25 января 2009, 00:00

Хроника насилия в Чеченской Республике. Ноябрь 2008 года

Справка Правозащитного центра "Мемориал"

1 ноября 2008 года

Примерно в 13.30 в Плиевском муниципального округа города г. Назрань Республики Ингушетия сотрудниками федеральных силовых структур в доме Гардановых, проживающих на ул. А. Горчханова, был произведен незаконный обыск.

По словам хозяев дома "силовики", в количестве более полутораста, все - в масках, подъехали к ним на пяти БТРах и пяти автомобилях "Газель". "Силовики" не представились. Они ворвались в дом и всех, кто там находился, заставили выйти на улицу. В доме провели несанкционированный обыск, который длился более двух часов. Все это время хозяева дома находились на улице без верхней одежды. "Силовики" переворачивали мебель, разбрасывали вещи. Ничего противозаконного в доме обнаружено не было. Сотрудников силовых структур также интересовало местонахождение сына хозяина дома, Илеза Гарданова, - они не объяснили, с какой целью их интересует его местонахождение. Задавали вопрос и о местонахождении Хамзата Гарданова, убитого военными 2 августа 2008 года.

После досмотра домовладения Гардановых, "силовики", также безо всяких на то оснований, обыскали дома их соседей, Ажиговых и Вельхиевых. При этом БТРом военные сломали ворота Ажиговых и повредили их забор.

По окончании обысков "силовики" уехали, так и не объяснив свои действия.

3 ноября 2008 года


Вечером в ст. Первомайская Грозненского (сельского) района Чеченской Республики сотрудниками ПМСН (полка милиции особого назначения) были незаконно задержаны: Хамзат Ахмедович Дзейтов, 1990 г.р., и его отец, Ахмед Идрисович Дзейтов, 1955 г. р, проживающие по адресу: ст. Ассиновская, ул. Кадырова, 85.

Около 18.00 домой к Дзейтовым в ст. Ассиновская приехали не менее семи сотрудников милиции. Двое прошли в дом и поинтересовались у хозяина, Ахмеда Идрисовича Дзейтова, о местонахождении его сына Хамзата. На его вопрос, зачем им понадобился Хамзат, ответили, что "хотят просто поговорить с ним". Хамзат учится в Грозном на 1-ом курсе юридического факультета Правовой Академии. Домой он приезжает только на выходные дни, а по будням часто остается у дяди в ст. Первомайская.

Ахмед Дзейтов поверил сотрудникам милиции и согласился отвезти их к сыну, - там их и задержали. Из ст. Первомайской около 22.00 отца и сына Дзейтовых отвезли в штаб ПМСН. Их завели в кабинет. Вскоре туда зашел какой-то мужчина, и, не представившись, стал задавать вопросы Хамзату, при этом кричал и замахивался, угрожая ударить. Ахмед попытался вступиться за сына, но его вывели из кабинета. Через некоторое время отца с сыном снова посадили в машину, теперь натянув им на головы свитера, так чтобы они не могли видеть дорогу. Ехали минут десять. По прибытии на место Ахмеда завели в подвальное помещение. Через некоторое время ту да же привели Хамзата. Ночь Дзейтовы провели в этом подвале, так и не получив объяснений о причинах их задержания.

4 ноября, после 15.00, вооруженные люди увели Хамзата. Ахмед пытался выяснить, куда уводят сына, но безуспешно. Хамзата привели обратно часа через два-три. Он был сильно измучен, у него не хватил сил стоять и разговаривать с отцом. Около 20.00 Ахмеда Дзейтова вывели из камеры и завели в кабинет на втором этаже здания, где он провел некоторое время с двумя милиционерами, чеченцем и русским. Там ему сказали, что Хамзата отвезут в Заводской РОВД г. Грозный. Спустя какое-то время Ахмеда привезли обратно в штаб ПМСН. Около 22.00 один из сотрудников милиции подошел к Ахмеду и протянул ему мобильный телефон, сказав, что его кто-то спрашивает. Человек, звонивший по телефону, представился адвокатом Хамзата. Он сообщил Ахмеду, что его сына пытали, и сказал, что нужно сделать медицинское освидетельствование. Около 23.00 Ахмеда Дзейтова освободили.

Через некоторое время Хамзат с разрешения милиционеров позвонил родным, чтобы убедиться в том, что отец вернулся домой. Сестра Хамзата зафиксировала номер, с которого он звонил. На следующий день Ахмед позвонил по этому номеру. Ответил русский, сотрудник милиции, который находился в кабинете с Ахмедом в штабе ПМСН. Он сообщил Ахмеду номер телефона адвоката Хамзата и сказал, что они ждут его в суде Заводского района.

Ахмед пришел в назначенное место и встретил там адвоката сына. Он отвел Ахмеда в сторону и сообщил, что Хамзата хотят задержать на десять дней из-за его бывшего зятя, который является боевиком. Ахмед возмутился: какое отношение имеет его сын к действиям бывшего зятя? Адвокат ответил, что так будет лучше для Хамзата, и что их изначально задерживали из-за зятя.

Сына Ахмед не видел. Каждый день он приходил в Заводской РОВД и приносил ему передачу, которую принимали.

Адвокат на связь с ним больше не выходил. Через десять дней Ахмед сам ему позвонил. Только тогда адвокат соизволил сообщить отцу, что в отношении Хамзата возбудили уголовное дело по ст. 208 ч. 2 УК РФ. При этом сам адвокат находился в Ростове и с отцом встретиться не мог. По состоянию на начало декабря, Хамзат Дзейтов находится в СИЗО-1 г. Грозный.

Рассказывает Ахмед Дзейтов:

"Они пришли и спросили Хамзата, сказали вопросы задать надо. Мы приехали к сыну, увидев меня с вооруженными людьми, Хамзат забеспокоился. Я попытался успокоить его, сказав, что они зададут ему всего лишь пару вопросов. Я был настолько глуп, что поверил им и подставил своего сына.

