Ибрагим Мусаев. Ярославль, 29 августа 2013 г. Фото Татьяны Гантимуровой для "Кавказского узла"

02 сентября 2013, 15:15

Ибрагим Мусаев: "Спецслужбы убили военного, раскрывшего поставки оружия курдам, и могут убить меня"

2 сентября 2013 года Ярославский областной суд принял решение об экстрадиции в Азербайджан сотрудника Министерства национальной безопасности (МНБ) Нахичеванской автономной республики (НАР) Ибрагима Мусаева, который пытался получить в России статус беженца. В интервью "Кавказскому узлу" Мусаев рассказал, что власти Нахичевани занимаются поставками оружия курдским террористам в Турции. Также он сообщил, что получил в Азербайджане задание на убийство жены Тураджа Зейналова - водителя, работавшего в аэропорту, арестованного по подозрению в шпионаже в пользу Ирана и умершего в МНБ в г.Нахичевани. По словам Мусаева, именно Зейналову случайно попали документы, подтверждающие поставки оружия турецким курдам, которые он ксерокопировал.

"Кавказский узел" ("КУ"): Ибрагим, расскажите, пожалуйста, как вы попали на работу в спецслужбы Азербайджана. Вы долго там работали?

Ибрагим Мусаев (И.М.): Когда я учился в девятом классе, я поступил в Нахичевани в общевойсковое училище. Учился я охотно, мне нравилась моя будущая профессия. 20 процентов наших земель сейчас у Армении, и у меня есть желание эти земли вернуть. К тому же, я умел обращаться с оружием: меня научил отец, который до прихода к власти Гейдара Алиева работал в МВД. Это было еще в середине 90-х, в стране была напряженная обстановка. У нас в доме был и автомат, и пистолеты. Мне тогда было 16 лет. Но доучиться в училище мне не дали. Я хотел сдать экзамены экстерном, чтобы получить побыстрее звание и идти служить. Это было возможно. Но после первого курса меня однажды у входа в училище встретил человек по имени Ильгар Хаджиев. Мы с ним познакомились, и он сказал, что они получали отчеты о всех курсантах и заметили меня - как одного из лучших. Мне предложили работу и сказали, что сами будут дальше меня учить.

Я получил документы на другое имя и меня отправили в Турцию. Первый раз я поехал туда в ноябре 2009 года на 3 дня, а потом в начале 2010 года на 2 месяца. Вроде как на учебу, но никакой учебы там не было. Мне дали пластиковую карту. Я просто жил в отеле, гулял. А когда вернулся, мне сказали, что я успешно прошел первый этап, не объясняя, в чем он заключался. Видимо, просто проверяли, как я поведу себя. Потом меня много раз отправляли в Иран иногда на один день, иногда до 2-3 недель. Затем уже в Нахичевани мне стали давать конкретные задания.

Ибрагим Мусаев - сотрудник азербайджанского Министерства национальной безопасности (МНБ) Нахичеванской автономной республики (НАР) с середины 2000-х годов. Работал в сфере разведки и контрразведки преимущественно по иранскому направлению.

После гибели в 2011 году в МНБ НАР Тураджа (Турача) Зейналова, обвиненного в шпионаже в пользу Ирана, оказался участником кампании азербайджанских спецслужб, развернутой против родных Зейналова.

В 2012 году уехал из Азербайджана в Россию, где подал ходатайство о получении статуса беженца. По инициативе Азербайджана был объявлен в международный розыск по обвинению в мошенничестве и провел 6 месяцев в российском СИЗО. Выступил с серией разоблачительных заявлений о деятельности властей Азербайджана.

 2 сентября 2013 года российским судом принято решение об экстрадиции Мусаева в Азербайджан. По словам самого Мусаева, в случае выдачи он может быть убит в Азербайджане спецслужбами.

