22 декабря 2003, 10:36

О прорыве чеченских боевиков в Дагестан было известно заранее

Ровно неделю в горных районах Дагестана идут поиски боевиков, захвативших несколько сел и убивших девять пограничников. С каждым днем вероятность того, что боевикам или какой-то их части удастся уйти, возрастает. И хотя сообщения об уничтожении бандитов поступают чуть ли не каждый день, в окрестных селах в успех операции верят все меньше. Корреспонденты "Известий" побывали в районе развернувшейся войсковой операции и встретились с непосредственными участниками событий. Выяснилось, что о готовящемся прорыве боевиков здесь знали даже пограничники. Однако никто в это почему-то не верил.

"Пограничники располагали такой информацией, а ехали как на заклание"

Для советника главы администрации села Бежта Магомеда Кебедова появление в селе Шаури боевиков неожиданностью не стало. О такой возможности он не просто догадывался, но знал.

- Не только я, все знали, - говорит он, круто перекладывая руль на вираже горной дороги. - Еще 8 декабря я разговаривал с начальником милиции. Он сказал, что пришла телеграмма о том, что возможен прорыв боевиков. Неизвестно, откуда они об этом узнали. Наверное, разведка в Чечне сработала. У меня в голове не укладывается: пограничники располагали такой информацией, но не отнеслись к ней серьезно. Ехали словно на заклание... Вместе с Магомедом мы преодолеваем последний перевал перед долиной, в которой боевики расстреляли девятерых пограничников заставы Мокок. По склонам ущелья разбросаны небольшие селения. Люди, стоя чуть ли не по колено в грязи, с любопытством рассматривают пассажиров каждой проезжающей машины. Еще неделю назад эти села готовились погрузиться в зимнюю спячку. Теперь к ним приковано внимание всей страны...

"Никто из нас ни в каких боевиков не верил"

...В Шаури около магазина лед. Если бы его не было, боевики могли остаться незамеченными. Но из-за льда их увидел Ахкубек и сообщил пограничникам. Теперь он просит не называть его фамилию - боится, что боевики вернутся и отомстят.

В то воскресенье показывали бокс, и Ахкубек, в доме которого есть спутниковая "тарелка", и два его друга не спали допоздна. Около полуночи на улице послышался визг шин и рев мотора. Через несколько минут в дверь постучала соседка.

- Она сказала, что машина забуксовала и надо помочь, - рассказывает Ахкубек, - это была белая "Волга". Салон был заполнен, но когда мы появились, все пассажиры вышли и быстро пошли из села. Это были бородатые мужчины, и я разглядел, что они вооружены. Остался только водитель. Он был сильно напуган. Мы вытолкнули машину со льда, и он сразу поехал вперед. А через несколько минут машина, снова полная, проехала обратно. Мы сразу решили предупредить пограничников. До заставы добрались только через полтора часа.

Теперь уже ясно, что боевики не заблудились. Они шли в Грузию через Дагестан, потому что прямой путь из Чечни перекрыла природа, погода и Итум-Калинский погранотряд.

На белой "Волге" шла разведка. Остальные боевики ждали в километре от села - на небольшой поляне у реки. Они прибыли с севера, проехав до Шаури два дагестанских района. В одном из сел зашли в магазин, купили еды, расплатившись стодолларовой купюрой, и захватили три машины. В том селе нет связи, и о боевиках никто не узнал. По всей видимости, они хотели добраться до села Хупри - оттуда по ущелью полтора часа ходьбы до Кодорского перевала. Им оставалось лишь проехать мимо заставы Мокок. Или обойти ее.

Начальник заставы капитан Радим Халиков в боевиков сначала не поверил. Он долго, с подозрением расспрашивал визитеров и всматривался в их документы. Но потом все же принял решение выдвигаться.

- Все, кроме часовых, спали, - рассказал солдат, оставшийся тогда на заставе, - нас построили по тревоге. Никто из нас ни в каких боевиков не верил, ехали как на обычную проверку, какие бывают часто. Ребята даже шутили, что хотели бы посмотреть на этих боевиков. Капитан скомандовал:

- Добровольцы, шаг вперед.

"У него сын родился 2 месяца назад. Магомед так и не успел его увидеть"

Добровольцев оказалось пятнадцать человек. Халиков отобрал семерых, отсеяв первогодков. Поехали те, кто весной должен был увольняться. Только один - Евгений Платких из Читы - прослужил год. Юрий Рябов из Самары, Вячеслав Филиппов и Алексей Кургиев из Ростова-на-Дону, Сергей Панкратьев из Пскова, Роман Сидоров из Башкирии, Роман Саламатин из Алтайского края - все они залезли в кузов "ГАЗ-66".

