13 мая 2009, 00:00

Вячеслав Гобозов (председатель партии "Фыдыбаста", Южная Осетия): "Мы будем делать так, чтобы власть была реально поставлена под контроль общества"

31 мая 2009 года в Южной Осетии должны состояться выборы в парламент республики. Несмотря на то, что, в соответствии с Конституционным законом "О выборах депутатов Парламента Республики Южная Осетия", 19 из 34 депутатов парламента РЮО должны избираться по одномандатным избирательным округам и ещё 15 - по партийным спискам, в этом году впервые все депутаты парламента РЮО избираются по пропорциональной системе.

В выборах примут участие кандидаты от четырёх партий: "Единство", Коммунистической партии, Народной партии и Социалистической партии "Фыдыбаста" ("Отечество"). Предлагаем вниманию читателей "Кавказского узла" интервью председатель партии "Фыдыбаста" Вячеслава Гобозова.

Справка: Социалистическая партия "Фыдыбаста" ведет отсчёт своей истории с января 1999 года, когда было создано Социалистическое народное движение (СНД) "Фыдыбаста", юридическим преемником которого является партия "Фыдыбаста". В мае 1999 года СНД "Фыдыбаста" заняло второе место на выборах в Парламент Южной Осетии третьего созыва. В 2004 г. Социалистическое народное движение "Фыдыбаста" было снято с выборов депутатов парламента РЮО. В июне 2007 года была зарегистрирована Социалистическая партия "Фыдыбаста" Южной Осетии (РСПФ), бессменным лидером которой является Вячеслав Гобозов.

- Вячеслав Федорович, каковы основные положения вашей предвыборной программы?

- Во-первых, мы хотим провести в парламент достаточно серьезную фракцию, чтобы иметь влияние на законотворческий процесс. Законодательные изменения должны проводиться таким образом, чтобы поставить под реальный контроль общества и законодательной власти исполнительную власть, которая сегодня безраздельно доминирует, особенно ее президентская часть. В эти законодательные инициативы входят изменения баланса полномочий между различными ветвями власти. То есть мы считаем, что нужно кардинально поменять роль парламента, его контрольных функций, в том числе его участия в формировании исполнительной ветви власти. Я считаю, что для этого не надо вносить изменения в конституцию, достаточно внести изменения в Закон "О правительстве", чтобы добиться простого и нормального во всем мире процесса – участия парламента в формировании правительства. Мы считаем, что, хотя бы на первом этапе, прежде чем назначать министров, их кандидатуры должны проходить обсуждение в соответствующих профильных комитетах парламента. А последние должны давать рекомендации, чтоб не получилось так, как сегодня: мы многих министров в общем-то и не знаем, - откуда они взялись, кто они такие, зачем они пришли на тот или иной пост?

Затем должен следовать переход к цивилизованной, принятой во всем мире системе: к правительству парламентского большинства. Когда после выборов партия или коалиция, которая выигрывает, формирует правительство, и когда она и ответственна перед избирателем. Чтобы у нас не было безответственных выборов в парламент. Поэтому я всегда настаивал на том, что парламент должен быть исключительно профессиональным, т.е. каждый депутат должен знать, что он здесь работает и отвечает за результаты своей работы. Как показывает опыт небольшой истории нашей республики, парламент любителей – это парламент деградирующий, к сожалению. Это парламент, неспособный решить очень многие серьезные вопросы.

Сегодня у нас какой-то правовой хаос. Нам надо провести элементарно экспертизу тех правовых актов, которые мы имеем. И уже на основе анализа выработать какую-то концепцию, исходя из которой мы будем проводить наши нормативные акты.