С начала 2010 года я стал стажером МНБ. Мой отец ушел в оппозицию к действующей власти, когда к власти пришел Гейдар Алиев. На него было покушение, и он был вынужден покинуть Азербайджан в 2003 или в 2004 году. И мне тогда сказали, что им интересно, какой путь для себя выбрал я. Сказал, что готов вступить в партию Алиева "Новый Азербайджан", что буду служить своему народу, и что политические взгляды моего отца меня не интересуют. У меня с отцом 15 лет никакого контакта не было: ни телефонных звонков, ни писем. Он жил в России. И я так понимаю, что это было сделано, чтобы нас не подставлять, ради нашей безопасности. Некоторые нюансы в отношении отца могли бы препятствовать мне и при поступлении в органы национальной безопасности, но я грамотно эти вопросы решил, доказывал свою надежность.

"КУ": В чем это заключалось?

И.М.: Я был стажером МНБ до своего совершеннолетия и выполнял разные поручения: узнавал, какие настроения у членов оппозиционной партии, получал некоторую информацию, следил за людьми, слушал. Мне давали, к примеру, задания узнавать, какие настроения среди оппозиционеров. Информация, которую я получал не была такой серьезной. Об этом все знали. Просто я подтверждал то, что было уже известно.

"КУ": Могли ли на вас надавить, припомнив оппозиционность отца, если бы вы отказались сотрудничать с МНБ?

И.М.: Никакого давления на меня не было в плане того, что мой отец был в оппозиции. К тому времени я уже доказал, что у меня другие взгляды и я сознательно сотрудничал с МНБ.

"КУ": Что изменилось после достижения вами совершеннолетия?

И.М.: Когда исполнилось 18 лет, мне сказали, что для поступления на работу в органы мешает одно: отсутствие военного билета и диплома о высшем образовании. Я спросил начальника своего отдела Ильгара Хаджиева, как можно решить этот вопрос, и он сказал, что это решается за 30 тысяч манатов. У меня тогда была земля, я эту землю продал и еще продал две машины, чтобы на эти деньги получить военный билет. Но вообще у меня вместе с братом был тогда свой бизнес - мы торговали машинами и финансово были хорошо обеспечены. Свой диплом в итоге я вообще не видел. Мне дали на руки только военный билет. Все остальные документы находились в отделе кадров МНБ. Мне дали удостоверение сотрудника (есть его копия): взяли в штат в звании лейтенанта. Это было в 2010 году.

Однако я понимал, что диплом, который куплен, - это пустышка, а образование все равно нужно получить. И я поступил в университет на архитектурный факультет. Я немного рисую и поэтому экзамены сдал самостоятельно, без какой-либо протекции со стороны МНБ. В министерстве не препятствовали, но попросили, чтобы моя учеба не помешала основной работе. В том же университете на психолога училась и моя жена. (Позже и меня, и ее отчислили, по понятным причинам).

"КУ": После того, как вы официально стали сотрудником МНБ, что входило в ваши задачи?

И.М.: Работа моя первое время заключалась в том, что я стоял у въезда в город Нахичевань, был помощником особиста. Помощником особиста я прослужил чуть меньше года. Потом меня взяли в  отдел контрразведки. Там я общался с таксистами, которые совершают поездки в Иран, чтобы они сообщали, кто часто ездит в Иран и что эти люди говорят. Мне нужно было завербовать людей, составить группу, которая бы постоянно снабжала меня информацией. В Иране у меня тоже был человек, который информировал меня по интересующим МНБ вопросам. Меня также часто отправляли в Иран - всегда по разным паспортам - для сбора информации среди людей, которых я сам нашел. Благодаря одному такому информатору мне поступила информация, что в Азербайджане готовится террористическая операция. Около Нахичевани есть озеро, из которого поступает питьевая вода. Ограды вокруг озера не было и иранская спецслужба  Эттелат, имевшая агентурную сеть в Азербайджане, собиралась отравить воду в этом озере. Я собрал оперативную группу, и мы поймали этих людей. Я тогда получил благодарность от главы Нахичевани Васифа Талыбова за благополучное проведение этой операции. Меня повысили в должности и разрешили работать по собственному плану.

"КУ": Какое озеро они собирались отравить? Есть ли у вас уверенность в подлинности этого заговора? На чем она основывается?

