывают путем натяжения. В течении 5 секунд человек умирает. Убили Тураджа. Ему было 33 или 34 года. Это было 27 августа. (Хотя везде почему-то пишут, что 28-го.)

Потом обсуждали, как можно родственникам обосновать смерть Зейналова. Хотя и заранее это было отчасти придумано. Решили, что сделают вскрытие и экспертиза даст заключение, что Турадж умер от тромба в легких. Но еще очень хорошо были видны следы пыток электричеством и следы избиения, поэтому написали еще, что у него был рак кожи.

Но я спросил, как же объяснить след от петли на шее. Это же будет шумное дело, потому что все родственники знали, что Тураджа вызывали в МНБ. Тогда решили, что надо отрезать голову по следу петли, а потом пришить. Как будто и голову судмедэксперт проверял, хотя так обычно при вскрытии не поступают.

"КУ": Как родственники отреагировали на гибель Зейналова?

И.М.: Сначала тело все равно не выдавали, пока не подняла шум правозащитница Малахат Насибова. Министр тогда сказал, что если Малахат здесь, то, будет большой шум. Тело решили выдать.

"КУ": Когда выдали тело?

И.М.: Тело выдали 28 августа. При этом родственники момент выдачи сняли на видео и выложили в интернет. Потом похоронили. В селе, где жил Зейналов, всех предупредили, что если они придут на похороны, то всех уволят с работы. Но люди все равно пришли. Много народу было.

Но вообще в Азербайджане сейчас тяжелое время. В одном селе соседи не знают: кто на кого доносит. Очень много стукачей. Люди не могут зарабатывать и за какие-то копейки даже брата заложат.

После похорон родственникам Тураджа сказали, чтобы они шум не поднимали, и пообещали выплатить компенсацию 50 тысяч манатов (По курсу Центрального Банка РФ на 31.08.2013 г. 1 азербайджанский манат равен 42,4182 руб. – Прим. "Кавказского узла".) и снять статью. Родственники ждали, что МНБ выплатит им эти деньги как компенсацию за гибель и закроет дело, но дело закрыто не было. Уже убитого Тураджа судили по статье как предателя Родины, и мертвому человеку дали срок, хотя по закону такого быть не может. Это для того, чтобы его родственников снимать с работы, мучить их - как родственников предателя родины.

Родственники три месяца ждали 50 тысяч манатов, но наш министр и 50 копеек не даст. МНБ нужно было выиграть время. Малахат предлагала поднять шум, но родственники только спустя три месяца обратились к ней за помощью. После этого отец Тураджа, жена Тураджа Гюльнар Агаева и Малахат Насибова полетели в Баку и там стали обращаться во все правозащитные организации, в представительство ООН и прочие. Их так замучили, что они уже претензий не имели, но просили только снять статью с их сына. Это позор для семьи.

В ноябре 2011 года мне дали задание скомпрометировать жену Тураджа в роли моей любовницы. Переспать с ней и снять на скрытую камеру. Для кавказской женщины это очень серьезно. Еще была задача поймать ее с наркотиками, чтобы я предложил ей стать наркокурьером. Сначала я долго не соглашался это сделать и меня тогда пугали не понижением по службе, а тем, что пострадают мои родные: мать, брат, тетя. Вариантов у меня не было.

"КУ": То есть вы ее скомпрометировали?

И.М.: Я сделал все, что сказали. Еще в Баку в ноябре 2011 года она с первого телефонного разговора пошла со мной на контакт и согласилась на встречи. У меня есть все записи, сохранились все видеозаписи и переписка в "Фейсбуке". Перевозить наркотики Гюльнара не согласилась, но в связь со мной она вступила, и это было снято скрытой камерой. Съемками занимался Тамахов. Все это происходило в Баку, а потом в Нахичевани продолжалось.

В Нахичевани несколько человек из МНБ в форме милиции ворвались в квартиру, Гюльнара была в тот момент обнаженная. Нашли и у меня, и у нее наркотики. Ее долго снимали обнаженной

В августе 2012 года она позвонила нашему министру В.Аскерову и сказала, что знает, что ее подставил сотрудник МНБ и что она этого так не оставит. Она хотела журналистам рассказать об этом.

И вот летом 2012 года (я тогда уже был женат) мне сказали, что я должен ее убить. Они боялись шума, который она может поднять. Это было бы плохо для престижа министерства и для тех, кто наверху.

Я сказал, что убивать не буду, и хотел уйти, но услышал звук затвора пистолета. Думал, в меня сейчас выстрелят, повернулся, а министр себе к голове приставил пистолет, трясется и говорит: вы меня подставили. Я вернулся, мы стали разговаривать. Потом я все тянул время.