После допроса, когда Хамзата вернули в подвал, вид у него был ужасный: лицо было пунцовым, он еле держался на ногах. Я хотел с ним заговорить, но, увидев, как он бессильно опустился на землю и прислонился к стене, я понял, что тот совсем измучен. У него не то, что заговорить со мной, взглянуть на меня сил не было. Меня же хватало только на бессильные слезы. Единственное, он мне сказал, что его пытали током. Дальше я не позволил ему говорить, так как каждое слово ему давалось с большим трудом. Я думал, что его больше до следующего дня забирать не будут, и решил расспросить его позже обо всем. Но через пять минут его снова увели. Я просил их не забирать его снова, не издеваться над ним, что он еще ребенок и что угодно возьмет на себя, но, несмотря на это, его в ту ночь увели. Спрашивал, что они хотят от моего сына, но они меня игнорировали, как зомби какие-то. Самое ужасное я сам его отдал в их руки, сам их привел к нему, все его мучения из-за меня, из-за родного отца".


5 ноября 2008 года


В центре г. Гудермес, на перекрестке просп. им В. Терешковой и ул. Ямадаева произошла ссора между водителями, в результате которой один из них, местный житель, Хамзат Бачаев, 50 лет (проживает на ул. Буйнакская), был задержан сотрудниками РОВД Гудермесского района и жестоко избит.

Хамзат Бачаев, управлявший автомашиной "Газель", остановился на светофоре. Сзади него остановилась иномарка, за рулем которой был молодой человек крепкого телосложения в штатской одежде. Он стал сигналить, требуя пропустить его машину. Бачаев не мог этого сделать, так как вперед тоже стояла машина. Водитель иномарки вышел из машины и стал оскорблять Хамзата. Произошла ссора. Из иномарки выбежали еще несколько человек. Они окружили Хамзата, а владелец иномарки стал куда-то звонить и настоятельно требовать, чтобы кто-то приехал на место происшествия. Через несколько минут к месту происшествия подъехали сотрудники Гудермесского РОВД, предположительно - сотрудники ДПС. Они избили Хамзата, и вместе с машиной доставили на пост ДПС, расположенный на трассе "Кавказ", у въезда на проспект им. Терешковой. Там Хамзата избили еще раз и отвезли в ГИБДД. Узнав о происшествии, за Хамзатом приехал его сын, Зубайр Бачаев, 24 лет. Милиционеры избили и его. Человек на "иномарке" был родственником президента, потому милиционеры так усердствовали. Неизвестно, чем бы дело кончилось, если бы родственники Бачаевых не работали в силовых структурах: один - сотрудник ФСБ, другой - помощник министра внутренних дел республики. Именно благодаря этой родственной связи Хамзата Бачаева и его сына отпустили.

Хамзат не стал обращаться в прокуратуру. Такие истории случаются в республике почти каждый день. Для Хамзата она закончилась быстро, без трагедии и последствий, но жителям с. Курчалой Али-Хаджи Гакаеву и Ваха-Хаджи Саидову повезло меньше. Полтора месяца назад их задержали и сильно избили на том же посту, куда теперь доставили Хамзата. Молодые мужчины стояли неподалеку от поста, когда проезжал кортеж президента, один из них по ходу разговора пальцем указал какую-то из машин эскорта. Это заметил офицер Гудермесского РОВД, который затащил их на пост ДПС и вместе с другими сотрудниками милиции сильно избил. Гакаева и Саидова освободили только к вечеру, обоим после этого пришлось пройти курс лечения. Они, - так же, как теперь Бачаев, - не стали обращались с жалобами в официальные органы власти.

7 ноября 2008 года

Утром в г. Ростов-на-Дону в ресторане "Макдоналдс" были задержаны трое молодых чеченцев (Ахмет Алиев, М. Джабраилов и Дениев), которые ехали на своей машине из Москвы в Грозный. Все трое - студенты московских ВУЗов. Адвокат задержанных сообщил их родителям, что, по версии следствия, войдя в ресторан, они угрожали одному из посетителей ножом и отняли у него мобильный телефон. После этого, по версии следствия, они еще минут пятнадцать провели в ресторане, причем дали своей жертве позвонить, во-первых, друзьям (и решили подождать, пока те приедут) и в милицию, - подъехавший наряд, задержал незадачливых грабителей. Жертвой оказался сын сотрудника ГИБДД Ростова.

Молодым людям вменили статью 162 (разбойное нападение) УК РФ. 10 ноября суд вынес решение о мере пресечения: заключение под стражу. Судью не удивило ни то, что молодые люди выбрали для грабежа многолюдное место; ни то, что все они - достаточно обеспеченные люди; ни их странное поведение после якобы совершенного преступления. Родители арестованных уверены в их невиновности и намерены добиваться правосудия.

9 ноября 2008 года

Около 21.00, в г. Грозный был обстрелян пост охраны рядом с Дворцом молодежи по адресу ул. Розы Люксембург. Пост охраняет один из въездов во двор, который располагается позади дворца. В результате обстрела был убит один милиционер, еще четверо получили ранения различной тяжести. Нападавшие скрылись. Свидетели говорят, что в тот вечер в маленькой будке охраны находилось до 12 человек, которые играли в нарды, - возможно это позволило нападавшим застать их врасплох.

На следующий день проезд на ул. Розы Люксембург был закрыт.

На этой улице и в прилегающих кварталах находится несколько мобильных постов милиции.

10 ноября 2008 года


На телеканале "Грозный" транслировалось выступление Расула Баймуралова, командира одного из подразделений расформированного накануне батальона специального назначения "Восток" 42-й мотострелковой дивизии Минобороны России. Он говорил о том, что бойцы батальона по прямому указанию командира, Сулима Ямадаева, или с его ведома совершили многочисленные тяжкие преступления, - похищения и убийства людей. Назвав среди жертв Ямадаевых братьев Арсамаковых, он признал, сам задерживал их, думая, что задерживает ваххабитов, а затем передал группе, в которой был Бадруди Ямадаев. Кто конкретно отдал приказ на задержание, из сумбурной речи Баймурадова ясно не было.

Он упомянул ещё о другом исчезновении людей - о двух братьях, задержанных по подозрению в преступной связи с эмиром Итум-Калинского района Тарханом, и впоследствии пропавших. Сообщил он и о том, что не раз молодых людей, которые приходили в батальон, чтобы устроиться на работу, убивали, выдавая в отчетах за боевиков, и получали награды, - однако не назвал ни одного имени.

Ведущий передачи упомянул о планах Ямадаевых совершить покушение на президента Чеченской Республики Кадырова, и сообщил, что расследование уголовного дела против братьев вступает в заключительную стадию.

