17 октября 2006, 21:18

Нобелевский номинант Лидия Юсупова: чаще всего правозащитникам в Чечне угрожают силовики

Лидия Юсупова не получила Нобелевскую премию мира в этом году, но сам факт выдвижения сотрудницы представительства Правозащитного центра "Мемориал" в столице Чечни  Грозном на самую престижную из мировых наград чрезвычайно значим для общественной жизни России. О своем личном отношении к этому событию правозащитница рассказала корреспонденту "Кавказского узла".

- Лидия Мухтаровна, номинация на Нобелевскую премию мира - это выдающееся событие и замечательное признание Ваших заслуг.

- Знаете, мне было стыдно - перед теми людьми, которые десятки лет тратили жизнь и здоровье на защиту прав человека в нашей стране. Позвоните Светлане Алексеевне Ганнушкиной в любое время дня и ночи - она будет на связи. Возьмите С. А. Ковалева, Аню Политковскую. Они были бы более достойными кандидатами.

Но, конечно, я тоже была рада, что я, представитель "Мемориала", номинирована, и когда с нами связывались пресса, телевидение, у нас у всех была возможность вновь возвращаться к теме, которую власть считает исчерпанной.

- Выдвижение на Нобелевскую премию имеет какое-то "физическое" воплощение, помимо сообщения в медиа? Например, номинантам выдается соответствующий диплом или что-то подобное?

- Насколько мне известно, ничего такого нет. Честно говоря, я этим не интересовалась.

- Выдвижение на премию имело для Вас и драматические последствия? Были сообщения о том, что Вам угрожали...

- Я даже не считаю это угрозой. Наверное, это было душевное состояние какого-то достаточно убогого человека, даже не понимающего разницы между номинантом и лауреатом. Когда он позвонил и спросил по-чеченски: "Ты адвокат?", я подумала, что это кто-то, кому нужна помощь. Но потом он сказал: "Ты хочешь получить премию? А доживешь ли ты до этого?" Это был не очень связный набор слов с таким смыслом. Я попыталась ему объяснить, что речь идет всего лишь о номинации. Тогда он произнес: "Вы думаете, что будете свободно заниматься своей деятельностью? Вы, ребята, помечтайте об этом". И бросил трубку.

- Вам часто угрожают, и как Вы реагируете на угрозы?

- Когда я находилась в Чечне, угрозы, как правило, звучали от представителей силовых структур. После того как в прошлом году погиб руководитель организации "Спасем поколение", у них в офисе проводили обыски, у ребят требовали какие-то объяснения - оказывалось давление. Одного из сотрудников, работавшего водителем, по звонку вызвали в УФСБ. Ребята позвонили к нам и попросили, чтобы адвокат сходил вместе с ним. Я пришла с этим молодым человеком. Мы подождали минут 20 у двери. Выходят три человека. Говорят ему: пошли. Я спросила: "Сначала объясните, в качестве кого он вызван - как свидетель, подозреваемый, обвиняемый? На основании чего вы его вызываете?" Они стали давить: "Какой ты мужчина, что привел с собой женщину?" Один из них был сильно нетрезв. Я объяснила, что я адвокат и буду представлять его интересы и хочу знать, на каком основании он вызывается. "Нет, он пройдет, а вы не пройдете", - говорят мне. "Нет, - отвечаю я, - тогда он тоже не пойдет. Или мы зайдем вместе и выйдем вместе, или никто к вам не проходит. Были случаи, когда люди исчезали и на территории правительственного комплекса, и на территории ФСБ, зашли и не вышли".

Я сказала молодому человеку по-чеченски: мы уходим, больше нам здесь делать нечего. Тогда в адрес этого парня раздались угрозы: "Ты еще пожалеешь, что послушался ее!" От меня потребовали не говорить на чеченском. Я объяснила: уважаемый, вы приехали работать в Чечню, незнание языка - это ваша профессиональная проблема. Тот, который был сильно выпивши, открыл пачку сигарет и сказал: "Мы еще до вас доберемся! Ваш "Мемориал" думает, что может лезть, куда захочет?" Я спросила: "Вы угрожаете?" Трезвые сотрудники его одернули. На мой вопрос никто не ответил. Мы ушли. Потом я объяснила ребятам из организации: если кого-то из вас вызывают в органы без повестки, обязательно дайте знать общественникам.

