24 мая 2004, 23:11

Грузия перед выбором

На фоне происходящих в глобальной политике событий большой интерес вызывает то, какое место займет Грузия  в процессе нового перераспределения мира и какое будущее ожидает эту маленькую страну. С нами беседует политолог Давид Дарчиашвили.

- Несколько дней тому назад, находясь в Москве, советник президента США по вопросам безопасности Кондолиза Райс заявила, что США желают создать новый Ближний Восток. Какова, по Вашему мнению, будет роль Грузии в этом пространстве?

- Что касается заявления представителя американской администрации, то это новый геополитический ракурс, видение США, в каких границах они будут очерчивать этот интересный регион. В США очень популярно рассматривать Кавказ и Центральную Азию как единый регион. Это американский политический интерес. Но главное то, как мы сами себя видим и как себя предложим - в конечном счете, от этого и будет зависеть, как нас будут воспринимать другие страны. Если в наших интересах будут связи с Близким или Средним Востоком, тогда мы можем оказаться частью именно этого региона, и другие страны этого региона так и будут нас воспринимать. А что значит оформиться как часть региона? Это значит, что экономически, социально и с точки зрения безопасности наши интересы должны быть привязаны к этому региону.

Но у нас другое видение, и в последнее время мы все больше подчеркиваем, что наш интерес и приоритет - стать частью Европы, а не какой-то другой, умозрительной геополитической единицы. Все это лишь мнения, высказывания, и пока далеко от серьезной политики, но мы хорошо должны выбрать, с какой цивилизацией хотим объединяться, со странами какого уровня ценностей и какой политики. Конечно, другие страны имеют свое видение и свои интересы, но тут должно перевесить наше желание - чего хотим мы сами. Для нас очень большое значение имеет стратегическое партнерство со многими странами, в первую очередь с США, и если бы не помощь США, то сомневаюсь, чтобы сейчас было бы возможно говорить о Грузии, как о независимом и развивающемся субъекте, однако это вовсе не значит, что мы должны искать свое место прежде всего на Ближнем Востоке, а не в Европе.

- По Вашему мнению, что было целью неожиданного визита Игоря Иванова в Тбилиси после визита Кондолизы Райс в Москву? Не значит ли это, что Россия и США уже поделили сферы своих интересов в Грузии?

- Не думаю, чтобы они делили Грузию. С учетом происходящих событий только от нас зависит, будем ли мы просто козырем в игре - "чипом", или субъектом политических взаимоотношений. Мы имеем шанс быть таким субъектом, заявить наш интерес и защищать его. Если он не будет кардинально противоречить интересам какого-нибудь большого государства, то есть большой шанс, что оно будет считаться с нашими интересами. А есть ли связь между визитом Кондолизы Райс в Москву и приездом Игоря Иванова в Грузию - сказать трудно, об этом можно только гадать. Не будем торопиться с выводами - через пару дней всё станет яснее. Но не исключено, что речь идет о том, что США считают Грузию одним из своих внешнеполитических успехов (в основном, после ноябрьской революции, так как до того, несмотря на миллиардную помощь, США уже теряли надежду, что из Грузии вообще что-нибудь получится). Россия имеет с Грузией свои традиционные отношения - отнюдь не самые теплые, тут много проблем. Таким образом, в американско-российских отношениях всегда присутствует тема Грузии. США очень заинтересованы в государственном эксперименте в Грузии и способствуют ему, а у России есть к нашей стране свои претензии. Не исключено, что эти встречи - Райс в Москве, Иванов в Тбилиси - включали попытки сформулировать конкретные отношения с Грузией, приемлемые для обеих сторон. Это значит: чтобы Грузия развивалась как независимая страна с перспективой восстановления территориальной целостности и при этом не была территорией, "внушающей беспокойство" России. Идут обсуждения, идет работа над формулой, устраивающей всех. Но это, конечно, не единственная проблема в отношениях России и США.