Выступления командира одного из подразделений бывшего батальона "Восток" Расула Баймурадова в программе "Итоги" на телеканале "Грозный" 10 ноября 2008 года

Комментарии ведущего: Военные приоткрывают завесу тайны, рассказывая о кровавых преступлениях, совершенных командиром батальона "Восток" Сулимом Ямадаевым и его братьями. Многочисленные награды Ямадаевы получили не за борьбу с террористами и ваххабистами – эти награды они получали на крови десятков безвинно убитых ими людей.

Расул Баймурадов: Повесили медали на груди! На сегодняшний день как и я многие ребята в строю, у меня тоже ранения, две пули попали мне в живот, но я не получил награды. Я посчитал бы неуместным носить награды, когда другие мои подчиненные остались инвалидами без рук и ног. Прикрываясь словами: "Конституция, закон и порядок", - эти люди сами не следовали этому, для них это было пустым звуком.

Братья Арсамаковы, они [имеется в виду - братья Ямадаевы. – прим. "Мемориал"] мне сказали, что они ваххабиты и едут по дороге, дали мне приказ задержать их. И мы их задержали... Они приехали во главе с Бадиком, забрали задержанных и уничтожили их.

Также двух других братьев, они мне сказали, что те связаны с эмиром Итум-Калинского района Тарханом. Попросили у меня людей для захвата. Эти люди также были захвачены и они после этого пропали, их найти не удается.

К нам приходило много ребят, чтобы устроится на работу, и я, как правило, вынужден был их направлять в штаб в Гудермес, после посещения территории штаба многие ребята пропали. Оказалось, что этих ребят вывозили в лес, там убивали, снимали на камеру и делали результаты.

Так что кровавым медалям удивляться и восхищаться не стоит.

Комментарии ведущего: Ямадаев не считался ни с кем, и не разбирался, кто свой и кто чужой. Ямадаев подставлял всех ради собственной выгоды.

В планах было совершение противоправных действии против действующей власти и президента, а именно против Кадыровых.

Расул Баймурадов: Ямадаевы что только не заставляли нас делать, чтобы дискредитировать президента и власть. Много раз они предпринимали попытки по недопущению установления порядка и осуществлению программы Кадырова <...>

Тогда мы начали задавать вопросы! Что это за структура? Что это за работа? Это преступники! Это жулики! В прямом смысле, я говорю об этих жуликах Ямадаевых. Что они творили с честными людьми и народом. Они использовали людей, которые думали, что они идут на государственную работу.


Даст Бог, все эти преступления обернутся против них самих!

Комментарии ведущего: Уголовное дело против Ямадаевых вступает в заключительную стадию; все надеются, Ямадаевы сядут на скамью подсудимых. Эти парни [указывая на выступающих], не будут чувствовать себя оскорбленными. Впереди будущее, и каждый из них намерен трудиться для своего народа".


11 ноября 2008 года

В 19.00 в г. Карабулак Республики Ингушетия возле стадион, на ул. Джабагиева в момент прохождения пешего патруля, состоявшего из сотрудников местных и федеральных силовых структур, сработало взрывное устройство. В результате взрыва ранены были четверо военнослужащих. Все пострадавшие — местные жители, проходящие службу по контракту. Возбуждено уголовное дело по ст. 317 (посягательство на жизнь сотрудника правоохранительных органов) и ч. 1 ст. 222 (незаконный оборот оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ) УК РФ.

12 ноября 2008 года

Заводским районным судом г. Грозный вынесено решение об удовлетворении иска Малкан Джалуевны Магомадовой к 25-ти жильцам дома № 28 на ул. Могилевской. Жильцы – временно перемещенные лица (ВПЛ), не имеющие на сегодняшний день собственного жилья.

Как следует из заявления Магомадовой, она приобрела пятиэтажный дом и прилегающий к нему земельный участок 1 ноября 2007 года у Адама Несерхоевича Дерезова, а тот, в свою очередь, у ФГУП "Чеченнефтехимпром". По мнению Магомадовой, до подачи искового заявления руководство "Чеченнефтехимпром" предоставило жильцам дома № 28 другое общежитие. Жильцы подали встречное заявление, в котором указали, что "Грознефтехимпром" предоставил им для проживания именно этот дом гостиничного типа, они в нем прописаны, и по закону в том случае, если помещение переходит к другому собственнику, это не влечет за собой расторжение договора. Жильцов никто не информировал о том, что у дома меняется собственник. Так же вызывает серьезное сомнение право собственности М.Д. Магомадовой. Как следует из заявления, здание было продано за 3000000 рублей А.Н. Деризову службой судебных приставов, а перед этим оно было изъято из собственности завода за долги. Однако в таком случае должен быть проведен аукцион, на имущество наложен арест, произведена его опись, чего сделано не было. Налоговая инспекция не была поставлена в известность о продаже здания, следовательно, не был уплачен налог со сделки, что является грубым нарушением закона. Здание не было снято с баланса завода. В деле имеется и другой документ, из которого следует, что Магомадова приобрела земельный участок, на котором расположен объект, за 300 000 рублей в марте 2008 года.

Заявление Магомадовой изобилует фразами типа: "помещения незаконно заняли неизвестные лица, которые на требования освободить здание не реагируют, заявляя, что им негде жить и не покидают его", "выселить также из моего дома основную массу людей со своими семьями..."

"Основную массу" составляют люди, которым, действительно, некуда идти. Если бы у них было хоть какое-то жилье, они ни минуты не остались бы в доме, который продувается всеми ветрами, в котором не работает ни водопровод, ни отопление и нет элементарных удобств.

Жители сразу обратились в кассационную инстанцию, но получить судебное решение им никак не удается, хотя со дня его оглашения прошло уже больше недели.

13 ноября 2008 года


Около 4.30 в г. Малгобек сотрудниками федеральных силовых структур (предположительно сотрудники ВОГ при РОВД Малгобекского района и сотрудники УФСБ по РИ) в доме №1 на ул. Базоркина были задержаны четыре местных жителя:

  1. Магомед Баширович Цокиев, 1980 г. р.;
  2. Тимур Баширович Цокиев, 1987 г. р.;
  3. Ибрагим Суламбекович Аушев, 1988 г. р.;
  4. Тамерлан Алиевич Танкиев, 1985 г. р.