Во-вторых, мы считаем, что необходимо закрепить определенные законодательные основы реальной независимости судебной власти. В Конституцию в свое время была внесена поправка, которую я считаю нарушающую основы государства и права, и согласно которой судьи могут назначаться и освобождаться президентом. Такого нету нигде, принцип несменяемости судьи на определенном этапе – это одна из гарантий его независимости. Если этой гарантии нету, то об остальных уже говорить не приходиться. Кроме того, отсутствуют механизмы финансирования судебной власти. Очень много вопросов, которые должны быть решены, чтобы обеспечить независимость судебной власти хотя бы на бумаге. Это необходимо, - без независимого суда не будет правового демократического государства.

Мы также категорически против таких изменений в конституцию, которые нарушают принцип несменяемости власти. Я имею в виду пресловутый третий срок. Вопрос не в личности президента, даже если б речь шла о Святом Уастырджи, - все равно это будет неправильно. В данных условиях, отмена нормы о двух сроках означает получение дополнительного, яркого аргумента нашими недоброжелателями, которые говорят, что Южная Осетия - это несостоявшееся государство, что Южная Осетия – недоразвитое государство, что это бандитская республика и т.д. И мы в очередной раз им покажем, что мы никакое не демократическое государство, а самая настоящая диктатура. Поэтому те, кто ратует за внесение этого изменения, должны понимать, что тем самым они могут поставить крест на признаниях нашей республики. Это надо понимать, прежде чем говорить такие вещи.

Естественно, очень важный для нас вопрос – формирование выборного местного самоуправления. Местная власть - это самая приближенная власть к человеку. На самом деле, именно в местных органах власти в первую очередь человек ищет защиту и решение своих проблем, и потом уже идет по другим инстанциям. И до тех пор, пока эти органы местного самоуправления не будут формироваться населением, они будут глухи к этому населению. Они будут смотреть начальству в рот и делать то, что велит начальство. Я уже не говорю о том, что согласно всем международно-правовым документам, если в государств нет выборного местного самоуправления, это государство не считается ни правовым, ни демократическим, ни свободным тем более.

Далее, мы хотим чтобы в Южной Осетии была создана полноценная экономическая система, чтобы и внешние инвестиции были защищены. Чтобы не получилось, что сегодня тот или иной бизнесмен приходит в республику, а завтра у него просто напросто его бизнес отбирают. В таком случае к нам никто не придет делать бизнес. Во главу угла программы нашей партии стоит всемерная поддержка малого и среднего бизнеса. Потому что, давайте скажем откровенно: и внешние инвестиции, и гиганты современной промышленности – это все дело далекого будущего, если даже вообще это возможно. А малый и средний бизнес – это единственная реальная сила, которая может обеспечить Южной Осетии какой-то экономический рост. Поэтому и налоговые, и законодательные, и прочие преференции и государственные инвестиции должны направляться именно в этот сектор. Или, хотя бы, действовать по принципу – если ты не можешь помочь, то не мешай. А у нас как только человек заводит свое дело, над ним становятся 150 проверяющих организаций, ждущих от него чего-то. Это очень важный момент.

И еще, главное – это формирование конституционного суда. Все проблемы на сегодняшний день связаны с системой. Тут можно говорить, например, что тот или иной министр - хороший или плохой, но вся проблема упирается в неэффективность системы, она и рождает, к сожалению, вот такой отрыв власти от народа. Поэтому, идя в парламент в первую очередь мы думаем о правовых механизмах, - мы не обещаем никому, что будем гравием посыпать их дорожки и т.д. Хотя, если в наших силах это будет, то мы будем и это делать. Но одно мы будем делать точно: мы будем делать так, чтобы власть была реально поставлена под контроль общества. Вот это - главная цель нашей партии на сегодняшний день.

- Каковы особенности этой предвыборной кампании?

