RSS"Осетия и вокруг: взгляд изнутри"

скончался первый президент Осетии

12:40, 10 апреля 2013

Около часа назад во Владикавказе в реанимации РКБ скончался первый президент Северной Осетии Ахсарбек Галазов. Накануне его самочувствие резко ухудшилось, и он был госпитализирован. Галазову было 83 года.


повторю не раз здесь сказанное. во времена Галазова было очень много плохого, невероятный разгул мафии, составленной полностью из босяков и дегенератов, похищения людей на улицах и тд, много чего можно перечислять. но как ни крути, это был самый яркий период в истории современной Осетии. самый противоречивый и неоднозначный, но и самый незабываемый. о роли Галазова как политика ничего не скажу, мне в те времена было плевать на политику, поэтому сужу только глазами очевидца-подростка, скорей о том времени, которое он олицетворял. врочем, я помню выборы, где Галазов проиграл Дзасохову, со знаменитым "Галазуй, а то Дзасохнешь", и что-то я не помню тогда скандалов, разоблачений и махинаций, как это было на следующих. вполне возможно, что в 98-м в Осетии были последние относительно честные президентские выборы. 

пара выдержок по теме из моей публикации Наш «Век Джаза»:

Применимо к Осетии тех лет известную формулу «Секс, наркотики и рок-н-ролл» можно было бы переписать как «Футбол, водка, рок-н-ролл», всего этого было в достатке. Хотя, секса и наркотиков тогда тоже было не мало. Помню, как в какой-то момент весь Владикавказ вдруг обнесло новое слово – героин, и то, что раньше казалось недостижимой забавой заморских наркобаронов, вдруг оказалось более чем доступным, нужно было только найти деньги на такси в Чермен. Наркоши – динозавры из 80-х, сидевшие на «черняшке», уходили в прошлое, а новые «героинщики» стали на короткое время чуть ли не звездами - нюхать стало модно.

Иногда я думаю, а сколько тогда вообще было денег? Не в цифрах, но просто иногда мне кажется, что иногда их было так много, что они не умещались в карманах водочников, и что-то перепадало даже тем, кто не имел к этому бизнесу отношения – например музыкантам и артистам. Я слышал пару раз о покупках какого-то дорогого оборудования для музыкантов в те годы, и это само по себе интересное явление, ведь в сферу культуры деньги просачиваются пожалуй в самую последнюю очередь.

Самое яркое наследство тех лет – громадные особняки из красного кирпича по всему городу, которые тогда может и казались кому-то «крутыми», но сейчас смотрятся как памятник безвкусице и быстрым деньгам. Многие из них сейчас запущены, кирпич потускнел и прежний шикарный вид исчез. Смотря на некоторые из них даже можно представить судьбу человека, его взлет и его падение. Никто тогда не думал вложить эти деньги в другой бизнес, в перспективу, всем казалось, что водка будет литься вечно. Жаль, будь местный народ по-продуманней, картина жизни в Осетии сейчас могла быть иной.

В то же время, на улицах происходили ужасные вещи, разгул мафии, расцвет знаменитой группировки «ГЭС», только и истории про разборки и стрельбу. Несколько человек из моих дальних знакомых не стало, кто-то умер от пули, кто-то от передоза. Расцветал киднеппинг, ходить после полуночи было реально опасно, украсть могли вне зависимости от статуса и достатка. Я уж не говорю о том, что при огромных деньгах, экономики в республике как таковой не было, подавляющая часть бизнеса тех лет была «в тени». Абсолютная коррупция, безработица, криминал на улицах, все это делало весьма трудной жизнь тех, кто никак не смог запрыгнуть на «водочный поезд».

Эти пять с небольшим лет принесли Осетии немало радостей, но и массу бед. Расцвет творческой молодежи соседствовал с расцветом мафии, талант с быдлом, богатство с нищетой, вкус с безвкусицей, а жизнь со смертью. Это время закончилось так быстро, но оставило столько противоречивых впечатлений! Короткая угарная эпоха, которая вряд ли еще когда повторится, и возможно это к лучшему. Это был наш «Век Джаза», подобно тому, что случился сто лет назад в Америке, и который почти так же как и наш разбился о «сухой закон». Знаменитая эпоха, которую спустя десятилетие с глубокой тоской описал Фицджеральд.

Разговаривая с разными людьми, я никак не могу понять, когда это время в Осетии закончилось. Для одних с выборами нового президента в 98-м, на которого возлагались большие надежды, но который эти надежды в последствии трактовал по-своему. Для других с дефолтом в том же году, для кого-то даже с расстрелом верхушки «ГЭСа» в 99-м, а для меня символический конец той громкой эпохи это первый теракт на «зеленом рынке» Владикавказа. До этого ничего подобного в нашей светской столице не происходило, и только тогда я понял, что на протяжении всех этих куражных годов, где-то в двухстах километрах от этой расслабленной жизни в Осетии, шла чудовищная война, и вот она докатилась до нас, тот взрыв на рынке стал ее первым громким стуком в наши двери. Начиналось новое время - серое время терактов, политического застоя, падения «Алании», поколения «одноклассников» и «стада в кедах».

 

АЦ