Дом, в котором была проведена спецоперация, принадлежит Тимуру Цокиеву, в котором он проживает вместе с женой Лидией Евлоевой и матерью Мадиной Цокиевой. Накануне 12 ноября вечером Тимур Цокиев, мать Мадина Цокиева и старший брат Ибрагим Цокиев пошли в больницу навестить родного брата Ахмеда Цокиева, тяжело больного (онкология). Вместе с ними пошли двоюродный брат Цокиевых, Ибрагим Аушев и друг семьи – Тамерлан Танкиев. Почти всю ночь молодые люди просидели возле постели Башира. Врачи сообщили родным, что он долго не проживет, и поэтому родственники и друзья навещают его, чтобы попрощаться.

После 3.00 Тимур и Магомед Цокиевы, Ибрагим Аушев и Тамерлан Танкиев пошли домой к Тимуру Цокиеву, чтобы подготовиться к утренней молитве. Мадина Цокиева осталась в больнице с больным сыном. Через некоторое время дом Тимура Цокиева блокировали более полусотни сотрудников федеральных силовых структур в масках. Они подъехали на БТРе, автомашинах "Урал" и УАЗ, и микроавтобусе "Газель". Ворвавшись в дом, "силовики", не представившись, схватили молодых людей, сковали им руки наручниками и вывели на улицу. В доме был проведен обыск. В качестве понятых привлекали военнослужащих. В доме обнаружили две гранаты (т.н. хаттабки), две тротиловые шашки, изъяли цифровой фотоаппарат и мобильные телефоны. Во дворе дома в машине ВАЗ-2114, принадлежащей Магомеду Цокиеву, нашли гильзу от патрона калибра 7,62 мм. Все эти вещи были предъявлены жене Тимура Цокиева, Лидии, которая непосредственно при обыске не присутствовала. К концу обыска в дом к Цокиевым пришел дознаватель из Малгобекского РОВД. Он предъявил Лидии для ознакомления протокол обыска, и предложил его подписать. Женщина утверждает, что ей не дали времени внимательно прочитать этот документ, и фактически вынудили поставить под протокол подпись. Она запомнила, что в протоколе было указано о том, что Тимур и Магомед Цокиевы подозреваются в причастности к убийству сотрудника милиции Мусы Точиева, убитого в г. Малгобек 11 ноября 2008 года. Фамилии Тамерлана Танкиева и Ибрагима Аушева в протоколе указаны не были. Однако "силовики" вместе с братьями Цокиевыми забрали и этих молодых людей. Всех доставили, как выяснилось впоследствии, на территорию Малгобекского РОВД, в расположение ВОГ (временной оперативной группировки). Родственникам не сообщили, куда будут доставлены задержанные. В тот же день родные задержанных обратились к адвокату Баширу Точиеву. Адвокат пытался разыскать своих подзащитных и получить к ним доступ. В течение дня это ему не удалось. Свою помощь в защите прав задержанных предложили и представители ингушской оппозиции: Магомед Хазбиев, Макшарип Аушев и Баматгири Манкиев.

13 ноября жена Тимура Цокиева, Лидия Евлоева, написала в ПЦ "Мемориал" заявление, в котором сообщила: что обыск в ее доме проводился с грубейшими нарушениями, что дает ей основание считать, - все те вещи, которые были обнаружены, подброшены "силовиками". Она также сообщила, что после обыска ее на некоторое время доставили в Малгобекский РОВД, и она слышала, как кричали задержанные, которых допрашивали в соседних кабинетах. Лидия Евлоева попросила оказать ей помощь в защите прав мужа и его родственников.

Рано утром 14 ноября задержанных привезли в ИВС МВД по РИ. Только теперь адвокаты получили возможность встретиться с ними. Задержанные были сильно избиты. Также появилась информация о том, что в течение дня могут быть отпущены Тамерлан Танкиев и Ибрагим Аушев.

Следует отметить, что обыски в доме Цокиевых проводился и ранее (в сентябре 2007 года и весной 2008 года). Ничего противозаконного обнаружено не было.

Тамерлан Танкиев - родной брат Руслана Алиевича Танкиева, убитого в г.Малгобек в ходе спецоперации 1 июля 2004 года. Руслан Танкиев оказал вооруженное сопротивление, убил двух сотрудников милиции и был убит ответным огнем. После спецоперации "силовики" задержали Тамерлана Танкиева, двоюродного брата Ислама Балкоева. В тот же день в другом месте был убит еще один брат Тамерлана, Аслан Танкиев, 1975 г. р. Через два дня "силовики" задержали приехавшего на похороны братьев Алана Танкиева, 1981 г. р. Его поместили в камеру вместе с Тамерланом, где через несколько часов он умер от удушья. По официальной версии, смерть наступила в от приступа астмы, но, по словам родственников, Алан астмой не болел. Свидетель этой смерти, Тамерлан Танкиев, говорил тогда, что брат умер после того, как выпил воды, которую в камеру в бутылке принесли милиционеры. В октябре 2004 года Тамерлан Танкиев и Ислам Балкоев были осуждены на два года условно за незаконное хранение оружия.

По состоянию на конец месяца, никто из задержанных отпущен не был. Руководство ПЦ "Мемориал" связалось по телефону с прокурором Малгобекского района, который заявил, что Цокиевы "сидят по административной статье". Это утверждение вызывает недоумение, поскольку с момента задержания прошло уже четыре дня.

14 ноября 2008 года

С целью проверки сообщения об отказе от работы группы заключенных и голодовке в знак протеста против плохого питания и грубого обращения охранников ИК-2 "Чернокозово" посетили сотрудники аппарата Уполномоченного по правам человека в ЧР Ахмед Ахметханов и Умара Ахмадханова и сотрудник ПЦ "Мемориал" Наталья Эстемирова.

В ходе проверки и опроса осужденных удалось выявить серьезные проблемы, связанные процедурой условно-досрочного освобождения (УДО) заключенных и оформления группы инвалидности осужденных.

Осужденный имеет право на УДО по истечении срока отбывания наказания, определенного в соответствии со ст. 79 УК РФ, в зависимости от тяжести совершенного преступления, если судом будет признано, что для своего исправления он не нуждается в отбывании полного срока. Ходатайство осужденный подает через администрацию исправительного учреждения или органа, исполняющего наказание. Администрация обязана направить ходатайство в суд вместе с характеристикой осужденного не позднее, чем через десять дней. Характеристика должна содержать сведения о поведении осужденного, его отношении к учебе и труду во время отбывания наказания, об отношении осужденного к совершенному деянию, а также заключение администрации о целесообразности условно-досрочного освобождения.

