В Москве защита осужденных за терроризм будет обжаловать результаты экспертизы

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Защита участников Автономной боевой террористической организации (АБТО), приговоренных судом к срокам заключения от четырех лет условно до 13 лет колонии строгого режима, намерена добиваться признания недопустимой экспертизы видеороликов, положенных в основу обвинительного приговора, заявил адвокат Владислав Сорокин.

Как сообщал "Кавказский узел", в Мосгорсуде 12 апреля был оглашен приговор участникам АБТО. Судебная коллегия согласилась с доводами обвинителей и признала подсудимых виновными в серии взрывов и поджогов. Основное обвинение было предъявлено по статье 205 УК РФ "Терроризм". 

По версии следствия, подсудимые, совершая преступления, записывали их на видеокамеру и затем выкладывали ролики в сети Интернет для устрашения людей.

"Один из подсудимых — Голонков признался, что он выставлял заснятые ролики на Facebook и придумал название "АБТО", но он не несёт за это ответственности, потому что в Интернете можно любой ролик переделать и подписать к нему комментарии, с чем-то объединить и выглядеть это будет по-другому. Экспертизы того, откуда взялся этот ролик и как он трансформировался, не проводилось", - пояснил Владислав Сорокин.

По его словам, основное обвинение подсудимых в терроризме, а не в том, что они совершали взрывы, поджоги и так далее. "Им вменён терроризм, то есть свержение существующего строя, политические требования, но ничего этого не было. Это был юношеский максимализм, протест на окружающую среду", - считает защитник.

Адвокат подчеркнул, что сторона защиты подсудимых и сами подсудимые признают, что совершили неадекватные поступки и заслуживают наказания, но соразмерного их деянию и определённого на основе допустимых доказательств.

"Дана неверная квалификация деяний подсудимых. Она основана на психолого-лингвистической экспертизе, которая была сделана по заказу следователя. Следователь квалифицировала действия подсудимых по статье 205 УК РФ "Терроризм". Экспертиза проведена с вопиющими процессуальными нарушениями, в ней отсутствует исследовательская часть. В результатах экспертизы приведена только вводная часть, то есть поставленные задачи и выводы, а логические рассуждения, на основе которых даётся оценка, отсутствуют. Методика, используемая в экспертизе не известна широкому кругу специалистов, работающих в этой области. Сами эксперты, по своей квалификации не имели права давать такие заключения. Соответственно, приговор, основанный на этой экспертизе является незаконным и необоснованным, и чрезмерным по суровости наказания", - заявил Сорокин.

По его словам, некоторые действия подсудимых были спровоцированы обстановкой или действиями людей. "Наши подзащитные поджигали палатки, в которых торговали некачественным алкоголем. На рынке их избили дагестанцы, а в милиции у них отказались принимать заявление, поэтому они попытались бросить бутылку в ОВД (подсудимым вменена вина в том, что они бросали бутылки с "коктейлем Молотова" в здание милиции. - Прим. "Кавказского узла"), - подчеркнул адвокат.

Он также отметил, что некоторые из подсудимых в момент совершения преступлений были несовершеннолетними.

"Это молодые люди с хорошим IQ, которые не пили, не курили, клей не нюхали, но у них существующие в обществе запреты отсутствовали. Это результат молодёжной политики, которая отсутствует в нашем государстве со времён "разрухи" девяностых. Справедливым было бы наказание - максимум 5-6 лет", - добавил представитель стороны защиты.

Владислав Сорокин также рассказал, что, по его мнению, судебное следствие шло с нарушениями.

"Суд отказывал нам в ознакомлении с протоколами судебных заседаний, о чём мы ходатайствовали, чтобы мы могли приносить свои замечания, что протокол ведётся неправильно, что пропущено наше заявление. Но суд посчитал, что четыре месяца — это одно судебное заседание. Мы до сих пор не имеем копий протоколов и не можем сделать свои замечания. Вынести замечания на протокол "задним" числом сложно. Кассационную жалобу нужно писать в десятидневный срок после оглашения приговора, а протоколы судебных заседания — это объёмные документы, их изучение требует времени большего, чем 10 дней", - назвал ещё одно основание для отмены приговора адвокат.