То, что такой заговор был, говорят документы, которые у меня были и свидетельские показания. Когда я там работал, я сделал ксерокопии всех документов, свидетельствующих о том, как проводились операции, в которых я участвовал. Позже меня направили особистом в международный аэропорт города Нахичевань. Спецслужбы Ирана и Азербайджана друг с другом постоянно борются, пытаются  проводить какие-то террористические акции. Те районы Ирана, которые находятся на приграничной территории с Азербайджаном и которые заселены  азербайджанцами, азербайджанские власти всегда очень хорошо снабжают всем необходимым. И вот когда я работал в аэропорту, я старательно наблюдал за теми иранцами, которые чаще других курсировали между Ираном и Азербайджаном. И тогда уже шла речь о том, что я буду заниматься именно Ираном. Потом меня забрали в министерство, и я стал работать там. У меня были к тому моменту уже проверенные люди, от которых я получал информацию.

"КУ": У вас возникли проблемы с МНБ после того, как в августе 2011 года был осужден за шпионаж в пользу Ирана Турадж Зейналов. Что произошло?

И.М. О том, что Зейналов сотрудничает со спецслужбами Ирана, написали в протоколе задержания, но на самом деле всё было совсем иначе.

Дело в том, что два раза в неделю из Баку в Нахичевань летает грузовой самолет, на борту которого находятся разного рода боеприпасы и оружие. Так вот Зейналов работал шофером в группе, которая обслуживает эти самолеты. Военный, который сопровождал грузы и у которого были документы о том, сколько оружия прибыло и куда это оружие направляется, был однажды в состоянии опьянения. И, когда разгружали самолет, этот военный покинул кабину машины, забыв документы. При этом он отправил Зейналова на дежурной машине по каким-то делам, и в тот момент Зейналов сделал копии этих оставленных в машине бумаг. Он это сделал, когда увидел по документам, что все эти боеприпасы из Нахичевани отправляются в Турцию курдской террористической организации ПКК (транслитерация выражения «Partiya Karkeren Kurdistan» - прим. "Кавказского узла").

2 августа 2011 года документы попали к Зейналову, и 24 августа его арестовали.

"КУ": Власти в Баку точно знали об этих поставках?

И.М.: На границе с установлены специальные локаторы, которые отслеживают и входящие, и исходящие потоки грузов. И никто – ни власти Азербайджана, ни власти Нахичевани не могут сказать, что ничего об этом не знают. Ведь эти локаторы фиксируют все металлические изделия. Центральное наблюдение за показателями с локаторов ведется из Баку.

"КУ": А что Зейналов сделал с отснятыми копиями?

И.М.: Он стал раздавать копии своим знакомым. Об этом узнали, и он был задержан. Арестовали его и еще четверых. Троих из них потом освободили, а одного осудили на 6 лет. Но, по моей информации, этот человек тоже, вероятно, уже на свободе.

Четверо арестованных с Зейналовым были на самом деле наши люди, которые работали на МНБ. Когда я спрашивал у нашего начальника, почему мы их арестовали, он сказал, что это наши фишки, которые мы в дальнейшем будем использовать.

Эти люди дали ложные показания на Зейналова как свидетели и как его подельники: будто бы они вместе с ним встречались с сотрудником спецслужб Ирана, передавали эту информацию и фото. То есть его оговорили, подставили. Ирану такого рода информация, какую, якобы, получил Турадж, была в общем-то и не нужна.

"КУ": Скольким своим знакомым Зейналов передал копии? У кого-то сейчас эти копии есть? Известно ли, что это за люди? Какова их судьба?

И.М.: Копии документов Зейналовым были переданы знакомым в Нахичевани. А также отправлены за границу. Об этих людях в МНБ не знают, но я их знаю.

"КУ": Как происходило задержание Зейналова?

И.М.: 24 августа 2011 года ему позвонили, и он сам приехал в МНБ. Там его и задержали, обвинив в шпионаже. На первом же допросе Турадж сказал, что понимает, что его задержали из-за отсканированных документов. Еще он говорил, что собирается отдать полученные копии в газеты. То есть это был потенциальный международный скандал.