- До того, как она началась, я говорил, что эта предвыборная кампания особенная. Она проводится по новой системе, по пропорциональной, которую я считаю на сегодняшний день наиболее приемлемой, если мы говорим о развитии многопартийности и институтов гражданского общества. Я, честно говоря, и раньше считал и сейчас утверждаю, что самым главным для нашей партии является не то, сколько процентов мы получим, а то, чтобы эти выборы прошли честно, свободно и демократично. Чтобы наблюдатели, которые к нам приедут отовсюду, хотя бы усомнились в том, что здесь, действительно, не бандитское государство, а здесь – люди, которые умеют и выбирать, умеют и решать свои проблемы законным и демократическим путем. К сожалению, скандалы, идущие один за другим, ставят под сомнение вопрос о том, что наши выборы вообще могут быть признаны легитимными в мире. Первый скандал с Народной партией, второй – со снятием моей кандидатуры с выборов: ну, как можно снять председателя партии!? Тем более партии, которую 5 лет назад без всяких оснований отстранили от участия в выборах. Дело не в том, что мне этот депутатский мандат особо нужен для того, чтобы высказывать свое мнение. Мне для этого депутатский мандат не нужен. Я свое мнение всегда могу высказать.

- На каком основании сняли Вашу кандидатуру?

- Мою кандидатуру сняли из-за ценза оседлости. Якобы я здесь не проживаю последние пять лет: на основании справки, представленной МВД республики. Я и в ЦИКе прямо сказал: "Может быть МВД тогда будет проводить выборы?". У меня здесь есть постоянная прописка, есть другие документы, которые подтверждают мое проживание. Я прописан в селе, естественно я не нахожусь днем и ночью в селе, я и в городе бываю, бываю и во Владикавказе, как и 90% активного населения Южной Осетии. И я не понимаю: если это не заказ, то почему из 90 кандидатов ЦИК решил проверить именно меня? Я думаю, они это сделали для того, чтобы нанести удар по нашей партии, ослабить ее. Потому что, на сегодняшний день наша партия остается единственной действительной оппозиционной партией, которая ратует за реальные перемены. Мы это предполагали. Самое интересное, что еще четыре месяца назад я знал, что меня будут снимать - без всяких оснований, естественно. Но самое обидное для меня то, что люди и так настроены скептически к этим выборам, - мы собирали подписи и мы видели это. Они прямо говорили: "мы не верим, что будут честные выборы, поэтому мы не пойдем голосовать" и т.д. А когда они видят еще и эти скандалы, то все больше убеждаются, что, да, - выборы будут нечестными, недемократическими, а зачем тогда идти голосовать? Это очень плохая позиция на самом деле.

- Скажите, пожалуйста, Вы будете обжаловать решение ЦИКа?

- Обязательно буду обжаловать. У меня пока есть несколько дней. Я думаю, где-то 8-го мая мы обжалуем это решение в суде. Я уже заявлял и еще раз говорю: в этом вопросе мы будем требовать независимой юридической экспертизы. Если будет необходимо, я и в ЦИК Российской Федерации обращусь (у них есть протокол о помощи Южной Осетии), и в другие органы - вплоть до Страсбургского суда по правам человека. Потому, что здесь речь идет не о депутатском мандате, даже не о цензе оседлости, а о том, что чиновники одним росчерком пера меня признали здесь не живущим. Это что означает? Это означает, что любого другого человека, который не понравится власти, точно также одним росчерком пера вычеркнут. Достаточно будет предоставить справку. Вот, представили справку – и партии нет, представили справку – человека нет. Тут уже речь идет о правовом беспределе, и если прощать все, то это означает, что ты смиряешься с этим. Я так не намерен поступать. Это многим не нравится, но я к этому уже привык.

- Как Ваша партия позиционирует себя по отношению к власти, Вы об этом немного говорили выше. В чем именно вы расходитесь с позицией Кокойты?

- Мы часто говорили и сегодня говорим: мы, действительно, - конструктивная оппозиция. Т.е. мы не радикалы. Мы - люди, которые не просто критикуют, а выдвигают конкретные предложения: как менять, что менять, что предлагать. Мы готовы и с властью в этих вопросах сотрудничать, если бы она проявляла желание сотрудничать. Я и самому президенту и его чиновникам неоднократно говорил эти вещи: что мы не митингуем на площадях, не обзываем вас всякими словами только потому, что вы сидите в креслах. Ну, вы сидите, ладно, вы делайте, но хотя бы отвечайте, почему то или иное наше предложение для вас неприемлемо?

