22 апреля 2002, 11:19

Очередная беззаконная "зачистка" в селе Алхан-Кала

Как уже сообщалось, 27 марта 2002 года командующий Объединенной группировкой федеральных войск (сил) в Чечне издал приказ №80, направленный на борьбу с тяжкими преступлениями при проведении спецопераций в населенных пунктах.

Однако, в ходе зачистки села Алхан-Кала Грозненского (сельского) района, проведенной федеральными силами с 11 по 15 апреля 2002 года, этот приказ злостно нарушался.

Номера на бортах многих бронемашин были замазаны, входившие в дома представители федеральных сил не представлялись хозяевам, глава администрации села не была привлечена к проведению спецоперации.

В ходе "зачистки" имели место грабежи, грубость и жестокость по отношению к местным жителям, избиения и пытки задержанных. Два безоружных местных жителя были расстреляны в собственных домах.

В селе, расположенном на берегу реки Сунжа, проживает более 20 тысяч человек. Утром 11 апреля село было блокировано военными. В течение пяти дней тяжелобольные не могли получить врачебную помощь. Дети не могли ходить в школу.

Согласно официальной информации, "зачистке" предшествовало нападение 10 апреля вооруженных формирований ЧРИ на автомобиль "Жигули", в котором находились чеченские милиционеры. В ходе боевого столкновения были убиты: старший лейтенант Шахман Дачаев, милиционеры Муса Авторханов и Барон Басханов, а так же двое нападавших (один из них - 20-ти летний местный житель); двое нападавших - Саид Сосланбеков и Руслан Шургаев были ранены и задержаны. Об этом сообщили ИТАР-ТАСС, Интерфакс-АВН, РИА "Новости".

Как утверждает глава администрации с. Алхан-Кала Малика Умажиева, руководил спецоперацией генерал Игорь Борисович Броневицкий и в ходе ее проведения присутствовал прокурор Северо-Кавказского военного округа Александр Николаевич Ферлевский.

Он находился при оперативном штабе на окраине села. Свободного доступа к нему у местных жителей не было, так как им было опасно передвигаться по селу. Обязательное присутствие прокурора определяется пунктом 2 приказа № 46 Генерального прокурора РФ от 25.07.2001 г. Однако в нем местом нахождения прокурора определено помещение местной администрации.

Глава администрации с. Алхан-Кала Малика Умажиева не была привлечена к операции. Между тем, согласно пункту 2 приказа № 80 Командующего ОГВ(с), "для предупреждения возможных нарушений законов Российской Федерации <...> в ходе проведения специальных операций и мероприятий по выявлению, задержанию и ликвидации главарей и членов бандформирований в населенных пунктах Чеченской Республики", обязательно следует привлекать глав администраций населенных пунктов.

Малика Умажиева по собственной инициативе пыталась вмешиваться в действия лиц, осуществлявших "зачистку", для того, чтобы не допускать совершения ими противоправных действий. Но безрезультатно.

В нарушение пункта 4 приказа Командующего ОГВ(с) номера на военной технике были, по обыкновению, замазаны.

Лица многих военных и сотрудников силовых ведомств были закрыты масками, входя в дома они не представлялись. Этим грубо нарушался пункт 3 приказа № 80, который предписывает "старшим досмотровых групп от подразделений внутренних войск министерства внутренних дел и милиции, выполняющих задачи в пределах населенных пунктов и осуществляющих непосредственную проверку жилых и подсобных помещений, а также хозяйственных построек, находящихся в пределах домовладения, в обязательном порядке представляться хозяевам домовладения с четким указанием своего воинского звания и фамилии, а также цели осуществляемой проверки (досмотра)".

По окончании "зачистки" главе администрации села не были вручены, как это требует пункт 2 приказа № 80, списки задержанных местных жителей. Глава администрации составила такой список самостоятельно, путем опроса населения и из жалоб жителей.

В пункте 3 приказа № 80 Командующего ОГВ (с) от военнослужащих и милиционеров требуется "в ходе проверок проявлять такт, выдержку и вежливость и не поддаваться на возможные попытки спровоцировать военнослужащих на грубость и использование силы".

