28 июля 2005, 19:28

На заседании суда по делу о теракте в Беслане выясняются новые обстоятельства

Сегодня состоялось очередное заседание суда по делу участника захвата школы в Беслане Нурпаши Кулаева. При допросе потерпевших выясняются новый обстоятельства, сообщает корреспондент "Кавказского узла".

"Когда я пришла в себя после первого взрыва,- рассказывает суду потерпевшая Зарина Токаева, - я увидела обвалившийся потолок и растерянные лица боевиков. Кто-то из них крикнул: вас взорвали ваши же". Токаева утверждает, что многие боевики говорили на "чистом осетинском языке. Так могут говорить только осетины, без акцента. Я коренная жительница Северной Осетии, и меня тут не обманешь".

Зарина Токаева обратилась к подсудимому:

- У вас были пособники в Беслане?

Н.Кулаев: Они (боевики - прим.КУ) с кем-то разговаривали по телефону, но с кем я не знаю.

- С вами были осетины?

Н.К.: Были не чеченцы и не ингуши, они по-русски говорили.

На предыдущих заседаниях несколько потерпевших утверждали, что захватчики в числе вызываемых на переговоры требовали не Леонида Рошаля, а бывшего главу МВД России Владимира Рушайло. По изначальной версии террористы, в дни захвата бесланской школы вызывали на переговоры президента Северной Осетии Александра Дзасохова, президента Ингушетии Мурата Зязикова, советника президента РФ Асланбека Аслаханова и детского врача Леонида Рошаля. Однако эти требования опровергаются потерпевшими.

"Они (боевики - прим.КУ) требовали не Рашаля, а Рушайло, - рассказывает Марина Таптун. - Я отчетливо это слышала. Один из боевиков разговаривал по телефону и говорил: "Врача я не вызывал, я не больной, это вы больные" и бросил трубку".

Казбек Мисиков был в числе заложников с супругой и двумя детьми. Потерпевший К.Мисиков утверждает, что террористок-смертниц было трое, а не двое, а первый взрыв третьего сентября произошел "снаружи" школы в Беслане, а не внутри как утверждают работники генпрокуратуры. Более того, Мисиков уверен, что бомбы террористов не были подсоединены к взывателям все три дня.

"У них все было заготовлено, даже длина проволоки от кольца до кольца (баскетбольные кольца в спортивном зале школы, где находилось свыше тысячи заложников - прим.КУ) соответствовала расстоянию спортзала. Я боевиков считал пока там был. Насчитал только в зале 28, а так уверен, что их было свыше 50, но доказать это не могу. Но смертниц было трое, это точно. Две были худенькие, молоденькие и явно изнеможенные. А третья была выше и у нее была вуаль".

На вопрос старшего прокурора Генеральной прокуратуры РФ Марии Семисыновой, представляющей в суде группу гособвинения, об отношении террористов к заложникам К.Мисиков ответил: "Первое время они пытались создать тишину, стреляли в потолок, но на робкие просьбы детей выпускали их в туалет. Но после того, как они узнали, что количество заложников занижается специально, они озверели, могли ударить ребенка, старика, говорили: "Это Дубровка повторяется, они к штурму готовятся".

"Я видел одного снайпера, - продолжает Казбек Мисиков. - Он ходил в тренажерный зал пить кофе. Нас заставляли опускать глаза, когда он проходил, но я тихо поглядывал на него. Разговаривал он чисто на русском, без акцента, и там не мало таких было. Он был рыжий и краснолицый. Но когда я был на опознании, его не было среди убитых боевиков".

К.Мисиков также был свидетелем разговора Руслана Аушева с Полковником (предполагаемый руководитель террористической операции Хучбаров - прим.КУ).

"Когда на второй день зашел Аушев, у него лицо побелело, он явно не ожидал такого количества заложников увидеть. Он сказал Полковнику: "Я хочу себя предложить, чтоб дети не пострадали. Ты меня знаешь?".

Полковник: Да, ты мужчина.

Р.Аушев: Отпусти детей.

Полковник: Троих отпущу.

Р.Аушев.: Только троих?

Полковник: Ну ладно, отпущу 25".

"Третьего прогремел взрыв, - продолжает К.Мисиков. - Взрыв был снаружи, я уверен, окна внутрь залетели. После двух взрывов часть террористов уже не было в школе, это тоже точно. И я уверен, что кнопка, на которой они стояли до взрывов, была простым муляжом, слишком небрежно они друг друга сменяли".

Уроженцу села Энгеной Ножай-Юртовского района Чечни Нурпаши Кулаеву, 1980 года рождения, предъявляются обвинения по восьми статьям Уголовного кодекса РФ. В частности, он обвиняется в бандитизме, терроризме, убийстве, посягательстве на жизнь сотрудника правоохранительных органов, захвате заложников, незаконном хранении, ношении, приобретении оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ.

В результате захвата заложников в школе номер 1 города Беслана 1 сентября 2004 года погибли 330 человек, в том числе 317 заложников, из которых 186 детей. Среди погибших также 2 сотрудника МЧС, 10 сотрудников спецназа ФСБ России и житель Беслана, принимавший участие в спасении заложников, получили ранения 728 заложников и жителей Беслана, а также 55 сотрудников спецназа ФСБ, милиции и военнослужащих. Всего в школе террористами было захвачено 1128 заложников.

Автор: Регина Ревазова, собственный корреспондент "Кавказского узла";

Гласность помогает решить проблемы. Отправь сообщение, фото и видео на «Кавказский узел» через мессенджеры
Lt feedback banner
Кнопки работают при установленных приложениях WhastApp и Telegram. Качественные фото для публикации нужно присылать именно через Telegram, с обязательной пометкой «Наилучшее качество». Видео также лучше отправлять через канал в Telegram. Каналы Telegram и WhatsApp более безопасны для передачи информации, чем обычные SMS.
Лента новостей

23 июля 2017, 18:10

23 июля 2017, 17:18

23 июля 2017, 16:27

23 июля 2017, 15:56

23 июля 2017, 15:06

Архив новостей