К сожалению такого конструктивизма мы со стороны власти не наблюдаем. Последние три недели мы наоборот видим, что власть усиливает прессинг на нашу партию. Мы так понимаем, что конструктивная оппозиция власти не нужна, - власти нужна ручная оппозиция. Ну, а это уже не по нашему адресу. Мы ручной оппозицией не были, и не будем никогда. Я и сегодня готов идти на диалог и с президентом, и с другими чиновниками. Пожалуйста, выслушаем претензии друг к другу, выскажемся, наконец. Но главный вопрос для меня: вернуться в правовое поле, чтобы завтра эти выборы были признаны легитимными международными наблюдателями, международными институтами. Неважно кто выиграет. Сегодня важно то, что пройдут правовые выборы, которые будут признаны во всем мире. И власть делает, к сожалению, все, чтобы, во-первых, эти выборы не были признаны правовыми, честными и свободными, и, во-вторых, чтобы люди просто не пришли голосовать. Я не знаю, может быть они считают, что если люди не придут на выборы, то им будет легче сфальсифицировать их? Но я снова повторяю: сфальсифицированные выборы не будут признаны никем. И это будет удар по нашей республике.

– Каков Ваш взгляд на внешнеполитический вектор Южной Осетии: следует ли дальше добиваться признания республики или взять курс на объединение двух Осетий и вхождение в РФ?

– Для нашей партии приоритетным является построение собственного государства. Мы, естественно, считаем Россию стратегическим союзником, мы ей всегда будем благодарны в этом вопросе. Но я думаю, что призывы наших чиновников - немедленно присоединить нас - исходят из нежелания и неумения строить свое государство. Но, ребята: если вы не умеете, то дайте возможность работать тем, кто это умеет. На самом деле Южная Осетия имеет все предпосылки для того, чтобы в достаточно короткие сроки построить нормальное демократическое государство, где можно жить. Я думаю, на данном этапе вообще не стоит говорить о присоединении к России, потому что это в первую очередь подставляет саму Россию. Ее и так обвиняют в том, что она аннексировала так называемую грузинскую территорию. И если, например, Россия на это пойдет сегодня, то это будет означать, что Запад получит мощнейший аргумент того, что Россия нарушила принцип территориальной целостности. Тут уже никуда не денешься. Поэтому надо все это оставить, надо просто засучить рукава и строить свое государство. У нас есть для этого все.

- Возможно ли установление добрососедских отношений с Грузией? Следует ли разрешить возвращение грузинских беженцев в места прежнего проживания, и, если да, то на каких условиях?

- На мой взгляд добрососедские отношения с Грузией, если не в обозримом будущем, то в перспективе, возможны. Потому что, та политическая элита в Грузии, которая есть сегодня, взращена на том, что Южной Осетии нету, что это Самочабло и т.д. И поэтому с этой элитой говорить бесполезно. Я думаю, самый лучший вариант на сегодняшний день - это мы поживем отдельно и вырастет новое поколение в Грузии, для которых вопрос о Южной Осетии будет вопросом выбора, для которых Южная Осетия не будет вопросом жизни и смерти. В такой ситуации, с новыми политической элитой Грузии, я думаю, возможно будет налаживание добрососедских отношений.

