RSSАльберт Восканян. Нагорный Карабах. Фотоблогер

«Это моя вторая жена, и мы будем жить вместе, втроём, в одном доме...» - говорит она

11:31, 26 июня 2015

Я объездил, о Боже, твой мир, 
оглядел, облизал, - он, положим, 
горьковат...

Набоков В.В. («Беженцы»)

Когда я вошёл во двор Амалии Хачатрян, Арсен, её сын, с лопатой в руках, не торопясь, очищал территорию от травы, наводил порядок, а маленький Эдвард колол дрова. При виде меня Арсен оставил работу и проводил до дому...

Сама Амалия Хачатрян, родители которой в молодости переехали в Баку,  родилась и выросла в этом городе. Жила в Баладжарах (посёлок в пригороде Баку, ред.АВ.), училась в школе, всё шло хорошо. Шло так, как и должно быть в добрые советские времена, когда казалось, что все люди братья и все коллективно и бодро стремятся к светлому будущему – коммунизму. Только три года она была оторвана от любимого Баку – училась в медучилище Небит-Дага. А потом, снова любимый город, где она начала работать в больнице, потихонечку завоёвывая себе почёт и уважение как в коллективе, так и среди больных...

С будущим мужем Грайром она познакомилась в Баку. Потом они поженились. Родители Амалии помогли молодым приобрести трёхкомнатную кооперативную квартиру. Со временем появилась собственная машина. Родились дети: Арсен и Анжела. Арсена отдали музыкальную школу, так как у мальчика был прекрасный слух.

Амалия для всего двора была  «Скорой помощью» - всегда всем оказывала посильную медпомощь. С соседями жили душа в душу. Когда были мусульманские праздники, соседи азербайджанцы раздавали разные сладости, плов. Когда были христианские  праздники - армяне, русские раздавали соседям печёные, куличи... (Когда Амалия это рассказывала, у меня было ощущение, что она говорила про наш двор в Баку, где я родился и вырос:  мы получали подарки во время мусульманских праздников, а мать готовила разную вкуснятину на Пасху и мы раздавали всем соседям... ред. АВ.)

А потом, в миг, всё разрушилось...

Этот день Амалия никогда не забудет. Муж, работавший в то время на такси, пришёл домой в порванной рубашке, весь в крови. К тому времени по Баку ползли страшные слухи о погромах в Сумгаите, в городе появились беженцы азербайджанцы из Армении.. Согревая ужин на плите и ожидая выхода Грайра из ванны, Амалия для себя решила, что нужно уезжать из Баку...

На другой день соседи узнали о решении Амалии переехать. Они, азербайджанцы, русские, лезгины, практически все, пришли к ней домой и начали уговаривать, чтобы они не уезжали. «Грайр, Амалия, не бойтесь, никакому не позволим вас обидеть...» - говорил старик сосед азербайджанец. Но для себя Амалия всё решила – надо уезжать.

Обменять, продать квартиру они не смогли, взяли всё необходимое и выехали в Карабах.

Приехали в с.Хнапат Аскеранского района, на родину Грайра. Но деверь не был рад приезду брата с семьёй...

Семья Хачатрян получила от властей «финский» дом в Аскеране (только в Аскеране построено несколько десятков таких домов для беженцев из Азербайджана. В самом Аскеране 55 семей беженцев, а по району – 500, ред. АВ.). Начали обживаться, муж устроился строителем, сама Амалия устроилась медсестрой в Аскеранский психоневрологический диспансер...

Началась война. Аскеран, также как и все населённые пункты Карабаха регулярно и методично подвергался бомбардировке с земли и с воздуха. Арсена по повестке призвали в армию, читай на войну. Он попал служить в Аскеранский полк. В 1993 году его тяжело ранило и контузило. После лечения он снова пошёл на фронт. Но долго служить не пришлось – после полученного ранения и контузии Арсен потерял  здоровье, появились страшные головные боли...

Я сидел за столом напротив Амалии, пил чай, которым меня угостила её внучка Аревик  Девочка на самом деле соответствовала своему имени («Аревик» на армянском означает «Солнышко», ред. АВ.) – красивое лицо с улыбкой на губах и озорной искрой в глазах.

Амалия, невысокого роста женщина, с острым внимательным взглядом рассказывала мне свою жизнь. На диване сидела её дочь Анжела с сыном Эдвардом. Позади Амалии, на топчане сидел сын Арсен. Опустив голову он молча слушал свою мать.

После длительной паузы Амалия проговорила: «Когда началась война Арсен был очень молодым, ему пришлось повидать много трупов, крови и на него это подействовало. Поэтому он в таком состоянии...».

Я начал говорить с Арсеном, задавать ему наводящие вопросы и узнал, что до начала войны он успел два месяца поработать педагогом музыки по классу аккордеона в Аскеранской музшколе. Но это, как он говорит «было в прошлой жизни». Сейчас Арсен получает пенсию по инвалидности - 46000 драм пенсии ($1 -  471 драм, ред. АВ.). Он женат, у него дочь, но в семье есть проблемы, из-за которой его супруга с дочкой уехала к своим родителям. Я попросил Арсена что-нибудь сыграть на аккордеоне, но оказалось, что после болезни аккордеон он подарил сыну своего друга.