Глава Нахичевани – курд. Курды в Турции постоянно находятся  в состоянии войны с властью. Если смотреть со стороны публичных заявлений политиков, то Азербайджан сотрудничает с Турцией и никаких напряженных отношений в международном плане не наблюдается. А тут курдам, которые находятся на территории Турции, отправляется оружие из Азербайджана. Выходит, что мы действуем против Турции.

Впрочем, это и так давно и всем было ясно - что Азербайджан поддерживает ПКК. О том, что консервы из Азербайджана отправлялись ПКК, говорили даже на турецком ТВ. Я и сам догадывался о том, что есть какие-то контакты с ПКК , но прямых доказательств у меня не было. И Зейналов – это первый человек, у которого на руках были документы. И.Хаджиев еще сказал, что это очень серьезное дело, что речь идет об отношениях Азербайджана с Турцией и никто не хочет рисковать.

"КУ": Как получилось, что Зейналов, которого задержали, оказался в итоге мертв?

И.М.: Я хотел помочь Тураджу. В данном случае было бы лучше, если бы он подписал документ, что он действительно сотрудничал с иранской разведкой. Ему дали бы срок, а в это время я хотел, через кого-то выйти на международные правозащитные организации, предоставить им документы, которые были у Тураджа и вытащить его. Но он не согласился, он мне тоже не верил.

До ареста я с Зейналовым не был знаком, но я знал, что никаких связей с иранскими спецслужбами у него нет, что предательство совершает руководство МНБ и наше правительство, а не Зейналов. Мне было жаль его, поэтому я хотел ему помочь.

Его задержали до 27 августа. И все дни после этого сильно пытали специальным электрическим оборудованием. Но он не согласился подписывать документы. Турадж не первый человек, который такому подвергся. И не первый убитый.

27 августа в 7 часов утра мы уже все были на работе, и мне лично Ильгар Хаджиев сказал, что есть приказ убивать Зейналова. Беседа с И.Хаджиевым происходила у него в кабинете и длилась около 15 минут. Я сказал, что всем ясно, что Зейналов не виновен. На что мне сказано было, что если его не убить, то он может из тюрьмы что-то рассказать из того, что знает. Хаджиев сказал, что это очень серьезное дело, что речь идет об отношениях Азербайджана с Турцией и нельзя рисковать.

Тут еще важно понимать, что финансовое обеспечение ПКК идет из бюджета Нахичевани, а Нахичевань получает финансы из Азербайджана. При этом, однако, в Нахичевани все отели, АЗС, строительные холдинги, банки - собственные. И владельцы все - курды. Документы у меня все есть - что на кого оформлено. Миллионы манатов крутятся в Нахичевани. И в ПКК деньги оттуда отправляются. Министры и депутаты в Азербайджане не могут даже какой-то приказ отдать насчет НАР, потому что они боятся. Курды очень сильны, в том числе и финансово.

Я постараюсь это дело довести до конца. Жизнь отдам. Я буду везде доказывать, показывать. Я хотел бы именно на этих президентских выборах показать все преступления этой власти. За себя я не боюсь. Но у меня в Нахичевани жена, дочка, мама, брат, тетя, ее сыновья. Каждый день кого-то арестовывают на несколько суток. Разбили телефонный магазин, который у них был. Тетю уволили с работы.

Из-за того, что я бывший сотрудник спецслужбы Азербайджана, ни одна страна в мире не примет меня в качестве беженца. Не станет давать мне политического убежища.

"КУ": Вы сказали, что жена приехала с вами в Россию. Почему сейчас она в Азербайджане?

Она уехала в начале 2013 года, потому что у меня не было средств содержать ее здесь с ребенком.

"КУ": Вы сами видели расправу над Зейналовым?

И.М.: Когда дело дошло до расправы, я поехал за сотрудником МНБ Тамаховым, это человек, который ведет прослушки, занимается скрытым видеонаблюдением. И вот я поехал за ним. Все, что происходило в время убийства Зейналова, снимали на камеру. Я сам не участвовал и не смотрел.

Тураджа убили, используя что-то вроде автомобильного домкрата-лебедки. При такой казни надевают на шею петлю, ноги привязывают и шею буквально вырывают путем натяжения. В течении 5 секунд человек умирает. Убили Тураджа. Ему было 33 или 34 года. Это было 27 августа. (Хотя везде почему-то пишут, что 28-го.)

Потом обсуждали, как можно родственникам обосновать смерть Зейналова. Хотя и заранее это было отчасти придумано. Решили, что сделают вскрытие и экспертиза даст заключение, что Турадж умер от тромба в легких. Но еще очень хорошо были видны следы пыток электричеством и следы избиения, поэтому написали еще, что у него был рак кожи.

Но я спросил, как же объяснить след от петли на шее. Это же будет шумное дело, потому что все родственники знали, что Тураджа вызывали в МНБ. Тогда решили, что надо отрезать голову по следу петли, а потом пришить. Как будто и голову судмедэксперт проверял, хотя так обычно при вскрытии не поступают.

"КУ": Как родственники отреагировали на гибель Зейналова?

И.М.: Сначала тело все равно не выдавали, пока не подняла шум правозащитница Малахат Насибова. Министр тогда сказал, что если Малахат здесь, то, будет большой шум. Тело решили выдать.

"КУ": Когда выдали тело?

И.М.: Тело выдали 28 августа. При этом родственники момент выдачи сняли на видео и выложили в интернет. Потом похоронили. В селе, где жил Зейналов, всех предупредили, что если они придут на похороны, то всех уволят с работы. Но люди все равно пришли. Много народу было.

Но вообще в Азербайджане сейчас тяжелое время. В одном селе соседи не знают: кто на кого доносит. Очень много стукачей. Люди не могут зарабатывать и за какие-то копейки даже брата заложат.

После похорон родственникам Тураджа сказали, чтобы они шум не поднимали, и пообещали выплатить компенсацию 50 тысяч манатов (По курсу Центрального Банка РФ на 31.08.2013 г. 1 азербайджанский манат равен 42,4182 руб. – Прим. "Кавказского узла".) и снять статью. Родственники ждали, что МНБ выплатит им эти деньги как компенсацию за гибель и закроет дело, но дело закрыто не было. Уже убитого Тураджа судили по статье как предателя Родины, и мертвому человеку дали срок, хотя по закону такого быть не может. Это для того, чтобы его родственников снимать с работы, мучить их - как родственников предателя родины.

Родственники три месяца ждали 50 тысяч манатов, но наш министр и 50 копеек не даст. МНБ нужно было выиграть время. Малахат предлагала поднять шум, но родственники только спустя три месяца обратились к ней за помощью. После этого отец Тураджа, жена Тураджа Гюльнар Агаева и Малахат Насибова полетели в Баку и там стали обращаться во все правозащитные организации, в представительство ООН и прочие. Их так замучили, что они уже претензий не имели, но просили только снять статью с их сына. Это позор для семьи.

В ноябре 2011 года мне дали задание скомпрометировать жену Тураджа в роли моей любовницы. Переспать с ней и снять на скрытую камеру. Для кавказской женщины это очень серьезно. Еще была задача поймать ее с наркотиками, чтобы я предложил ей стать наркокурьером. Сначала я долго не соглашался это сделать и меня тогда пугали не понижением по службе, а тем, что пострадают мои родные: мать, брат, тетя. Вариантов у меня не было.

"КУ": То есть вы ее скомпрометировали?

И.М.: Я сделал все, что сказали. Еще в Баку в ноябре 2011 года она с первого телефонного разговора пошла со мной на контакт и согласилась на встречи. У меня есть все записи, сохранились все видеозаписи и переписка в "Фейсбуке". Перевозить наркотики Гюльнара не согласилась, но в связь со мной она вступила, и это было снято скрытой камерой. Съемками занимался Тамахов. Все это происходило в Баку, а потом в Нахичевани продолжалось.

