Горячий август 96-го

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Август 1996 года. Толпы людей покидают горящий Грозный. Прошло трое суток с момента вхождения боевиков в столицу республики. В центре города идут упорные бои. В первый же день с женой и дочерью мы перебрались в частный дом. И в это утро определились с местом дальнейшего пребывания - будем выбираться из Грозного в Урус-Мартан к родителям.

На подходе к автовокзалу со стороны поселка Войкова к нам присоединились муж с женой и двумя детьми, также выбиравшиеся в Гехи. Когда машина, в кузове которой мы сидели, проезжала дом престарелых в Черноречье, раздались крики: "Вертолеты!". Увидев два вертолета, которые обгоняли нашу колонну, я выхватил из рук жены дочку и спрыгнул с машины. То же сделали и остальные. Пробежав примерно сорок метров до большого дерева, я положил девочку на землю и прикрыл собой. Вертолеты, обогнав колонну, развернулись, и один из них начал стрелять ракетами. Взрывы, разлетающиеся осколки. Крики, шум, обращения к Всевышнему - все слилось.

В это время ко мне прибился еще один мужчина с девочкой лет восьми, которая кричала от страха. Не обращая внимания на ее вопли, я схватил девочку за шею и уложил на землю лицом вниз. Наконец, на наше счастье, видимо, вертолеты развернулись и улетели. Люди стали собираться на дороге. Внимательно осмотрев лес, я решил не выходить на дорогу и пешком пробраться к трассе Ростов-Баку, которая, по словам беженцев, не обстреливалась. Однако жена на каждом шагу ныла, что не может идти. Потом, на следующий день выяснится - прыгая с машины, она повредила ногу, которая опухла. Но сегодня она только жаловалась, что не может идти. Пришлось выйти на дорогу. К этому времени на дороге образовалась довольно большая колонна автомашин с беженцами. Первый же ЗИЛ, подъехавший к нам, встретил криком: "Женщину с ребенком в кабину, сам на подножку, колонну не задерживать!". Машина не успела даже остановиться, как все указания были выполнены. С подножки я все время смотрел в небо, а машины черепашьим темпом продвигалась по лесу. Помню, впереди, в метрах ста от нас, полз неуклюжий громадный ЛАЗ, сдерживая всю колонну. Узкая лесная тропка не давала возможности увеличить скорость, хотя ехать нам надо было всего около 3-4 километров. Да еще встречные машины сдерживали скорость. Оставалось порядка 400-500 метров до трассы, как я увидел очередную пару вертолетов, обгонявших колонну. Выхватив из кабины девочку, я побежал в лес, нашел небольшую ямку и, залегши, наблюдал, как недалеко в метрах 40 в мою сторону направлялась жена. Крикнул ей, чтобы она ложилась на землю и не приближалась ко мне. Ад повторился. Но мы остались живы и невредимы. После второго обстрела я уже твердо решил не выходить на трассу и пробираться самостоятельно. Благо, что идти было недалеко. Однако она (жена) снова не могла идти. Пришлось выйти на дорогу. Теперь повезло больше - попался знакомый водитель на "Жигулях", который сказал, что женщину и девочку он заберет, а сам как можешь. Отправив их, я облегченно вздохнул. И через несколько минут был на трассе, где кучковались около 20 человек. Осмотрев место, решил, что более надежного кювета в мире вряд ли существует. И двинулся в путь. Я постоянно смотрел в небо, мимо проносились машины, на которые меньше всего обращал внимание. В небе появился самолет и стал кружить над лесом. Оттуда уже доносились взрывы бомб. Радиус кругов самолета увеличивался, грохот взрывов тоже.

Я уже выходил из леса, когда из затормозившей машины крикнули: "Быстро в машину!". Я был шестым или седьмым пассажиром на заднем сиденье. Машина через несколько минут высадила нас у российского блокпоста, который встретил нас направленными дулами автоматов с пальцами на спусковых крючках. Проверок, правда, не было, и, миновав блокпост, я по-прежнему пешком направился уже к селу Алхан-Юрт. Но в сравнении с ситуацией пятиминутной давности был практически в безопасности. Навстречу двигался человек, лицо которого казалось очень знакомым. Им оказался наш попутчик из Гехов, с которым мы расстались еще в Алдах. Он был явно не в себе. Его вопрос поверг меня в шок: "Вы не видели моих детей? Я их потерял в лесу во время обстрела". Я пытался его успокоить, как мог, говорил, что не было там детей, что всех забрали. Он не был уверен даже в том, что дети были с матерью. Неоднократно повторял, что из города они пытались выйти только из-за детей...

На ОРТ сообщалось, что "в районе чернореченского лесного массива по скоплениям боевиков нанесен ракетно-бомбовый удар". Удары были - и ракетные, и бомбовые. И девочке моей в ту пору не было и пяти лет. Она была одной из составляющих "скопления боевиков".

Опубликовано 11 декабря 2003 года