И тут выясняется интересная деталь - после болезни у Арсена появился дар предугадывать судьбу человека. Он гадает по ладоням руки (хиромантия) и на кофе. Вдруг Арсен говорит: «Недавно видел во сне Путина. Идём с ним по дороге, стоит гадалка и говорит, давайте я погадаю вам... часто вижу Путина во сне...». Я улыбнулся и говорю, мол, делать тебе нечего видеть во сне Путина, ты лучше увидь во сне Саркисяна, Кочаряна, Саакяна.. Тут все начали смеяться.:-)

Тем не менее, мне стало интересно, когда конкретно Арсен видел Путина. Оказалось в тот самый день, когда Путин был в Баку и обсуждал там Карабахскую проблему... Вот, не верь теперь снам...

Далее, своё внимание я перекинул на Анжелу. Симпатичная, смуглая  молодая женщина выглядела уставшей. Оказалось, в ночь ей надо идти на работу и теперь время её отдыха. «Надо свёртываться», - подумал я про себя...

Анжела работает в частной пекарне, идёт на смену каждую ночь и без выходных, а днём отсыпается. За смену ей платят 4000 драм и дают три хлеба.

Она рано вышла замуж, в 18  лет, и поехала в горное село Мартакертского района, в семью мужа. Жила себе тихо-спокойно, родила троих детей. Но однажды муж привёл домой какую-то женщину и объявил: «Это моя вторая жена, и мы будем жить вместе, втроём, в одном доме...». Недолго думая, в тот же самый день, Анжела собрала вещи, взяла детей и вернулась к матери. Я опешил, так как не слышал, что в Карабахе есть многожёнцы, да и религия наша такое не приветствует...

16 лет назад муж Амалии умер, семью стало трудно содержать и она устроилась служить медсестрой в батальоне в одном из полков Армии обороны Карабаха.

Служба была не из лёгких, регулярно с батальоном выезжала на позиции. Были случаи ранения, болезни солдат, много чего было... Часто приезжали родители солдат, лично благодарили Амалию. Солдаты называли её «Майрик» («Мама» на армянском, ред. АВ.), посвящали ей стихи...  В 2005 году Амалию уволили из армии по возрасту, хотя до пенсии ей оставался всего 1 год. «Обидно мне, что со мной так поступили, ведь я вложила всю душу в работу, командование могло бы год протянуть до пенсии» - грустно говорит она.

Тут разговор наш перешёл на нынешнее положение дел семьи Хачатрянов, вообще судьбы Карабаха и пр. «У нас в семье есть определённые трудности, как правило, это материальные. Сын не может работать, получает только пенсию. Держим кур, кроликов. Фактически в этом небольшом доме  мы все вместе и живём. Приходила районная комиссия, написала что-то на бумаге, сказали, что помогут починить крышу, но до сих пор ничего не сделали...

Судьба Карабаха, перспектива... я думаю, что всё туманно, здесь (Аскеран, ред.АВ.) всегда приграничная зона... за столько лет как видела Аскеран, он таким и остался. Хотя, что-то делают: ремонт зданий, школы.... Если у меня была возможность, я бы отправила отсюда детей....» - так пессимистически говорит Амалия.

Далее, из разговора Амалии я узнал, что её родной брат проживающий в Москве,  помогает им материально – каждый месяц посылает деньги. Также, уже 5 лет, как армянская семья из Америки каждые три месяца посылает им $75. А познакомились они с этой семьёй по линии евангелистской церкви в Аскеране. Помогает и РОНО (районный отдел народного образования) – вещами, продуктами.

Передо мной сидела стойкая женщина со сложной судьбой. Видно, что весь дом держится на ней, она «дирижёр» и детям спокойно, что она есть. Да, есть трудности материального, морального характера, но Амалия выдюжит...

Не всё словами можно описать, надо было видеть глаза Амалии, её огрубевшие руки, голос, чтобы понять - пока она жива, в этой семье будет всё нормально...

Материал подготовлен при содействии International Alert в рамках проекта «Неуслышанные голоса», финансируемого Фондом Предотвращения конфликтов, содействия стабильности и безопасности Великобритании. Содержание является ответственностью журналистов и не обязательно отражает точку зрения организации International Alert и наших доноров.

 Когда я вошёл во двор Амалии Хачатрян, Арсен, её сын, с лопатой в руках, не торопясь, очищал территорию от травы, наводил порядок
Когда я вошёл во двор Амалии Хачатрян, Арсен, её сын, с лопатой в руках, не торопясь, очищал территорию от травы, наводил порядок.
 
Эдвард колет дрова во дворе.
Эдвард колет дрова во дворе.
 
Амалия, невысокого роста женщина, с острым внимательным взглядом рассказывала мне свою жизнь.
Амалия, невысокого роста женщина, с острым внимательным взглядом рассказывала мне свою жизнь.
 
Анжела со своими детьми - Эжвардом и Аревик.
Анжела со своими детьми - Эдвардом и Аревик.
 
«Недавно видел во сне Путина. Идём с ним по дороге, стоит гадалка и говорит, давайте я погадаю вам....
«Недавно видел во сне Путина. Идём с ним по дороге, стоит гадалка и говорит, давайте я погадаю вам...".
 
Муж и жена, армяне из США, почти 5 лет помогаю семье Амалии.
Муж и жена, армяне из США, почти 5 лет помогают семье Амалии Хачатрян. Фото из архива семьи Хачатрян.
 
Пять лет назад семья американских армян приезжала в гости в Аскеран
Пять лет назад семья американских армян приезжала в гости в Аскеран. Фото из архива семьи Хачатрян.
 
Аревик кормит кроликов.
Аревик кормит кроликов.
 
Аревик и крольчонок.
Аревик и крольчонок.
 
Куда уходит детство

КОММЕНТАРИИ

Найдите Кавказский узел у партнеров: