18 сентября 2003, 20:13

Представляем кандидата в президенты

Интервью с Маликом Сайдуллаевым

- Малик Мингаевич, что Вы хотите предложить народу?

- Сегодня могу предложить им то, что у них отобрали. Чтобы наши дети могли получить полноценное образование, чтобы люди могли утром встать, накормить своих детей, отправить их в школу и самим спокойно собраться и пойти па работу.

Очень хочу дать им ту полноценную жизнь, которой живут не только в России, но и во многих странах, где я побывал.

Я хочу вернуть в нашу республику обычные блага цивилизованной жизни, дать каждому возможность реализовать себя. Думаю, все понимают, что этого нельзя достичь в один день, но уверяю вас, все это и многое другое возможно вернуть в короткие сроки.

Думаю, что наши люди достаточно настрадались, они имеют право позволить себе эти маленькие радости, без которых человеку трудно быть счастливым.

В конце концов, в республику должен прийти тот, кто действительно сделал бы это, кто сумеет обеспечить достойную жизнь нашим, в первую очередь, женщинам.

Обычно, когда я приезжаю домой, я останавливаюсь на придорожных рынках. Но каждый раз, когда я вижу покрытые дорожной пылью прекрасные лица так рано постаревших чеченских женщин, что и в зной, и в cтужу, и в промозглую сырость с утра допоздна торгуют, меня берет зло и на себя, и на всех мужчин. Мы, и только мы виноваты в том, что горе и заботы так рано избороздили морщинами их молодые лица. Я не смогу вернуть им молодость, потерянные годы, погибших мужей и сынов, но я, если бы не был уверен, что смогу дать их дочерям другую, более достойную жизнь, я бы никогда не стал баллотироваться на должность Президента.

Но как ни важны и необходимы блага материальной культуры, ими не заканчивается список наших утрат. Гораздо труднее будет залатать прорехи в нашей духовной культуре, вернуть наши обычаи, в основе которых уважение к старшим, уважение к женщинам, уважение к труду. Нелегко будет восстановить границы нашей культуры, которые порой сильно размыты. Вот почему я поддерживаю ансамбль "Ловзар", почему помогаю нашим артистам записывать альбомы на чеченском языке. Можно очень много и долго говорить на эту тему. Сегодня трудно поверить, что возможна эта нормальная жизнь. Но это возможно - мы можем это сделать. И мы это сделаем.

Сейчас самое главное, чтобы люди, в конце концов, получили возможность думать о своих детях, не только в смысле, чем бы их накормить и во что бы их обуть, одеть, но думать об их завтрашнем дне. Двенадцать лет назад мы имели такую возможность, но не воспользовались ею. Именно поэтому те, кому тогда было по шесть-семь лет, сегодня воюют, убивают и погибают сами. По большому счету виноваты не наши дети. Мы, старшие, сделали их малограмотными, мы не дали им то, что наши отцы дали нам. Несмотря на то, что религия и наша традиционная культура были под жестким контролем, наши родители смогли привить нам веру в Всевышнего, научили ценить и соблюдать наши прекрасные обычаи, дать нам образование. Мы же отобрали все это у наших детей. Наш долг вернуть в свои семьи воюющую молодежь и постараться хотя бы частично возместить им то, что было отобрано у них.

Этот мир сказочно красив. В этом мире множество дел, которыми человек может и должен заниматься. Война - последнее из них.

Я хочу принести в Республику систему цивилизованного управления. Гражданин, чьи основные обязанности перед собой, обществом и государством заключаются в том, чтобы заинтересованно и ответственно выбирать своих руководителей на всех уровнях, и через систему представительных органов контролировать избранную исполнительную власть, при такой системе становится главным человеком в государстве. Он уже не будет стоять жалким просителем перед чиновником, а чиновник перестанет быть вершителем судеб граждан. Все, что нужно для этого, уже есть в Конституциях России и Чеченской Республики. Но огромную работу предстоит сделать в сфере законодательства. Любой чиновник или крупный предприниматель знает, что в законы на стадии их разработки и принятия закладываются капканы для простых граждан и прорехи для высших чиновников. Первые становятся кормушками для чиновников низшего и среднего уровня, а через вторые чиновники высшего уровня в огромных размерах расхищают бюджетные средства и богатства недр. Причем, эти прорехи и капканы в законах видны невооруженным глазом. Таким образом, коррупция, взятки, неуважение к людям закладываются в законы преднамеренно. Для того, чтобы пресечь такую практику и ума-то много не нужно, достаточно элементарной честности. Вот мы и пришли к главному, с чем я иду в республику - я иду с честной политикой. А честная политика позволяет решить все проблемы - и войны, и мира.