- С первого дня прихода новой грузинской власти Россия играет позитивную роль, это подтвердили и аджарские явления. Однако два дня назад политтехнолог Путина Глеб Павловский заявил, что Россия не только не собирается уходить с Кавказа, но даже не намеревается "потесниться". Чему служит это заявление и как могут развиться отношения между этими двумя странами?

- Таких, как Павловский, в России много. Он был политтехнологом Путина в 1999 году, но сегодня он таковым не считается. Лично я бы не делал трагедии из этого заявления, так как сегодня появилось множество внешнеполитических факторов, с помощью которых Грузия может защищать свой суверенитет в отношениях с Россией. Думаю, что Россия это учитывает. Но при этом Россия, в лице Павловского или других, более мягко выражающихся людей, надеется, что Грузия установит с ней особые отношения, что Путин сможет получить согласие Саакашвили на то, чтобы Россия стала для Грузии важным стратегическим партнером, что, в свою очередь, может привести к отказу Грузии от излишне тесных связей с НАТО или к похолоданию этих отношений и узакониванию пребывания российских баз. А если не базы - они ведь уже в значительной степени анахронизм - то тогда, наверное, специальный режим для службы безопасности. Речь может идти и о российской монополии в энергетике и экономике Грузии - Россия, наверное, питает на это надежды и шлет соответствующие импульсы. Однако в конечном счете, мне кажется, у России не хватит на это ресурсов. На такое даже Европа неспособна, так что Россия тут альтернативой быть не может. Трудно представить, что может предложить Россия  Грузии такого, чтобы эта последняя стала верной проводницей российской политики. А если сделать акцент на православии и кто-нибудь начнет на этом спекулировать, то это приведет к отчуждению нашей страны от остального мира, что будет для нас большой трагедией. Но об этом пока разговора не было. Пока что нормализация отношений между Россией и Грузией видится мне только параллельно развитию отношений с США и Европой. Другими словами, отношения с Россией альтернативой быть не могут, это точно. 

- Что должна предложить Грузия России такого, чтобы произошла нормализация отношений, чтоб мы имели бы свою собственную роль и при этом от нас не отвернулась Америка?

- Я не считаю российско-американские отношения однозначно конкурентными. Россия больше подозревает и завидует оттого, что слаба и потеряла определенные позиции. Но я не вижу со стороны США агрессивности и желания унизить Россию, несмотря на то, что они потерпели это политическое поражение в Ираке. Это была большая ошибка, но это не был империализм.

США хотят, чтобы Грузия была независимой страной и носительницей западных ценностей. Это их единственный интерес, и это нельзя назвать империализмом. А у России есть непреодолимое желание односторонне доминировать - она пытается то демонстрировать силу, то пугать нас тем, что нас сметет западная культура, то навязывать нам представление о том, что у нас больше культурной близости с Россией и мы должны отмежеваться от других. Думаю, что прагматичный человек сам должен определить, где тут риск и где выгода. Короче говоря, мы сейчас стоим перед выбором, но мне кажется, что в России много прагматичных сил. И то, что Россия не поддержала Аслана Абашидзе, как раз свидетельствует о прагматизме: более верного ей политика трудно было бы пожелать, но оказалось, что он неадекватен реальности и не пользуется поддержкой народа.

- В случае если к власти в США придут демократы, не следует ли ожидать каких-нибудь изменений в отношениях с Грузией?

- На протяжении десятилетий политике США свойственны колебания между изоляционизмом и интернационализмом, но на сегодняшний день для любой политической силы в США американская политика не может ограничиваться только американским континентом. Это государство, имеющие глобальные интересы, и оно всегда будет проявлять активность в разных точках мира. Так что если администрация Буша делала больший акцент на военную область, это вовсе не значит, что демократы  от нее откажутся. Наоборот, возможно, что наряду с военной помощью возрастет еще и желание большей демократизации страны, урегулирования конфликтов и установления нормальных отношений с Россией. Я не ожидаю, что с приходом демократов грузинско-американские связи ослабнут: если администрация Буша имела какой-то успех в этом мире, так это как раз была более или менее оправдавшаяся помощь Грузии - особенно после революции роз.