"КУ": Что с Гюльнарой происходит сейчас?

И.М.: Сейчас она с ними сотрудничает. И даже на камеру она говорит, что ее муж умер от страха, потому что совершил предательство. И подтверждает, что вообще он болел и что у него был рак. Говорит, что никаких претензий у нее нет.

"КУ": Расскажите, пожалуйста, как вы оказались в России?

И.М.: Я приехал в Россию 2 сентября 2012 года, 12 сентября ко мне присоединилась жена. Она тогда была беременна.

До декабря мы жили в Ярославле. Потом, когда я и мои близкие заметили, что меня фотографируют на улице неизвестные люди, стало понятно, что за мной следят. Тогда уже в январе мы решили обратиться в общественную организацию в Москве, в "Гражданское содействие" - с целью получить статус беженца. Мы стали оформлять документы, мне дали документ вместо паспорта и свидетельство о ходатайстве для получения статуса беженца. Азербайджанский паспорт забрали. "Гражданское содействие" нам очень помогало.

Когда я был в ФМС, я сам сказал, что с 14 декабря 2012 года объявлен в международный розыск по заявлению азербайджанских спецслужб, которые хотят, чтобы меня отправили в Азербайджан. Если это произойдет, там сделают так, чтобы я замолчал навсегда, - убьют меня. Они хотят, чтоб я молчал, потому что у меня есть сведения о сотрудниках министерства национальной безопасности города Нахичевань, по всем операциям, в которых я участвовал, есть копии документов.

2 января 2013 года я обратился с ходатайством о предоставлении мне статуса беженца. И мое заявление должны были рассмотреть в течении трех месяцев, но через месяц меня арестовали.

"КУ": Почему вы решили отправиться именно в Россию?

И.М.: У меня здесь отец живет уже 15 лет, и я надеялся на его помощь.

"КУ": Как вам удалось покинуть Азербайджан?

И.М.: Из Азербайджана я не убегал. Я уехал в Россию законно. МНБ НАР и МНБ Азербайджана были в курсе, они меня сами отправили в Россию. Я не буду говорить, с какой целью. Потом они сделали так, чтобы через 10 дней приехала сюда моя жена. Когда приехала моя жена, я прекратил всякие связи с МНБ. Есть некоторые нюансы, но я многое не могу сказать из соображений безопасности.

У меня есть видео и аудиозаписи президента Азербайджана, главы НАР, нашего министра. Есть документы. Я могу это всё отдать хоть сегодня. Но мне нужна поддержка, а в России я эту поддержку не могу получить. Мне нужно выехать из России. Здесь я пробыл 6 месяцев в СИЗО как человек, который находится в международном розыске за мошенничество - будто бы я у кого взял деньги на свадьбу 90 тысяч рублей. Но ведь нет никакой расписки. Это даже не конкретные деньги, которые я якобы взял в долг. На эту сумму были закуплены продукты на свадьбу. И вообще это гражданские правовые отношения, но никак не уголовное дело.

"КУ": Когда вы оказались в СИЗО?

И.М.: Я был в Москве, у меня родилась дочка, потом мы поехали в Ярославль, и у моего отца дома 5 февраля 2013 года меня задержали сотрудники миграционной службы. Отправили в Фрунзенское РОВД во временный изолятор, где я провел сутки. Потом 7 февраля был суд.

В СИЗО ко мне относились очень грубо, несколько раз били. А у меня пневмония, мне уже тяжело дышать и двигаться. В течении 6 месяцев только три раза мне разрешили в СИЗО передачу. Почему все это? Потому что есть заказ. Потому что чиновники Азербайджана договорились с чиновниками России, чтобы меня выдали.

Я вышел из СИЗО, потому что истек допустимый срок содержания под стражей, и уже через пять минут меня снова задержали. Стали составлять протокол, очень смешной: с мая вы незаконно находитесь на территории России, и вас сегодня же будут экстрадировать после того, как суд примет решение. Я говорю: с мая я был в СИЗО и там моя регистрация должна быть оформлена. Я не подписал протокол. Они подали в суд, суд им отказал.

Но с меня взяли подписку о невыезде. Хотя та статья, по которой меня объявили в международный розыск, - это просто абсурд.

У вас в России нет никакого правосудия, нет никакого закона!

С Ибрагимом Мусаевым беседовала собственный корреспондент "Кавказского узла" Татьяна Гантимурова.

29 августа 2013 года

Знаешь больше? Не молчи!
Lt feedback banner
Лента новостей

27 августа 2016, 19:39

27 августа 2016, 18:41

27 августа 2016, 17:41

27 августа 2016, 16:50

27 августа 2016, 15:48

Архив новостей
Персоналии

Все персоналии