Не менее важным является то, что мы определили решающее звено в цепи наших проблем: раздробленность, фрагментированность чеченского общества, отсутствие объединяющего взгляда на главный вопрос последнего десятилетия, наше место в современном мире  и наши отношения с Россией.

Но самое ценное заключается в том, с чем я и моя политическая команда идем во власть - это хорошо проработанная, согласованная практически со всеми главными субъектами реальной чеченской политики, предвыборная политическая платформа. Не буду опережать события, и пересказывать ее содержание, скажу одно - это действительно реальный, честный и правдивый аналитический документ. Я уверен, что без национального согласия не возможен мир, а без мира не будет ни восстановления экономики, ни возрождения нашей культуры. Мы достигнем этого долгожданного мира и согласия в сжатые сроки.

- Малик Мингаевич, Вы затронули много проблем, какую из них Вы могли бы решить, ну скажем, за 100 дней или за полгода?

- В течение 100 дней я смогу решить проблему, связанную с выплатой компенсаций людям, зарплаты и детских пособий. Вот эту проблему я смогу решить. Я смог бы за это время коренным образом изменить систему, связанную с взятками. Я добьюсь того, чтобы чиновники перестали требовать взятки. Заметьте, я говорю о том, что они перестанут требовать. Очень много зависит от наших граждан - они должны перестать предлагать подношения. Нашим гражданам пора перестать испытывать восторг, умиление и благодарность оттого, что чиновник выполняет свои обязанности.

Относительно обстановки в республике, я думаю, что в течение этих 100 дней мы проведем комплекс переговоров с вооруженными формированиями и с большинством из них придем к общему знаменателю. На сегодняшний день у меня есть договоренность с некоторыми из них, и с главными, и с командирами среднего звена. За эти 100 дней будет разработана и начнет реально работать система розыска без вести пропавших. Думаю, что в этой работе будут первые результаты. В этом вопросе, к сожалению, не следует ожидать только хороших вестей, но результаты будут. Кроме того, мы проанализируем судьбу тех людей, кто воспользовался нравом на амнистию. Что случилось, какова их судьба, не продолжают ли их преследовать, сколько из них стали жертвами ночных похищений и бессудных убийств, кто из них смог устроиться на работу, не связанную с оружием. Я думаю, что этот анализ позволит сделать очень интересные выводы. Поскольку мы затронули судьбу амнистированных, не могу не сказать вот о чем. Сегодня распускаются злонамеренные слухи о том, что если в результате выборов к руководству республикой придет новый человек, то якобы судьба тех, кто амнистировался и служит в отдельных силовых структурах, предрешена, будто бы их уничтожат, и что у них нет другого выхода, кроме как любым путями обеспечить избрание нынешнего руководителя республики. По этому поводу я хочу заявить следующее:

Во-первых, я уверен, что эти люди воспользовались правом на амнистию потому, что им надоело воевать, и заставлять их вступать в какие-то отряды и воевать против своих вчерашних товарищей, вообще говоря, было бесчеловечно. Во-вторых, эти люди сегодня выполняют приказы нынешнего руководства, и ответственность за исполнение этих приказов полностью ложится на тех, кто отдает приказы. В-третьих, они подчиняются тому, кто сегодня у власти не в силу его личных качеств и заслуг, а только потому, что за его спиной стоит федеральный центр. В-четвертых, как только вновь избранный Президент Чеченской Республики вступит в свои права, эти отряды перейдут в его подчинение.

Те из них, кто этого желает, получат возможность служить и дальше, служить не Малику Сайдуллаеву, а служить своему народу в соответствующих государственных структурах. Если они захотят сложить оружие и вернуться к своим семьям, у них будет и такая возможность. Более того, при желании, они смогут получить образование.

Я понимаю, что могут задать вопрос: "Мне 23 года - какое образование?" Но он может работать, получать достойную зарплату и одновременно учиться на вечерних курсах и получать азы образования. Я отметил часть задач, которые мы, в первую очередь, решим, но могу сказать одно: у меня была мечта сделать в Кремле чисто чеченский концерт, чтобы этот концерт начался именно с молитвы, исполнили назм. И мы сделали это. 4 тысячи 670 чеченцев пришли в этот вечер в зал. Сначала была молитва, чтение суры из Корана, потом уже назм. Одна мечта уже сбылась. Я знаю и верю, что, начав дело, мы доведем его до конца. Вторая моя мечта - возродить нашу республику за очень короткий период. Некоторые спрашивают: "Будет ли это при нашей жизни?" Уверяю вас - будет! Ведь все, что разрушено, намного меньше того, что мы построили в 60-70-х годах у нас дома и за пределами нашей родины. Глаза боятся - руки делают. Я более чем уверен, что Грозный мы отстроим за три с половиной года. Но мы не только отстроим разрушенное - мы построим то, чего у нас не было, и в их числе современный студенческий городок. У меня уже сделаны проекты и планы будущего Грозного.