Отметим, что в ходе судебного разбирательства все подсудимые частично признали свою вину в инкриминируемых им деяниях.

Иван Асташин, приговоренный судом к 13 годам колонии строгого режима, не отрицал, что приобретал компоненты для изготовления взрывчатых веществ и взрывных устройств, изготавливал их, а также совершал поджоги и взрывы совместно с другими подсудимыми. Также он подтвердил, что принимал участие в поджоге здания отдела ФСБ в Москве, а также в поджогах торговых палаток и домов, где проживали нерусские, и в поджоге автомобиля "Лексус", принадлежащего уроженцу Кавказа. Но, по словам Асташина, он не организовывал "АБТО", а только создал патриотическую организацию "Синдикат", которая имела своей целью "очищение от кавказцев и азиатов".

Подруга Асташина Ксения Поважная, приговоренная судом к восьми годам лишения свободы, также признала вину частично, а именно в том, что "бросала бутылку в здание ФСБ, но не знала, что это за здание и что в бутылке находится взрывчатое вещество тоже не знала". Суд оправдал её по ряду статей, благодаря показаниям свидетелей, которые не смогли точно описать её действия.

Игорь Зайцев сознался в хранении вещества, которое ему передал Иван Асташин, но, по его словам, не знал, что это за вещество. Он находился под подпиской о невыезде и получил четыре года условно.

Максим Иванов подтвердил, что участвовал вместе с Поважной, Асташиным, Ивановым и Мархаем в поджоге здания отдела ФСБ. Ему суд назначил 10 лет строгого режима.

Андрей Мархай также частично признал вину, которая заключалась в участии в поджоге здания отдела ФСБ, вместе с Асташиным, Поважной и Ивановым. Он подтвердил, что являлся членом патриотической организации "Синдикат", о которой узнал от Бокарёва. Андрей Мархай по приговору суда проведёт в колонии строгого режима 10 лет.

По словам Александра Бокарёва, он "принимал участие в поджоге здания отдела милиции вместе с Красавчиковым, а Голонков снимал это действие на видеокамеру для передаче Асташину и последующего размещения в сети Интернет с целью устрашения людей и работников госорганов". Также он подтвердил, что участвовал в поджоге торговой палатки, что тоже снималось на видеокамеру. Бокарёв судом приговорён к 11 годам строгого режима.

Александр Лебедев также признал, что участвовал в поджоге здания отдела ФСБ вместе с Асташиным, Поважной и Мархаем. Лебедеву судом вынесено наказание в виде шести лет тюрьмы общего режима.

"Я участвовал в поджоге опорного пункта милиции и торговой палатки, которая принадлежит лицам кавказской национальности, но не входил ни в какие организации, а видеоролики смонтировал из того материала, который был мне передан", - заявил в ходе судебного заседания Богдан Голонков.

Суд приговорил Голонкова к 9,5 года колонии общего режима.

Кирилл Красавчиков настаивал в ходе судебного процесса, что он участвовал в поджоге здания отдела милиции и торговой палатки с помощью "коктейля Молотова", а также деревянного дома и кафе, принадлежащих выходцам с Кавказа. Согласно его заявлению, это он совершил "для борьбы с системой и расшатывания её, так как она неустойчива". Действия Красавчикова квалифицированы в том числе, как "Терроризм", суд приговорил его к 12 годам колонии строгого режима.

"Кавказский узел" пока не располагает комментариями пресс-службы Мосгорсуда по поводу заявления адвоката.

Напомним, что 13 апреля адвокаты осужденных участников Автономной боевой террористической организации подали краткие жалобы на приговор Мосгорсуда.