Вопреки этому, представители федеральных сил обращались с жителями крайне грубо. Например, в семье Магомадовых, проживающих на улице Мира, военнослужащие прямо в доме избили молодого человека, но после проверки документов заявили, что они ошиблись и били не того, кого надо было. Им нужен был Магомадов с отчеством Адамович, а били они человека с отчеством Чинаевич.

По-прежнему, были случаи, когда представители федеральных сил занимались грабежом. Так, в доме Азниевых военные без присутствия понятых вскрыли полы, оскорбляли и пугали детей, толкнули двенадцатилетнюю девочку-инвалида, которая сидела в инвалидной коляске, отчего у нее начался судорожный приступ. После этого мать с детьми затолкали в одну комнату и заперли на ключ. А сами стали выносить из дома понравившиеся им вещи. Так, они унесли из этого дома генератор электрического тока, электромясорубку, электрический чайник, дубленку, куртку, туфли и т.д. Позже Азниева вместе с главой администрации села попытались обратиться к представителям федеральных сил с требованием вернуть унесенные вещи. Однако старший группы, проводившей в доме обыск, заявил: "А что вы думали? Мы пришли сюда, чтобы брать все, что нам нужно".

Призывы местных жителей выполнять приказ № 80, о котором неоднократно сообщалось по телевидению, были тщетными.

В первый день спецоперации, 11 апреля, были задержаны 15 мужчин (Список составлен главой администрации Маликой Умажиевой):

  1. Муса Гериханов,
  2. Увайс Датаев,
  3. Саид Дилаев,
  4. Б. Абакаров,
  5. Руслан Хадизов,
  6. Ибрагим Хабибулаев,
  7. Ахмед Ахмаев,
  8. Джамхотов,
  9. Музаев,
  10. Музаев,
  11. М. Кадыров,
  12. Ш. Магомадов,
  13. Касаев,
  14. Ильяс Уциев,
  15. Ваха Шахабов.

Задержанных отвозили в лесополосу на окраине села, где был организован "временный фильтрационный пункт". Там их избивали, некоторых подвергли пытке током. На следующий день всех задержанных освободили. Они были в тяжелом состоянии и нуждались в медицинской помощи.

В течение последнего года в селе были восстановлены фанерный цех и птицефабрика. Оба эти производственных предприятия в ходе "зачистки" были разгромлены. Помещения местной больницы и сельской администрации, которые были только что отремонтированы, также подверглись погромам.

Глава администрации М. Умажиева просила прокурора Александра Николаевича Ферлевского вмешаться в ход "зачистки". Но прокурор, по словам главы администрации, ответил ей, что военные, проводящие "зачистку", ему не подчиняются и с ним не считаются.

12 апреля в Алхан-Калу на вертолете прилетел генерал В. Молтенской. Он встретился с должностными лицами, руководившими "зачисткой", и улетел.

Когда В. Молтенской покинул село, главу администрации Малику Умажиеву генерал Игорь Борисович Броницкий и прокурор Александр Николаевич Ферлевский пригласили к себе, и предложили подписать протокол о том, что "зачистка" проходила без нарушений прав человека и что у нее нет к ним претензий.

М. Умажиева возразила, что это не соответствует действительности. Но они стали уговаривать ее, подчеркнув, что спецоперация закончена и они в 17.00 покидают село. Поскольку первые два дня "зачистки" прошли без убийств, глава администрации села, опасаясь, что ее упорство спровоцирует военных на более жесткие действия, подписала протокол. Малика Умажиева говорит: "Я поверила им, но они обманули меня. Получили от меня документ, а на следующий день душу свою отвели на людях".

Утром 13 апреля БТР-ы снова въехали в село, и вооруженные люди в камуфляжной форме стали искать и расстреливать тех, кто был в предыдущие дни задержан, а затем освобожден. Ниже мы будем использовать термин "военнослужащие", хотя не известно к какому силовому ведомству принидлежали эти люди - к внутренним войскам, армии, милиции или федеральной службе безопасности.