Так как колония расположена в Наурском районе, ходатайства должны рассматриваться Наурским районным судом. Доставка осужденных связана с определенными трудностями и затратами, однако в таком случае могут быть проведены выездные заседания суда на территории колонии. Такие выездные заседания практически не проводятся, а если осужденный в своем ходатайстве указывает, что желает присутствовать в судебном заседании, слушания переносятся несколько раз, так что для тех, у кого срок наказание небольшой, ходатайство теряет смысл. Таким образом, осужденных вынуждают согласиться с рассмотрением ходатайства в заседании без их участия, но в таком случае осужденные не уверены в том, что решение объективно.

Прокуратуру в таких заседаниях представляют, как правило, не сотрудники прокуратуры Наурского района, а старший помощник прокурора ЧР Р.А. Еникеев. И у правозащитников, и у многих осужденных есть основания не доверять его объективности, так как именно он осуществлял прокурорский надзор за деятельностью ИВС, расположенного на территории ОРБ-2, в то время как там применялись незаконные методы дознания. Телесные повреждения, полученные содержавшимися там людьми, зафиксированы в многочисленных актах судебно-медицинской экспертизы, возбуждено не менее трех уголовных дел по обвинению оперативников в пытках. Прокурор Еникеев за годы работы по контролю за деятельностью ИВС не обнаружил ни одного нарушения. Если мнения об осужденном представителя прокуратуры Еникеева и администрации колонии расходятся, суд, как правило, выносит решение, учитывая позицию прокуратуры. Бывает, что мнения прокуратуры и исправительного учреждения совпадают, однако суд все равно отказывает в удовлетворении ходатайства. Так, 29 октября 2008 года на заседании суда было установлено, что осужденный признал вину полностью, в содеянном раскаялся, имеет положительные характеристики и благодарности, страдает заболеванием и был прооперирован. Однако судья М.И. Жуков пришел к выводу, что осужденный недостаточно показал себя с положительной стороны, преступление совершил в группе, и отказал в удовлетворении ходатайства, хотя позиция прокуратуры в данном случае совпадало с мнением администрации учреждения.

В 2008 году в Наурский районный суд направлено 355 ходатайств об УДО. Принято 259 решений об удовлетворении ходатайств, в 86 случаях отказано, - при том, что в 76 случаях администрация давала осужденному положительную характеристику и поддерживала ходатайство, но представитель прокуратуры занимал противоположную позицию.

Ситуация, в которой суд отказывает в УДО несмотря на то, что его поддерживает администрация, снижает эффективность воспитательной работы в колонии, подрывает авторитет администрации у осужденных.

Многие осужденные, отбывающие наказание в колонии "Чернокозово", имеют детей и престарелых родителей, которые лишены их моральной и материальной поддержки. Администрация колонии не в состоянии обеспечить занятость всех трудоспособных и желающих работать, – для развития производства в колонии необходимы капиталовложения со стороны государства или спонсоров.

Серьезной проблемой, - как, впрочем, и для всех жителей республики, - является определение группы инвалидности и получения соответствующих документов. Многие заключенные жалуются на затягивание решения вопросов комиссией, которая приезжает в колонию нерегулярно, срывая объявленные ею же дни визитов.

Представителям уполномоченного по правам человека в ЧР и ПЦ "Мемориал" была предоставлена возможность своими глазами увидеть условия содержания осужденных строгого и общего режима: пищеблок, учебные помещения и мастерские, молитвенные комнаты и комнаты психологической разгрузки, побеседовать с глазу на глаз с теми из заключенных, кто высказал такую просьбу. Осужденные жаловались на применение недозволенных методов на стадии предварительного расследования, на необъективность судов, - как вынесшего приговор, так и отказавшего в УДО. На условия содержания и персонал колонии жалоб не поступило.

Справка

В состав Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Чеченской Республике входят:

  • Федеральное бюджетное учреждение "Следственный изолятор № 1", расположен в г. Грозный, лимит наполнения 322 места;
  • Федеральное бюджетное учреждение "Следственный изолятор № 2", расположен в пос. Чернокозово, лимит наполнения 120 мест.
  • Федеральное бюджетное учреждение "Исправительная колония № 4", расположен в Заводском районе г. Грозного, лимит наполнения 510 мест. На территории учреждения ведётся строительство исправительной колонии для содержания осужденных женщин, лимит наполнения 300 мест.
  • Федеральное бюджетное учреждение "Исправительная колония № 2", расположена в пос. Чернокозово, лимит наполнения 1000 мест. На территории учреждения образован изолированный участок строгого режима с лимитом наполнения 250 мест.

При ФБУ ИК-2 приказом Минюста России от 13 июля 2007 года № 146 образованы четыре участка колонии – поселения с общим лимитом наполн

  • в г. Аргун – 120 мест;
  • в пос. Чернокозово – 30 мест;
  • в г. Грозный – 20 мест;
  • в н.п. Ханкала – 30 мест.

По состоянию на 18 ноября 2008 в ФБУ "Исправительная колония № 2" отбывают наказание 822 осужденных, в том числе:

  • общий режим – 388 чел;
  • строгий режим – 246 чел;
  • колония-поселение – 188 чел.

18 ноября 2008 года

Освобождены из-под стражи Ибрагим Аушев и Тамерлан Танкиев, которые были задержаны сотрудниками силовых структур утром 13 ноября в г.Малгобек в доме Тимура Цокиева.

Задержанные вместе с ними братья Цокиевы, Магомед и Тимур, по состоянию на конец ноября, находятся под стражей в ИВС МВД РИ.

До того, как были отпущены Ибрагим Аушев и Тамерлан Танкиев, в СМИ прошла информация о том, что ко всем задержанным применялись пытки. После этого Магомеда Цокиева поместили в больницу для оказания медицинской помощи. Его близкие записали интервью с ним и разметили его на сайте Ingushetia.org. В нем он подробно рассказал о том, как его пытали и избивали сотрудники федеральных силовых структур.

25 ноября Магомед Цокиев был вновь помещен в ИВС МВД.

Впоследствии эти сведения подтвердили Ибрагим Аушев и Тамерлан Танкиев, которые после освобождения также были вынуждены обратиться за медицинской помощью. Их поместили на стационарное лечение в республиканскую больницу.