За руль сел контрактник Магомед Гусейнов. Он служил в Хунзахском погранотряде, дома его ждали жена и трое детей. Последний сын родился два месяца назад, Магомед так и не успел его увидеть. В Мококе он был в командировке, которая заканчивалась через два дня.

Рядом с ним в кабине ехал и капитан Радим Халиков, который через два дня тоже должен был уехать с заставы в отпуск.

- Мы сели в кузов вместе с солдатами, - рассказывает Ахкубек, - они держались так, словно ехали на прогулку. Шутили, рассказывали анекдоты, курили. Мы трое чувствовали себя неуютно. Еще на заставе я говорил, что нужно взять приборы ночного видения, подготовиться серьезно. Но меня не послушали. Только собаку взяли. Мы снова пытались поговорить с солдатами в машине. Но они только отмахивались. Когда приехали в Шаури, несколько человек отговаривали их ехать дальше. Предлагали организовать засаду у моста. Хотя бы пустить разведку с собакой вперед. Но капитан сказал: "Сейчас мы их возьмем". Потом спросил, кто поедет с ними, чтобы показать дорогу. Поехали я и мой брат.

Машина до сих пор лежит на дне ущелья. Колесами вверх. С прошитой пулеметными очередями кабиной и изрешеченными бортами кузова. Неподалеку - следы привала боевиков. Свежие банки из-под сгущенки, коробки из-под карамели "Любимые сказки", обертки от шоколада и гильзы.

"Когда раздались выстрелы, все в селе подумали, что это пограничники расстреляли боевиков"

- Минут через пять после того, как мы отъехали от села, грузовик попал на ледяное пятно, - рассказывает Акхубек, - машину развернуло, я и двое солдат выпали из кузова. Я сильно ударился. Пока солдаты разворачивали машину, командир осмотрел меня и сказал, чтобы мы с братом шли обратно. Я обратил внимание, что овчарка напряженно внюхивалась в темноту и рычала. Но командир, казалось, ничего не замечал. Солдаты снова погрузились в кузов, а мы пошли в сторону села. Но как только грузовик завернул за утес, послышались выстрелы.

Пулеметные очереди были слышны около трех минут. В темноте грузовик с включенными фарами стал легкой мишенью. Шансов принять бой у пограничников не было. Раненного командира боевики выволокли из кабины и обезглавили. У многих солдат было перерезано горло и вырезаны гениталии. Боевики погрузили тела в кузов, машину сбросили со скалы в реку. Контрактника Магомеда Гусейнова, который чудом выжил под обстрелом, боевики убили позже - на окраине села.

- Когда раздались выстрелы, все в селе подумали, что это пограничники расстреляли боевиков, - вспоминает завхоз шауринского детского дома Махач Муслимов, - я и двое моих односельчан пошли навстречу. У меня был автомат и пять патронов в рожке. Было темно, но в очень слабом свете луны мы увидели, что нам навстречу идут люди. Мой друг схватил меня за рукав и зашептал: "Это не пограничники". Мы прижались к скале, и боевики прошли совсем рядом.

"Карта у боевиков была очень подробная, в углу написано - "Генштаб"

Поняв, что они обнаружены, боевики, не таясь, вошли в Шаури. Затем, взяв четверых заложников, направились в расположенное выше в горах село Галотли. Фельдшера Жужуя Абдурахманова, студента юридической академии Гапара Гаджиева и Магомеда Гамидова взяли на улице. Кочегара Шамиля Долгатова подняли прямо из постели.

- Я открыл, и мне в грудь уперся ствол автомата, - рассказал "Известиям" Шамиль Долгатов. - На пороге стояли трое, один был в чалме. Им был нужен "уазик", который стоит у меня во дворе. Я сказал, что могу дать ключи, но у машины нет двигателя. Они заставили меня поднять капот, а потом тот, что в чалме, сказал, что они возьмут меня с собой. Даже одеться не дали - дали только куртку, и я как был в тапочках на босу ногу, так и ходил целые сутки. Тот, что в чалме, был у них старшим. Они называли его "Мамай" (позже стало известно, что это полевой командир Дадаев). Он постоянно говорил: "Не бойся, брат, мы тебя не тронем". Сколько их было, я точно не скажу. Вокруг меня постоянно находилось человек десять, кто-то уходил вперед, кто-то догонял. Все они были очень здоровые, не меньше метра девяносто. Очень хорошо подготовлены, оружием обвешаны с ног до головы. Пулеметы, гранатометы, приборы ночного видения у каждого. Карта у них очень подробная, в углу было написано "Генштаб". Шли очень медленно. До Галотли добрались только к вечеру, хотя мы обычно доходим часа за два. Они постоянно сосали карамельки и нас ими кормили. Когда встало солнце, у реки по очереди помолились. Я спросил у одного, как они надеются прорваться. Он сказал, что на все воля Аллаха. В Грузии, дескать, их ждут друзья, и если прорваться не суждено, они погибнут в бою.