- Не видите ли Вы опасности в том, что в грузинской экономике начнут укреплять свои позиции российские олигархи?

- В России деньги олигархов связаны с Кремлем, спецслужбами, криминальным миром, и это есть проблема России. Поэтому проникновение в Грузию не совсем чистых денег я считаю проблемой. Но эта проблема несмертельная - при условии, что у нас будет действенная власть, понимающая, что законно, а что нет, и какие объекты являются стратегическими и не подлежат отчуждению. Так что и тут все зависит от нашей политики. Сегодня у нас больше шансов, что на пути тех денег, которые и в самом деле представляют опасность, встанет барьером национальная правовая воля. Посмотрим, что будет - мы стоим в начале чего-то нового, и осенью будет лучше видно, куда пойдут процессы.

- На фоне происходящих сейчас событий насколько реально в ближайшее время окончательное урегулирование абхазской проблемы и встреча будущего праздника Св. Георгия в Сухуми?

- Если абхазская проблема и вправду разрешится в ноябре, на что я не надеюсь, значит, на свете и в самом деле существуют политики, эпохальные личности, которые могут игнорировать любые прогнозы, рациональные, прагматически просчитанные результаты, и делать по-своему. Правда, мы не сомневались в результате аджарского процесса, но мы думали, что процесс затянется на несколько недель, а произошло так, что воля президента, его команды, рядовых граждан, студентов и преподавателей, всё пересилила и дело нескольких недель было решено за один день. Но в Абхазии таких преподавателей и студентов нет, там совсем другие настроения - абхазцы боятся грузин и не доверяют им. В первую очередь надо восстановить доверие, что требует довольно большого времени, а потом уже образуется и все остальное.

Если кто-нибудь планирует войти в Абхазию с оружием, это будет катастрофой, так как еще одна военная авантюра еще больше отдалит нас от решения этой проблемы. Силовыми методами мы получим или "Чечню", или этноцид абхазского народа, что совершенно недопустимо.

Эка Гугушвили

Опубликовано 19 мая 2004 года.

Перевод - российско-грузинский аналитический сайт www.pankisi.info

источник: Газета "Мтавари газети"

Знаешь больше? Не молчи!
Lt feedback banner
Лента новостей

17 января 2017, 09:30

  • Ранен солдат Армии обороны Нагорного Карабаха

    В результате неосторожного обращения с оружием 16 января в одной из воинских частей получил ранение военнослужащий Гурген Саргсян, сообщил корреспонденту "Кавказского узла" представитель пресс-службы Минобороны Нагорного Карабаха.

17 января 2017, 09:27

  • Азербайджан обвинил Армению в 44 обстрелах

    Вооруженные формирования Армении нарушили режим прекращения огня в различных направлениях фронта в целом 44 раза, используя снайперские винтовки, сообщили сегодня в Минобороны Азербайджана.

17 января 2017, 09:02

  • Доктор Лиза похоронена в Москве

    На Новодевичьем кладбище в Москве 16 января прошли похороны главы фонда "Справедливая помощь" Елизаветы Глинки, погибшей при крушении Ту-154 у побережья Сочи. В подмосковных Мытищах в тот же день были похоронены еще 47 жертв крушения.

17 января 2017, 08:55

  • Показания сослуживца вызвали скандал на суде о смерти курсанта Барсегяна

    На прошедшем 16 января заседании по делу найденного мертвым курсанта Военного института были оглашены показания его сослуживца о том, как подсудимые выносили тело Айказа Барсегяна. Решение прокуратуры огласить показания вызвало бурную реакцию защиты обвиняемых в убийстве, заявившей о нарушении УПК.

17 января 2017, 08:51

Архив новостей
Все SMS-новости