В Нахичевани несколько человек из МНБ в форме милиции ворвались в квартиру, Гюльнара была в тот момент обнаженная. Нашли и у меня, и у нее наркотики. Ее долго снимали обнаженной

В августе 2012 года она позвонила нашему министру В.Аскерову и сказала, что знает, что ее подставил сотрудник МНБ и что она этого так не оставит. Она хотела журналистам рассказать об этом.

И вот летом 2012 года (я тогда уже был женат) мне сказали, что я должен ее убить. Они боялись шума, который она может поднять. Это было бы плохо для престижа министерства и для тех, кто наверху.

Я сказал, что убивать не буду, и хотел уйти, но услышал звук затвора пистолета. Думал, в меня сейчас выстрелят, повернулся, а министр себе к голове приставил пистолет, трясется и говорит: вы меня подставили. Я вернулся, мы стали разговаривать. Потом я все тянул время.

"КУ": Что с Гюльнарой происходит сейчас?

И.М.: Сейчас она с ними сотрудничает. И даже на камеру она говорит, что ее муж умер от страха, потому что совершил предательство. И подтверждает, что вообще он болел и что у него был рак. Говорит, что никаких претензий у нее нет.

"КУ": Расскажите, пожалуйста, как вы оказались в России?

И.М.: Я приехал в Россию 2 сентября 2012 года, 12 сентября ко мне присоединилась жена. Она тогда была беременна.

До декабря мы жили в Ярославле. Потом, когда я и мои близкие заметили, что меня фотографируют на улице неизвестные люди, стало понятно, что за мной следят. Тогда уже в январе мы решили обратиться в общественную организацию в Москве, в "Гражданское содействие" - с целью получить статус беженца. Мы стали оформлять документы, мне дали документ вместо паспорта и свидетельство о ходатайстве для получения статуса беженца. Азербайджанский паспорт забрали. "Гражданское содействие" нам очень помогало.

Когда я был в ФМС, я сам сказал, что с 14 декабря 2012 года объявлен в международный розыск по заявлению азербайджанских спецслужб, которые хотят, чтобы меня отправили в Азербайджан. Если это произойдет, там сделают так, чтобы я замолчал навсегда, - убьют меня. Они хотят, чтоб я молчал, потому что у меня есть сведения о сотрудниках министерства национальной безопасности города Нахичевань, по всем операциям, в которых я участвовал, есть копии документов.

2 января 2013 года я обратился с ходатайством о предоставлении мне статуса беженца. И мое заявление должны были рассмотреть в течении трех месяцев, но через месяц меня арестовали.

"КУ": Почему вы решили отправиться именно в Россию?

И.М.: У меня здесь отец живет уже 15 лет, и я надеялся на его помощь.

"КУ": Как вам удалось покинуть Азербайджан?

И.М.: Из Азербайджана я не убегал. Я уехал в Россию законно. МНБ НАР и МНБ Азербайджана были в курсе, они меня сами отправили в Россию. Я не буду говорить, с какой целью. Потом они сделали так, чтобы через 10 дней приехала сюда моя жена. Когда приехала моя жена, я прекратил всякие связи с МНБ. Есть некоторые нюансы, но я многое не могу сказать из соображений безопасности.

У меня есть видео и аудиозаписи президента Азербайджана, главы НАР, нашего министра. Есть документы. Я могу это всё отдать хоть сегодня. Но мне нужна поддержка, а в России я эту поддержку не могу получить. Мне нужно выехать из России. Здесь я пробыл 6 месяцев в СИЗО как человек, который находится в международном розыске за мошенничество - будто бы я у кого взял деньги на свадьбу 90 тысяч рублей. Но ведь нет никакой расписки. Это даже не конкретные деньги, которые я якобы взял в долг. На эту сумму были закуплены продукты на свадьбу. И вообще это гражданские правовые отношения, но никак не уголовное дело.

"КУ": Когда вы оказались в СИЗО?