25 ноября появилось официальное сообщение о том, что 18 ноября следственным отделом по г.Малгобеку СУ СКП РФ по республике РИ возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного пунктом "а" части 3 статьи 286 (превышение должностных полномочий с применением насилия) УК РФ в отношении неустановленных сотрудников правоохранительных органов, которые в служебных кабинетах отделения уголовного розыска ОВД по Малгобекскому району подвергли избиению задержанных Магомеда Цокиева, Тимура Цокиева, Ибрагима Аушева и Тамерлана Танкиева, чем причинили им различные телесные повреждения.

По состоянию на конец ноября в отношении братьев Цокиевых возбуждено уголовное дело по ч.2 ст.222 УК РФ. Ранее предъявленные им обвинение по ст. 317 УК РФ сняты. Их интересы защищают адвокаты Висингири Костоев и Башир Точиев.

Около 3.00 в с. Кантышево Республики Ингушетия неизвестные обстреляли из автоматического оружия дом судебного пристава Якуба Яндиева. Никто не пострадал.

19 ноября 2008 года

После полуночи в г. Малгобек неизвестные обстреляли из автоматического оружия и гранатометов дом начальника Малгобекского РОВД Руслана Арчакова. В результате обстрела никто не пострадал. В ту же ночь, около 4.00, в г. Малгобек вооруженные люди в масках обстреляли дом Тимура Цокиева. Еще через некоторое время неизвестные подожгли дом Тамерлана Танкиева (ул.Космодемьянской, 20). В момент поджога в доме никого не было. Дом удалось потушить, полностью выгорела одна комната.

Пресс-служба УФСБ по РИ распространило сообщение о том, что в рамках оперативно-розыскных мероприятий в Ингушетии были задержаны двое жителей г. Малгобек. В ходе задержания у них были изъяты два самодельных взрывных устройства на базе гранаты ВОГ-17 ("хаттабки"), пистолет-пулемет ПП-91 и 30 патронов к нему калибра 9 миллиметров.

По данным УФСБ, задержанные причастны к совершению ряда особо тяжких преступлений в отношении гражданского населения и сотрудников милиции на территории Республики Ингушетии и Чеченской Республики. Задержанные переданы следственным органам Чеченской Республики для проведения дальнейших следственных действий. Фамилии задержанных в пресс-релизе указаны не были.

Вскоре стало известно, что 18 ноября около 14.00 в Насыр-Кортовском муниципальном округе г. Назрань сотрудниками УФСБ по РИ был задержан житель г. Малгобек Руслан Теркакиев, 23 лет. Его задержали вместе с водителем такси, на котором он ехал. Обоих доставили в Чечню. В тот же день после допроса Теркакиева и таксиста привезли обратно в Ингушетию. Таксиста отпустили. Как сообщает сайт Ингушетия.org, родственникам Теркакиева со слов таксиста стало известно, что к задержанному применяют пытки.

По состоянию на конец ноября, Руслан Теркакиев находиться под стражей. Следственным отделом УФСБ по РИ в отношении Руслана Або-Башировича Теркакиева возбуждено уголовное дело по ст. 208 (участие в незаконном вооруженном формировании) и ст. 222 (незаконное приобретение, хранение, ношение и перевозка огнестрельного оружия, боеприпасов и самодельных взрывных устройств) УК РФ. Он содержался в ИВС МВД РИ в г. Назрень.

22 ноября 2008 года

Около 6.15 в с. Кантышево Республики Ингушетия сотрудники федеральных силовых структур, - предположительно, УФСБ по РСО-Алания, - провели обыск в доме местного жителя Саленгирея Салмановича Гиреева, 1956 г. р., проживающего по адресу: Гиреев-хутор, ул. Подгорная, 28.

По словам хозяина дома, он готовился к совершению утренней молитвы. Сын Саленгирея услышал стук в ворота и вышел на улицу. Саленгирей вышел вслед за ним. Перед домом стояли около полусотни людей в масках. Они подъехали на автомобиле "Урал", восьми бронированных автомашинах УАЗ, и двух "Жигулях". Саленгирей подумал было, что военные пришли с очередной паспортной проверкой, - на хуторе раньше уже проводились подобного рода мероприятия. Военные спросили: "Это ул. Подгорная 28?", - и, получив утвердительный ответ, прошли во двор. Жена Саленгирея спросила, на каком основании к ним пришли, ей ответили: "Позже узнаете". "Силовики" приказали всем, кто был в доме, выйти на улицу. Дочь Саленгирея, перед тем как выйти из дома, успела связаться по мобильному телефону с братом отца, сотрудником ингушской милиции, и рассказать ему, что к ним пришли российские военные. После того, как семья Гиреевых вышла на улицу, у всех отобрали мобильные телефоны. Мужчин обыскали и поставили с поднятыми руками лицом к стене, женщин вывели за ворота и запретили заходить во двор. Затем военные приступили к осмотру дома, используя Саленгирея в качестве "живого щита". По его словам, "силовики" были сильно напряжены, - очевидно, опасаясь вооруженного сопротивления. Осмотр домовладения занял около минут двадцать. Убедившись, что в доме больше никого нет, один из "силовиков" доложил об этом по рации. Во двор прошла следственная группа, криминалисты. Военные, проводившие досмотр, успокоились, многие сняли маски. Гиреевым разрешили вернуться в дом. Следственная группа начала с обыска в доме, вели они себя вежливо, в каждую комнату входили вместе с хозяевами. По окончании обыска следователи попросили принести документы и фотографии. Документы и часть фотографий переснимали фотоаппаратом. Гиреевы обратил внимание на то, что копировали, в основном, фотографии, на которых были изображены женщины. Этот интерес подтвердился и в дальнейшем, - спрашивая о составе семьи, следователь сосредоточил внимание на двух дочерях и снохе Саленгирея.

К тому времени возле дома Гиреева собрались родственники и соседи. Подъехал начальник участковых милиционеров с. Кантышево Магомед Олигов и участковый милиционер, отвечающий за Гиреев-хутор. Они не решались пройти за оцепление до тех пор, пока к месту не подъехал начальник криминальной милиции Назрановского РОВД в сопровождении прикомандированного сотрудника милиции. Прикомандированный офицер подошел к руководителю спецоперации и стал с ним о чем-то говорить. Ингушские милиционеры возмутились тем, что разговор происходит без их участия. Произошла словесная перепалка между ними и российскими "силовиками", после чего сотрудники РОВД уехали с места происшествия. За оцеплением остался Магомед Олигов и подошедшие два участковых милиционера - Беков и Дугиев.