"Мемориал" достаточно известен во всем мире, и это служит сдерживающим фактором. Хотя бы временным. А если мы будем обращать внимание на все угрозы, которые слышим, что же нам тогда, забиться в угол?

- Как Вы считаете, Ваша номинация на премию мира имеет положительный резонанс для России?

- О! Это надо спросить у России... Только у какой?

После гибели Ани Политковской, после вчерашних событий в Назрани я ловлю себя на мысли о том, что в этой стране ты должен быть либо мертвецом, либо подлецом, либо пассивным существом, которому все вокруг безразлично. Человеком тебе быть не дадут.

- Лидия Мухтаровна, как Вы отнеслись к словам Путина о том, что гибель Политковской принесла "дeйcтвyющeй влacти бoльший ypoн и yщepб, чeм ee пyбликaции"?

- Мне было просто стыдно. Весь мир скорбел, достаточно было открыть Интернет и почитать отклики. Для всех это был шок. Ведь все понимали, что убили беззащитную женщину, которая никому не могла нанести никакого вреда. Но кому-то помешала. Власть молчала. И когда, наконец, президент страны раскрыл рот, он даже не назвал ее имени. Он сказал: "эта журналистка". Это уже само за себя говорит. Если бы такое сказал грузин или чеченец, там в языках выражение "этот человек" не содержит ничего обидного. В русском это звучит оскорбительно и страшно.

- Что Вы думаете о вчерашнем разгоне пикета памяти Политковской в Назрани?

- Я была бы там, но осталась в Москве как раз потому, что у меня были назначены встречи с журналистами. Завтра я еду туда. Я знаю о том, что произошло, по телефонным разговорам с нашими ребятами. Но важно точно выяснить детали, чтобы понять, было ли это спланированной акцией против Кати Сокирянской.

Человек бил ее прямо в лицо, в руке у него было что-то железное. Почему именно Катю? Значит, знал, в кого метить. Оправдались мои опасения сразу после гибели Политковской, я говорила ребятам: "Катя будет выделяться среди нас".

Они точно выбирают цели. А мы сами виноваты. Мы не должны ничего делать неподготовлено. Нужен предварительный инструктаж: где стоять, кто на кого смотрит, кто снимает. При задержании делается то-то и то-то. Вот права, вот обязанности. Есть момент, когда нужно защитить себя.

Автор: Николай Гладких, корреспондент "Кавказского узла";

Гласность помогает решить проблемы. Отправь сообщение, фото и видео на «Кавказский узел» через мессенджеры
Lt feedback banner
Кнопки работают при установленных приложениях WhastApp и Telegram. Качественные фото для публикации нужно присылать именно через Telegram, с обязательной пометкой «Наилучшее качество». Видео также лучше отправлять через канал в Telegram. Каналы Telegram и WhatsApp более безопасны для передачи информации, чем обычные SMS.
Лента новостей

20 июля 2017, 21:51

  • Рузанна Туко получила направление на обучение от Минздрава Адыгеи

    Министерство здравоохранения Адыгеи выдало Рузанне Туко по ее просьбе направление на обучение в Ставропольском государственном медицинском университете. Девушка решила уехать в Ставрополь, отказавшись от предложений обучаться в Турции и Ростове-на-Дону, заявил правозащитник из Ставрополя Владимир Полубояренко.

20 июля 2017, 21:09

  • Путин пообещал рассмотреть проблему Самурского леса

    Глава лезгинской национально-культурной автономии Ариф Керимов на заседании Совета по межнациональным отношениям обратил внимание российского президента на угрозу Самурскому лесу в Дагестане, которую несет строительство на его территории водопровода. Владимир Путин пообещал отдельно рассмотреть этот вопрос.

20 июля 2017, 20:27

  • Сочинцы заявили о бездействии чиновников при узаконивании самостроя

    Из-за бездействия и нерасторопности чиновников застройщику удалось построить одиннадцатиэтажный жилой дом на участках, предназначенных для малоэтажной жилой застройки, заявил представитель жильцов домов по улице Лысая гора Евгений Скуба. Мэрия добивалась сноса дома, но суд встал на сторону застройщика, признал краевой департамент по надзору за строительством.

20 июля 2017, 20:21

20 июля 2017, 19:40

Архив новостей