В 8.30 военнослужащие (приблизительно 40 человек) ворвались в дом Уциевых. Они приехали на двух БТР-х без номеров.

Ильяс Абдул-Азимович Уциев, 30 лет, был задержан 11 апреля, доставлен на "временный фильтрационный пункт", а 12 апреля освобожден. При освобождении у И. Уциева взяли расписку, о том, что с ним обращались хорошо, и что у него нет никаких претензий. Но на самом же деле он был жестоко избит, его подвергали также пытке током: он был весь в синяках, на руках и на теле имелись ожоги.

Ворвавшиеся утром 13 апреля в дом Уциевых военные, выгнали из комнаты женщин. Один из них встал у двери и выстрелил очередью из автомата прямо в Ильяса Уциева, который лежал на кровати и не мог подняться.

После этого военнослужащие закрыли женщин в одной комнате, а плачущих детей - в другой, и в течение трех часов делали видеосъемки в доме и во дворе. Родственники убитого утверждают, что представители федеральных сил сами занесли в дом и сарай во дворе дома оружие, которое потом и засняли. Кроме того, военнослужащие забрали из сарая мешок с мукой, говоря, что это тротил. Женщинам, наблюдавшим за съемкой из окон, военнослужащие пригрозили расстрелом.

Подобным же образом в собственном доме был расстрелян Ваха Шахабов.

Ваха Шахабов был задержан 11 апреля и освобожден 12 апреля. Так же, как и все остальные, он был сильно избит. По рассказам близких, все его тело было покрыто кровавыми синяками, руки от пыток током были синими и опухшими. От этих пыток он стал совсем плохо слышать. После освобождения 12 апреля его принесли домой на руках, так как он не в состоянии был двигаться, и родные буквально кормили его из рук, потому что он не мог есть самостоятельно.

Военнослужащие подъехали на двух БТР-х без номеров и ворвались в дом. Ваху Шахабова они сбросили с кровати и стали избивать ногами. Потом схватили его за шиворот, подняли и поставили лицом к стене. После этого жену выгнали, а комнату заперли на крючок изнутри. Раздалась автоматная очередь.

Узнав о начавшихся расстрелах, жители села спрятали остальных оставшихся в живых 13 человек, их числа отпущенных накануне. 14 апреля военные продолжали врываться в дома, где жили освобожденные ранее люди.

Глава администрации села пыталась защитить людей, обращалась к военным, взывая к закону и к приказу № 80 командующего ОГВ (с) Молтенского. Но военнослужащие оскорбляли ее и смеялись при упоминании этого приказа.

15 апреля военные, подъехавшие на БТР-е, выкинули возле мечети труп человека без головы и без рук. Затем на окраине села нашли еще два трупа. Никто из жителей Алхан-Калы эти тела не опознал.

По официальным данным, в ходе "зачистки" военнослужащие обнаружили "схроны с большим количеством оружия и боеприпасов". Так же найдены: емкость с сильнодействующим ядом, бутылки с самодельной водкой, которая содержала цианистый калий, а в здании начальной школы - "неуправляемый реактивный снаряд, подготовленный для монтажа фугаса" (ИТАР-ТАСС, Интерфакс-АВН, ПРЕСС-ЦЕНТР.РУ).

Во второй половине дня 15 апреля представители федеральных сил покинули Алхан-Калу.

После этого в центре села собрался сход жителей Алхан-Калы, около двух тысяч человек, которые потребовали от властей вмешаться в ситуацию и "выдать убийц, совершивших казнь ни в чем не повинных людей".

В течение нескольких дней трупы не были похоронены. Несмотря на то, что по требованиям религиозной традиции умерших необходимо хоронить в день смерти, люди ждут от сотрудников прокуратуры выполнения всех необходимых следственных действий.

источник: Правозащитный Центр "Мемориал" (Москва)

Знаешь больше? Не молчи!
Lt feedback banner
Лента новостей

18 января 2017, 16:34

18 января 2017, 16:20

18 января 2017, 15:57

18 января 2017, 15:34

18 января 2017, 15:25

Архив новостей
Все SMS-новости
Персоналии

Все персоналии