Дугиев, не спрашивая разрешения, прошел через оцепление и подошел к руководителю группы российских "силовиков". Разговор происходил в присутствии Саленгирея Гиреева. Дугиев попросил офицера представиться. Офицер сказал, что его зовут Олег. Участковый поинтересовался, на каком основании в доме Гиреева проводиться обыск. Офицер ответил: "Много знать нехорошо". "Я должен знать, что здесь происходит" - возразил Дугиев. - "А вы что министр? - поинтересовался Олег. "Я участковый и на этом участке я министр и бог" - ответил Дугиев. Олег ухмыльнулся и покачал головой. Дугиев продолжал настаивать на своих требованиях.

В разговор вмешался другой сотрудник, осетин по национальности, - он стал что-то тихо говорить Дугиеву. Участковый выслушал его и, покачав головой, заявил: "Вы никого не заберете, у нас есть указание президента. То, что вам раньше позволяли, теперь не будет". Тогда представитель следственной группы предложил Гирееву самому приехать в г. Владикавказ в здание следственного комитета на ул. Пушкинская и обратиться к следователю Андрею Киму. "Силовик" нарисовал схему, как проехать, и дал номер телефона следователя. Дугиев сказал, что Гиреев не поедет во Владикавказ. Тогда "силовики" предложили другой вариант, встретиться с Гиреевым в людном месте в г.Владикавказ возле завода "Электроцинк". Ему обещали задать несколько вопросов и отпустить. И этот вариант был отвергнут участковым. Дугиев сказал, что все вопросы могут задать здесь, или в ингушском следственном комитете.

Офицер Олег заявил, что если бы они хотели забрать Гиреева, они бы это уже сделали, без шума. "Силовики" извинились перед Гиреевым и членами его семьи за доставленное беспокойство, и уехали. Документы и мобильные телефоны забрали с собой. Копию постановления на обыск Гиреевым не оставили, сославшись на невозможность сделать копию на ксероксе. Когда Саленгирей Гиреев подписывал постановление, он обратил внимание на то, что обыск в его доме проводился в рамках расследования уголовного дела по факту подрыва маршрутного такси в г. Владикавказ.

При выезде из хутора навстречу их колоне подъехали сотрудники Назрановского РОВД во главе с начальником райотдела Яндиевым.

Начальник РОВД представился старшему группы "силовиков", и сказал, что впредь, согласно указанию президента Евкурова, все задержания на территории республики будут производиться сотрудниками ингушских силовых структур и только с их ведома. Доставку задержанного будут осуществлять тоже ингушские милиционеры.

24 ноября Гиреев обратился в прокуратуру Республики Ингушетия. Следователь Белхароев при нем связался по телефону со следователем Кимом. Тот пообещал через несколько дней вернуть документы и мобильные телефоны, изъятые у Гиреевых в ходе обыска.

24 ноября 2008 года

Сотрудники милиции Ингушетии обезвредили взрывное устройство, заложенное под легковой автомобиль, припаркованный в центре Назрани возле магазина "Ковчег" на ул. Картоева. Как сообщили в МВД республики, сигнал о заложенной бомбе поступил около полудня, после чего на место выехали саперы. Самодельное радиоуправляемое взрывное устройство было прикреплено под днищем автомобиля "Мерседес". Заминированный "автомобиль принадлежит бывшему сотруднику УБОП МВД Ингушетии. Бомба была обезврежена на месте саперами-взрывотехниками.

По данным сайт "Кавказский узел", такие находки в Ингушетии не редкость. 16 ноября в Назрани взрывное устройство было обнаружено на рынке, а 14 ноября в той же Назрани был взорван памятник большевистскому деятелю Идрису Зязикову.

25 ноября 2008 года

В г.Магас Республики Ингушетия состоялась встреча президента Республики Ингушетия Юнус-Бека Баматгиреевича Евкурова с представителями пяти общественных организаций, работающих на территории республики: правозащитной организацией "Машр", регионального общественного движения "Чеченский комитет национального спасения", регионального представительства Правозащитного центра "Мемориал" и Ассоциации студентов Ингушетии. Во встрече принимал участие Уполномоченный по правам человека в Ингушетии Карим-Султан Кукурхоев.

Встреча длилась более двух часов. Представители общественных организаций поделились с президентом своим виденьем сложившейся в республике ситуации, высказали ряд предложений и рекомендаций для улучшения ситуация с соблюдением прав человека в республике. Президент Ингушетии во многом согласился с оценкой, данной правозащитниками, и рассказал о первоочередных задачах, которые он намеревается решать для нормализации ситуации в республике. В частности, президент предполагал создать комиссию по вопросам соблюдения прав человека в республике и комиссию по расследованию случаев похищения и безвестного исчезновения людей. Он намеревается ограничить деятельность сотрудников силовых ведомств из соседних регионов, активизировав работу местных силовых структур. При этом президент сделал упор на необходимости неукоснительно соблюдать существующее законодательство при проведении сотрудниками силовых структур "спецмероприятий" в отношении граждан, подозреваемых в причастности к незаконным вооруженным формированиям. При проведении "спецмероприятий" на территории республики обязательно участие "силовиков" Республики Ингушетия. Президент сказал также о намерении провести расширенную встречу с представителями неправительственных организаций и руководителями силовых ведомств, и сделать регулярными встречи с представителями общественных организаций.

На встрече также говорили о проблемах разрешения последствий осетино-ингушского конфликта 1992 года. Президент заявил, что намерен добиваться возвращение вынужденных переселенцев в Пригородный район РСО-Алании, и запрещения экстремистских высказываний, направленных на разжигание межнациональной розни. Прежде всего, республиканские власти сосредоточат внимание на развитие миротворческих и других совместных программ (мероприятий) между организациями и ведомствами Ингушетии и РСО-Алании.

26 ноября 2008 года

Около 19.25 в г. Карабулак Республики Ингушетия неизвестный из автоматического оружия обстрелял два автомобиля УАЗ, в которых находились сотрудники оперативного полка по охране административных границ МВД Ингушетии. В результате обстрела никто не пострадал, машинам причинены незначительные повреждения. Ранее МВД республики сообщало, что нападавших было несколько, а обстрел велся с двух сторон дороги. По уточненной информации, стрелял один человек.