- Нас сразу предупредили, что если кто-то один попытается убежать, то они расстреляют всех четверых, - рассказывает студент Гапар Гаджиев. - Между собой боевики разговаривали на чеченском, и мы их не понимали. К нам обращались по-русски. Один из них много со мной разговаривал. Спрашивал, почему я не хочу умереть как шахид, звал идти с ними. Говорил про Кадырова, дескать, они скоро до него доберутся и "завалят". Я старался отвечать односложно, думал только о том, чтобы все это побыстрее закончилось. К вечеру добрались до Галотли. Нас всех поместили в один дом и даже не охраняли. Мы вместе с хозяином дома приготовили еду, поговорили немного и потом легли спать. А рано утром по селу из вертолета начали давать очереди, вошли военные, а оказалось, что боевики еще ночью ушли. Позже сказали, что нас освободили в результате спецоперации. И еще сказали, что было уничтожено двадцать боевиков.

"Это же горы, их тела очень трудно вывезти"

Развернувшаяся в горах операция по поиску и уничтожению боевиков своими масштабами должна, наверное, компенсировать растерянность, с которой Дагестан встретил их приход. В последующие дни, словно пытаясь вернуть ситуацию к равновесию, поступал рапорт за рапортом об обнаружении и уничтожении групп боевиков в горах . Но чем дальше, тем яснее становится, что эти сообщения сильно опережают события. Во вторник, например, сообщалось об уничтожении 20 боевиков, но позже пограничники эту цифру скорректировали.

- Пока я не увижу трупы, не поверю, что они хоть кого-то уничтожили, - говорит Магомед Кебедов. - Мне кажется, что вся эта операция - только пыль в глаза и что боевики уже ушли.

До сих пор нет ясности в том, насколько многочисленным был вошедший в Шаури отряд. Называют цифры от 37 до 60 человек. После ночевки в Галотли боевики разбились на группы по 10-15 человек и попытались уйти. Сколько было этих групп и куда они пробиваются, остается только гадать. По всей видимости, часть боевиков направилась обратно в Чечню, и именно на этой группе сосредоточили свои усилия пограничники. Все удары, о которых сообщало командование операцией, были направлены на окрестности села Сагада, на границе Цунтинского и Цумадинского районов, откуда боевики приехали в Шаури.

- Еще 16-го числа авиация обнаружила группу боевиков из 15-18 человек, - объяснял "Известиям" в четверг на заставе Мокок начальник территориального отдела "Махачкала" пограничной службы генерал Владимир Стрельцов, - по ним был нанесен удар, и мы уверены, что как минимум шесть из них убиты. Но это же горы, их тела очень трудно вывезти. Оставшаяся часть затаилась, и ее удалось обнаружить только сейчас. Они заперты в ущелье, и их уничтожение - вопрос одного-двух дней. Одновременно проводятся поисковые операции в других частях района.

Однако и в минувшие выходные подтверждения того, что группа боевиков уничтожена, не поступало. А об обнаружении других группировок до сих пор даже не сообщалось. Между тем не исключено, что значительная часть боевиков попытается прорваться в Грузию и даже в Азербайджан через Тляратинский район Дагестана. Еще во вторник жители села Гарбутли Бежтинского участка (как раз на границе Тляратинского района) видели ночью свет нескольких фонарей в горах. В те места вертолеты не залетают, и, возможно, боевикам уже удалось уйти.

"Прилетели в село, а вместо боевиков - только обертки от сникерсов"

Застава Мокок - несколько вгрызшихся в склон ущелья хижин - стала центром операции. Сюда перебросили несколько отрядов ОМОНа, спецназ, отряды пограничников, 136-ю мотострелковую бригаду из Буйнакска. Всего более 300 человек. Омоновцы и спецназовцы, вооруженные до зубов и облаченные в белые маскировочные комбинезоны, сидели у разбитых на льду палаток, курили и варили суп в казанках. Вертолеты авиации погранвойск раз за разом взлетали и скрывались за хребтом, отстреливая тепловые ракеты. На вертолеты возложена основная работа - найти группы боевиков и расстрелять их с воздуха. Спецназу и ОМОНу отводится роль "чистильщиков", которых высаживают на точку после удара. Но "чистить", по словам спецназовцев, еще ничего не приходилось.