И.М.: Я был в Москве, у меня родилась дочка, потом мы поехали в Ярославль, и у моего отца дома 5 февраля 2013 года меня задержали сотрудники миграционной службы. Отправили в Фрунзенское РОВД во временный изолятор, где я провел сутки. Потом 7 февраля был суд.

В СИЗО ко мне относились очень грубо, несколько раз били. А у меня пневмония, мне уже тяжело дышать и двигаться. В течении 6 месяцев только три раза мне разрешили в СИЗО передачу. Почему все это? Потому что есть заказ. Потому что чиновники Азербайджана договорились с чиновниками России, чтобы меня выдали.

Я вышел из СИЗО, потому что истек допустимый срок содержания под стражей, и уже через пять минут меня снова задержали. Стали составлять протокол, очень смешной: с мая вы незаконно находитесь на территории России, и вас сегодня же будут экстрадировать после того, как суд примет решение. Я говорю: с мая я был в СИЗО и там моя регистрация должна быть оформлена. Я не подписал протокол. Они подали в суд, суд им отказал.

Но с меня взяли подписку о невыезде. Хотя та статья, по которой меня объявили в международный розыск, - это просто абсурд.

У вас в России нет никакого правосудия, нет никакого закона!

С Ибрагимом Мусаевым беседовала собственный корреспондент "Кавказского узла" Татьяна Гантимурова.

29 августа 2013 года

Гласность помогает решить проблемы. Отправь сообщение, фото и видео на «Кавказский узел» через мессенджеры
Lt feedback banner
Фото и видео для публикации нужно присылать именно через Telegram, выбирая при этом функцию «Отправить файл» вместо «Отправить фото» или «Отправить видео». Каналы Telegram и WhatsApp более безопасны для передачи информации, чем обычные SMS. Кнопки работают при установленных приложениях WhatsApp и Telegram.
Лента новостей

20 июня 2018, 05:28

  • Интернат Северной Осетии проверяют по жалобе выпускницы

    Бывшая воспитанница пожаловалась на руководство интерната "Надежда" в Северной Осетии, упрекнув его в том, что детям не доставались некоторые вещи и игрушки, подаренные спонсорами. Министерство образования и детский обмудсмен проводят в учреждении инвентаризацию.

20 июня 2018, 04:21

  • Жители дагестанского села добились приостановки сноса своих домов

    Местные власти смогли договориться с представителями службы судебных приставов о временной приостановке исполнения решения суда о сносе 19 домов, построенных вблизи федерального газопровода в селе Новая Шангода-Шитлиб. Жители села прекратили акцию протеста только после того, как техника для сноса разъехалась, передает корреспондент "Кавказского узла".

20 июня 2018, 03:57

20 июня 2018, 02:46

  • Процесс по делу судьи Мартыновой начался с требования закрыть его для СМИ

    Ростовский областной суд приступил к рассмотрению дела бывшей судьи арбитражного суда Светланы Мартыновой, которая обвиняется в мошенничестве с земельными участками. По версии обвинения, она предложила двум предпринимателям помочь приобрести земли в Кущевском районе, принадлежащие фирме Надежды Цапок. За это Мартынова получила от них более 40 миллионов рублей. В начале процесса обвиняемая высказалась против присутствия в зале суда журналистов, однако судья разрешил представителям СМИ остаться.

20 июня 2018, 01:47

  • Семьям погибших при сходе селя в Кабардино-Балкарии отказано в страховых выплатах

    Жительница поселка Нейтрино Джамиля Локияева через суд потребовала отменить решение госинспекции труда, которая не признала гибель ее мужа Заурбека Теммоева при сходе селя страховым случаем. Вдова главы поселка Эльбрус Мусы Джаппуева Лейла Токуева получила отказ от Фонда социального страхования и тоже обратилась в суд, чтобы отстоять право на выплаты.

«Сафари по-сирийски» - рассказ бывшего боевика
«Сафари по-сирийски» — рассказ бывшего боевика. Полный текст интервью
Архив новостей
Персоналии

Все персоналии