Возбуждено уголовное дело по ст. 317 (посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа) и ч. 1 ст. 222 УК РФ (незаконный оборот оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ).

В Чеченской Республике в разных районах были обнаружены шесть женских трупов с признаками насильственно смерти. Четыре тела обнаружили в Старопромысловском районе г. Грозный, два – на обочине дороги из Грозного в с. Шатой. Еще один сожженный труп был найден 28 ноября на окраине с. Цоцин-Юрт Курчалоевского района, - его доставили в Курчалоевский РОВД, откуда тело забрали сотрудники Гудермесского РОВД.

Через несколько часов после обнаружения трупов в Интернете начали появляться статьи с версиями о том, что женщин якобы могли убить их родственники за аморальное поведение. При этом некоторые СМИ ссылались на источники в Следственном Управлении следственного комитета при прокуратуре ЧР. Между тем, для версий подобного рода не было никаких оснований, - родственники убитых это заявить не могли, так как они тем самым опорочили не только женщину, но и весь свой род. Впоследствии родные убитых отвергли подобного рода версии. Никаких иных аргументов в пользу этой версии не было.

На дороге в Шатой были найдены тела двух уроженок с. Курчалой. В некоторых СМИ утверждалось, что они были сестрами, но это не так. Убитые были женами двух братьев, у обоих – по двое детей. Одной из них исполнилось 36 лет, другой – 31 год. Одна проживала с детьми и матерью в Грозном, другая с мужем и детьми жила в Ставропольском крае, приехала в гости на неделю. Родственники женщин самостоятельно ищут убийц.

Есть еще одна неточность появилась в официальной информации с подачи следственных органов. Утверждалось, что ни одна из жертв не была ограблена. Это не так: у убитых уроженок с. Курчалой, пропали драгоценные украшения и дорогой мобильный телефон.

Тела убитых женщин были выданы родственникам вечером 27 ноября.

Группа жители с. Ялхой-Мохк Курчалоевского района Чеченской Республики отправилась за село чинить водосбор, который питает водой их населенный пункт. Водосбор находится за селом, в направлении с. Чери-Мохк Ножай-Юртовского района. Один из пошедших на починку водосбора, Хамид Увайсович Даудов, 60-ти лет, решил вернуться в село. По дороге Хамид подорвался на мине и погиб.

27 ноября 2008 года


В 7.00 в г. Грозный, сотрудниками местных силовых структур (предположительно, из т.н. "нефтеполка") из своего дома забрали Ади Аюбовича Магамадова, 1973 г. р., проживающего в Октябрьском районе города на 35-ом участке.

Мужчины, забиравшие Магамадова, приехали на а/м ВАЗ-2109 серебристого цвета, регистрационный номер 559, 95-й регион. Их было двое. Они были одеты в штатскую одежду. Представились сотрудниками "нефтеполка". Они не стали проходить в дом, а вызвали Ади Магамадова через соседских мальчишек. Когда он вышел, они попросили его проехать вместе с ними, чтобы задать несколько вопросов. После этого обещали опустить. Магамадов согласился и сел к ним в машину. Его сын запомнил номер и марку машины. Через некоторое время Ади позвонил сестре и сообщил, что находится в здании "Нефтегаза" на пр.Революции. Родственники приехали туда, но охранники "Нефтегаза" заявили, что Магамадова здесь нет. Однако, когда родные увидели его перед зданием и указали охранникам, те заявили, что Магамадова отвезут в ФСБ, где зададут несколько вопросов и затем отпустят. В этот день Ади домой не вернулся. Обеспокоенные родные обращались во все силовые ведомства, но нигде не могли получить ответа на вопрос о местонахождении Ади.

28 ноября Ади вернулся домой. С его слов стало известно, что он сначала был доставлен в СИЗО МВД ЧР, затем перевезен в ОВД Шатойского района (с. Шатой), по месту прописки. Там его допросили. Спрашивали о неком Абдул-Кериме, а также называли другие имена, которые ему не были известны. Ади ответил, что никого из них не знает.

Затем от него потребовали подписать бумагу с признаниями, что в декабре 1999 года "он примкнул к отходящему в Грузию, отряду Багураева". Опасаясь за безопасность своей семьи, Магамадов согласился подписать данный документ.

По словам родственников, это не первое незаконное задержание Ади. Приблизительно в сентябре и октябре 2008 года два раза его задерживали сотрудники МВД ЧР. В первый раз родственникам удалось установить его местонахождение, благодаря одному из "силовиков", который позволил позвонить Ади домой. Оба раза его держали почти сутки и требовали сознаться в том, что он спонсирует отряд Доки Умарова. В случае отказа угрожали отправить в с. Цоцин-Юрт или отдать "русским". Говорили, что таким образом из него быстро "выбьют показания".

В настоящие время Ади Магамадов и его родственники не решаются предпринять какие-либо действия для обжалования незаконного задержания.

Ади Магамадов не имеет постоянной работы и зарабатывает на жизнь, нанимаясь на строительные работы.

28 ноября 2008 года


В г. Карабулак Республики Ингушетия на ул. Нефтяная около забора центрального рынка было обнаружено самодельное взрывное устройство, состоявшее из алюминиевой банки, заполненной пластитом, мобильного телефона и проводов, и эквивалентное по мощности 400 граммам тротила.

На место обнаружения взрывчатки выехала группа саперов-взрывотехников. Во время его обезвреживания в 10 метрах от саперов взорвалось другое устройство, малой мощности. Никто не пострадал.

12 декабря 2008 года

источник: Правозащитный центр "Мемориал"

Гласность помогает решить проблемы. Отправь сообщение, фото и видео на «Кавказский узел» через мессенджеры
Lt feedback banner
Кнопки работают при установленных приложениях WhatsApp и Telegram. Качественные фото для публикации нужно присылать именно через Telegram, с обязательной пометкой «Наилучшее качество». Видео также лучше отправлять через канал в Telegram. Каналы Telegram и WhatsApp более безопасны для передачи информации, чем обычные SMS.
Лента новостей

21 октября 2017, 12:00

21 октября 2017, 11:00

21 октября 2017, 10:08

21 октября 2017, 09:20

21 октября 2017, 08:29

«Сафари по-сирийски» - рассказ бывшего боевика
«Сафари по-сирийски» — рассказ бывшего боевика. Полный текст интервью
Персоналии

Все персоналии

Архив новостей