- Нас перебросили из Ведено, - рассказал "Известиям" один из бойцов спецназа, - но пока мы вылетали только один раз. Когда заложников освободили. Прилетели в село, а вместо боевиков - только обертки от сникерсов. Это они грамотно делают: в горах побольше сладкого надо есть. А сникерсов у них много. Я думаю, что днем боевики где-то отсиживаются, а идут по ночам.

Между тем для жителей Цунтинского района вопрос о поимке или уничтожении боевиков является принципиальным. Происшедшее 15 декабря стало для них настоящим шоком. Здесь многие знали командира заставы и даже некоторых солдат. Уже через день после расстрела пограничников в селах появились списки желающих вступить в ополчение. Набралось почти пятьсот человек. Чеченская война до сих пор обходила их стороной, хотя разведчики из соседней республики здесь появлялись.

В Бежте, из которой в Грузию идет единственная в этих местах проходимая для автомобилей дорога, рассказывают, как два года назад приезжали несколько чеченцев и пытались договориться с местными о транзите. Тогда им жестко отказали. Рассказывают также, что, посмотрев на местные леса, один из приезжавших воскликнул: "Здесь можно десять лет воевать".

В приграничных селах опасаются, что если сейчас боевикам удастся уйти от преследования, они и в дальнейшем будут часто пользоваться дагестанским транзитным путем. Тем более что соседний с Цунтинским Цумадинский район (откуда и приехали боевики) называют родиной ваххабизма. Там многие сочувствуют боевикам и могут поддержать их если не действием, то хотя бы молчанием.

"Я смотрю на этих пацанов и думаю: разве они могут справиться с боевиками?"

В темноте наша "Нива" нагнала военную колонну. "КамАЗы" и БМП с замерзающими солдатами на броне, артиллерия и полевые кухни. Живая сила и техника 136-й мотострелковой бригады из Буйнакска двигалась к заставе Мокок. Накануне двое солдат, которых без оружия оставили сторожить заглохшую боевую машину, были найдены застреленными.

- Как ты думаешь, Магомед, кто это сделал? - спросили мы Кебедова.

- Думаю, что это как-то связано с Шаури, - сказал он. - Неподалеку от того места, где их расстреляли, - знаменитые села Карамахи и Чабанмахи. Там жили ваххабиты, осталось много сочувствующих им. Может быть, так они решили помочь боевикам. Вообще я смотрю на этих пацанов и думаю: разве они могут справиться с боевиками, которые всю жизнь в горах воюют. Почему военные не используют нас, местных. Ведь мы знаем все тропы, это наши горы, и мы бы сами смогли разобраться с боевиками. И если сейчас их не поймают, то мы будем настаивать на том, чтобы нам выдали оружие.

Магомед помолчал и добавил:

- Иначе люди возьмут свое.

Владимир Демченко.

Опубликовано 22 декабря 2003 года.

источник: Газета "Известия"

Гласность помогает решить проблемы. Отправь сообщение, фото и видео на «Кавказский узел» через мессенджеры
Lt feedback banner
Фото и видео для публикации нужно присылать именно через Telegram, выбирая при этом функцию «Отправить файл» вместо «Отправить фото» или «Отправить видео». Каналы Telegram и WhatsApp более безопасны для передачи информации, чем обычные SMS. Кнопки работают при установленных приложениях WhatsApp и Telegram.
Лента новостей

12 декабря 2017, 17:27

  • Азербайджан спокойно воспринял заявление Трампа об Иерусалиме

    Отсутствие массовых протестов в Азербайджане после заявления президента США о признании Иерусалима столицей Израиля и переводе туда американского посольства связано с политикой азербайджанских властей, вынужденных лавировать между мусульманским миром и партнерством по поставкам вооружений, считают опрошенные "Кавказским узлом" политологи и журналисты.

12 декабря 2017, 17:19

12 декабря 2017, 17:05

12 декабря 2017, 16:39

12 декабря 2017, 15:47

  • Власти Грузии дистанцировались от экстрадиции Саакашвили

    Грузия пока не получала ответ Украины на запрос об экстрадиции бывшего президента Михаила Саакашвили, заявила министр юстиции Тея Цулукиани. Экстрадиция Саакашвили не обсуждается на политическом уровне, а дело против него является внутренним вопросом Украины, заявили грузинские политики.

«Сафари по-сирийски» - рассказ бывшего боевика
«Сафари по-сирийски» — рассказ бывшего боевика. Полный текст интервью
Персоналии

Все персоналии

Архив новостей