- Кого из кандидатов Вы считаете своим основным соперником?

- Среди кандидатов есть очень достойные люди, но для одних рано идти в Чечню, для других уже поздно, а для третьих... Было бы лучше и для них, и для чеченского народа, если бы ни в прошлом, ни в будущем их и близко не подпускали к власти. Если выборы будут честными, у нас есть все шансы выиграть. Не могу не коснуться темы, которая усиленно муссируется в республике. Я имею в виду разговоры о том, на кого сделал ставку федеральный центр. На мой взгляд, федеральный центр намерен сделать предстоящие выборы максимально честными. Это в его интересах: только честно избранный Президент Чеченской Республики, опираясь на волю народа и мощную поддержку федерального центра, способен остановить войну и восстановить республику. Я знаю, что отдельные деятели в Москве стараются напугать Президента Путина неизбежным выходом из-под контроля некоторых местных подразделений. Если кто-то говорит, что Кремль сделал ставку на него, нагло врет. Но, кроме того, что он врет, он еще старается убить у людей надежду, посеять апатию и неверие в то, что они могут что-то решить в своей судьбе. А это уже опаснее. Но граждане нашей республики в состоянии выбирать свою судьбу, судьбу своих детей. Для этого им надо только прийти на выборы и проголосовать. Желательно за меня (смеется).

- В тяжелейшее время для республики Вы создали Гуманитарный Фонд "МИНГА", который помогает детям-инвалидам, нуждающимся в лечении, отправляли гуманитарные грузы, мы все это знаем. Если Вы станете Президентом, будет ли существовать Ваш фонд?

- Да, конечно. Все, что мы до сих пор делали, делалось только за счет собственных средств. Я не вижу причин, по которым этот Фонд перестал бы действовать. Фонд носит имя не Малика Сайдуллаева, а моего отца, которого нет в живых. Поэтому у меня нет морального права закрывать его. Фонд приостановил работу на период предвыборной кампании, чтобы нельзя было обвинить нас в подкупе избирателей. Я приношу извинения всем адресатам фонда за вынужденный перерыв в работе.

- Малик Мингаевич, расскажите немного о себе.

- 5 октября 2003 года мне исполнится 39 лет.

- Я не ослышалась? Вы родились 5 октября? То есть, как раз в день выборов?

- Ну да, такое вот совпадение...

- Ну почему Вы не сказали об этом сразу же. Я бы построила все интервью вокруг этого мистического совпадения. Да и совпадение ли это? Может, это перст Божий?

- (Смеется). Будем считать, что чувство юмора у Вас хорошее. А вообще-то мистика это то самое, что ни в какой мере не должно быть присуще человеку. Тем более мужчине, тем более чеченцу. У нас есть Вера, и есть Воля. Вера во Всевышнего и Воля, чтобы сделать нашу жизнь достойной нашей веры.

- Малик Мингаевич, а как Вы относитесь к идее особого статуса нашей республики?

- Особый статус Чеченской Республики - это не компенсация за тотальное разрушение экономики, социальной сферы и жилья. Понимать его только как сумму временных налоговых, таможенных и других льгот и преференций - опасное заблуждение.

Совершенно неправильно представлять особый статус и как юридическое оформление имеющего место громадного отчуждения между чеченским народом и Россией.

Особый статус - это инструмент, с помощью которого могут и должны быть согласованы и гармонизированы национальные интересы чеченского народа и России.

Особый статус - это возможность для чеченского народа, оставаясь в составе российского государства и придерживаясь основополагающих принципов, на которых построена Российская Федерация, строить свою жизнь на базе своего мировоззрения.

Для России особый статус Чеченской Республики сродни разминированию Кавказа и юга России в целом, это гарантия того, что российскую государственность в Чечне никогда впредь не придется отстаивать с помощью оружия.

Опубликовано 9 сентября 2003 года

Автор: Марха Сулейман; источник: Газета "Вести Республики" (Чечня)

Знаешь больше? Не молчи!
Lt feedback banner
Лента новостей

22 января 2017, 13:19

22 января 2017, 12:24

  • 1 Черкесские активисты собрали средства на оплату обучения беженки Рагад Гиш

    70 тысяч рублей собрали за шесть дней в январе участники акции по сбору средств, откликнувшись на призыв черкесских активистов помочь оплатить обучение беженки из Сирии Рагад Гиш. Итоги акции говорят о преемственности адыгского обычая взаимопомощи, заявила руководитель региональной общественной организации "Очаг" Ольга Эфендиева-Бегрет.

22 января 2017, 11:23

22 января 2017, 10:27

22 января 2017, 09:40

Архив новостей
Персоналии

Все персоналии