28 марта 2005, 16:41

Рискованное молчание Европы

В политике никогда нельзя недооценивать фактор усталости. Если конфликт длится достаточно долго, иностранные лидеры и средства массовой информации теряют к нему интерес. Телекамеры и прожекторы международного журналистского каравана передвигаются дальше, но постыдная реальность остается.

Так происходит и с Чечней, где идет самая долгая, но и самая малозаметная война в Европе. Когда архитектор этой войны Владимир Путин встречался на прошлой неделе в Париже с руководителями Франции, Германии и Испании, эта тема не обсуждалась. Молчание по этому поводу было также в порядке вещей, когда Джордж Буш две недели назад встречался с российским президентом во время своего европейского турне. Он отметил свою озабоченность проблемами демократии и верховенства закона в России, но не посчитал необходимым поднимать чеченский вопрос.

Похоже, что и на поле боя Путину удалось добиться определенной передышки. Аслан Масхадов, титулованный лидер чеченского сопротивления и последний свободно избранный президент республики, был окружен и убит российским спецназом в доме недалеко от чеченской столицы Грозного. Пока не ясно, стало ли это результатом блестящей военной спецоперации, как утверждают официальные российские средства массовой информации, или результатом предательства кого-то из рядов чеченцев. Представитель Масхадова за рубежом Ахмед Закаев склонен считать, что причиной стало неосторожное использование мобильного телефона, благодаря чему русским удалось определить местоположение лидера сепаратистов.

В любом случае, смерть Масхадова никоим образом не служит делу мира. Без всяких оправданий, что можно объяснить лишь жестокостью, российские власти отказываются передать тело Масхадова его вдове. Они приклеили Масхадову ярлык террориста, хотя история показывает, что тот выступал за переговоры с русскими и пытался, со все уменьшающимся успехом, удержать экстремистов от таких жестоких действий, как захват школы в Беслане и театра в Москве.

С уходом Масхадова увеличивается опасность поляризации и нового кровопролития. Радикалы в рядах чеченского сопротивления выводят борьбу за пределы Чечни и начинают наносить удары по целям в других республиках Северного Кавказа. Стратегия Путина, направленная на передачу большей части властных полномочий чеченцам и на демонстрацию того, что Россия сворачивает свою собственную вовлеченность в дела Чечни, создает такие же расхождения между радикалами и умеренными.

Подобранный Москвой президент Чечни Алу Алханов представляется как законной избранный лидер (на основании прошедших в прошлом году с нарушениями выборов). Однако зверства в Чечне на подъеме, о чем свидетельствует доклад организации по правам человека Human Rights Watch, а Алханов или не может или не хочет их остановить.

Похищения и убийства людей российскими и чеченскими силами безопасности намного превышают по своему количеству число жертв чеченских радикалов в Беслане и в московском театре. Что касается жестокостей со стороны Москвы, большую часть преступлений совершают ее чеченские марионетки. С момента начала Путиным второй чеченской войны в 1999 году в регионе "исчезли" от 3 до 5 тысяч мирных жителей (не считая 80 000 человек, погибших в результате артобстрелов и бомбежек).

Организация Human Rights Watch указывает на боевиков, преданных Рамзану Кадырову, сыну бывшего президента, которые терроризируют сельских жителей и задерживают взрослых мужчин призывного возраста. Многие после этого не возвращаются домой, а власти заявляют, что ничего не знают о их местонахождении. За последние четыре года в Чечню часто приезжали люди для проведения опросов населения, и по их словам, население все реже осмеливается жаловаться властям, опасаясь репрессий.

Перед лицом этого ужаса многие люди со стороны, а также российские либералы, прибегают к циничным заявлениям. Некоторые говорят, что война эта подпитывается не политикой, а алчностью, и поэтому никогда не закончится. На ней делают деньги российские генералы, а также представители российской и чеченской власти. Миллионы рублей, предназначенные для возвращения беженцев и восстановления Грозного, не достигают своей цели, оседая в карманах стяжателей. Поскольку телевидение такие скандалы и ужасы войны не освещает, нет и никаких призывов к переменам.

Надежду вызывают усилия по созданию возможностей для диалога. Несмотря на молчание западных руководителей и очевидный успех Путина в устранении Масхадова, который мог бы стать партнером по мирным переговорам, намечаются некоторые перемены. Комитет Солдатских Матерей, крупнейшая в России общественная организация, подписала в прошлом месяце совместное заявление с Закаевым, заявив о необходимости начала процесса мирного урегулирования и призвав Европейский Союз поддержать его. Встреча родственниц военнослужащих с их предполагаемыми врагами стала проявлением необычного мужества.

Почти незамеченной прошла и встреча на этой неделе в Совете Европы в Страсбурге. Алханов и другие промосковски настроенные чеченцы встретились с представительницами Комитета Солдатских Матерей, некоторыми независимыми чеченскими правозащитниками и европейскими политиками. Они согласились продолжить трехсторонние дискуссии, к которым позже могут присоединиться и представители Закаева.

Пока слишком рано говорить, приведут ли эти "переговоры о переговорах" к мирной конференции. Но прогресс состоит уже в том, что чеченцы, занимающие различные позиции, сели вместе, чтобы исследовать причины войны и обсудить пути выхода из нее. Поскольку на переговорах не присутствуют высокопоставленные российские представители, Путин может сделать вид, что он не принимает международного посредничества, не говоря уже о переговорах с людьми, причастными к сопротивлению, хотя всем ясно, что Алханов сам не пошел бы на такие переговоры без одобрения Кремля.

Наряду с этим, несмотря на молчание Герхарда Шредера по поводу чеченской войны, высокопоставленные члены парламента от социал-демократической партии Германии провели две встречи с представителем Путина на Северном Кавказе. Они предложили программу европейской помощи в реконструкции, которая по своим масштабам выйдет за рамки продовольственной и гуманитарной помощи, которую ЕС оказывает населению Грозного.

Британия предложила 11 миллионов фунтов стерлингов на профессиональное обучение выпускников школ на Северном Кавказе, а Европейская Комиссия планирует провести оценку потребностей города Грозного. Все эти предложения не увязываются с достижением мира. Это "убыточные предложения", дающие Евросоюзу основу для переговоров с Кремлем об урегулировании и для оценки готовности Москвы к изменению своего чрезмерно узкого, основанного на военных средствах подхода.

Короче говоря, Европа отходит от своей старой политики публичного осуждения России из-за Чечни. На текущей сессии Комиссии ООН по правам человека Европейский Союз не внес свой проект резолюции. Но дипломаты согласны с тем, что такое молчание вызвано не цинизмом или "усталостью от осуждений", и конечно, не согласием с Москвой в том, что Чечня является фронтом борьбы с международным терроризмом. Это часть новой политики конструктивного участия.

Есть надежда, что такие неброские предложения европейских государств о помощи, а также поддержка Советом Европы политических сил Чечни в связи с началом диалога имеют больше шансов на успех. Стоит попробовать, хотя риск здесь огромен. Если окажется, что Россия просто привлекает Европейский Союз к проведению своей жестокой политики "чеченизации", от такой стратегии придется отказаться.

Джонатан Стил

Опубликовано 25 марта 2004 года

источник: Газета "The Guardian"

Знаешь больше? Не молчи!
Lt feedback banner
Лента новостей

26 мая 2017, 06:09

26 мая 2017, 05:10

26 мая 2017, 04:29

26 мая 2017, 03:30

26 мая 2017, 02:36

Архив новостей