Что касается вопроса возвращения беженцев, то здесь должен быть комплексный подход. Почему-то, когда на Западе говорят о беженцах, то они имеют в виду грузинских беженцев, которые в последнюю войну сбежали, и не говорят о том, что в 1990-х годах 100 тысяч осетинских беженцев сбежало из внутренних районов Грузии и не только. Им не вернули дома, не дали компенсацию, - ничего. Эти беженцы тоже жили много лет, и на них не обращали внимание. Поэтому, когда мы говорим о вопросе возвращения беженцев, то мы должны, во-первых, говорить и о психологической готовности вернуться, а во-вторых, мы должны говорить об этапах. Сначала надо разобраться с беженцами, которых изгнали из Грузии, а потом уже говорить о других вопросах. В мире на сегодняшний день пока еще не было прецедентов успешного возвращения беженцев, - может быть, это звучит цинично, но это так. Ну, сколько осетин вернуться в Грузию, если им вернут их дома? Еще вопрос: сколько грузин вернутся на самом деле, если им тоже восстановят дома? Поэтому, здесь надо изыскивать и другие пути: может быть обменами какими-то и так далее. А те, кто утверждают: "верните беженцев", - например, на Западе, - то это чисто политический подход, политическая спекуляция. Западные политики сами прекрасно понимают сложность ситуации. Они в Косово вернули сербских беженцев? В Сербскую Краину в Хорватии вернули сербов? Не вернули. Пусть один успешный вариант возвращения беженцев Запад назовет. Нет такого варианта. Поэтому, прежде чем говорить о каких-то других регионах, пусть пока говорят о себе.

– На Ваш взгляд, каковы основные недоработки действующего или уходящего парламента?

– Я думаю очень большой ошибкой было то, что они внесли поправку, убирающую самостоятельность судей. Далее, мне очень странным кажется структура, которая называется президиумом правительства, возглавляемая самим президентом. Она абсолютно не соответствует другим статьям Конституции. Потом, были внесены изменения в главу, касающуюся местного самоуправления. Что касается послевоенного периода, я думаю, первое, что должен был сделать парламент, - это создать Комиссию по расследованию последствий войны. Это должно было быть сделано, и может быть, если бы мы это сделали, то мы бы избежали безобразий с гуманитарной помощью и многих других вещей.

Потом, у нас нет цельной внешней политики. Мы, практически, действуем по принципу: вот, русские пусть и разберутся. Но надо понимать такую вещь – есть вопросы, в которых Россия не может быть инициатором. Не может быть по определению. Есть национальные интересы, и мы их должны проталкивать, используя, естественно, и российские и международные ресурсы. Мы до сих пор, фактически, не наладили никакого диалога с тем же международным сообществом, с Западом. Они смотрят на нас через Грузию, это понятное дело. Но мы же тоже не предпринимали серьезных усилий, чтобы выйти напрямую на них. Мы настроены делать независимое юго-осетинское государство. Но у нас с властью очень много расхождений в тактических вопросах: мы не видим эффективной и агрессивной в хорошем смысле внешней политики в Южной Осетии. В отличие от той же Абхазии. Абхазы четко понимают свои национальные интересы и они ведут очень активную внешнюю политику, не передоверяя России решать свою судьбу.

- Какова позиция Вашей партии по отношению к решению Москвы взять в свои руки контроль за восстановлением инфраструктуры республики? Какова Ваша оценка деятельности по освоению российских средств на восстановление инфраструктуры?

- В наших условиях я считаю, что это самый оптимальный вариант. Потому что, в другом случае средства, которые были выделены Москвой, были бы элементарно разбазарены и никто бы их следов не нашел. Поэтому, в целом складывается немного непонятная ситуация: все-таки мы признанное государство, но если исходить из конкретной сложившейся сегодня ситуации, то это самый правильный шаг Москвы. Москва должна контролировать весь процесс финансирования и в этой ситуации можно быть уверенным, что хоть что-то сдвинется с мертвой точки. Но пока нет кардинальных изменени в лучшую сторону. Посмотрим, что будет дальше.

- Чем отличается предложенная Вами предвыборная программа от программы Ваших соперников в предвыборной борьбе?

- Тем, что они таких предложений не выдвигают, по моим предположениям (смеется). Они пока не опубликовали свои программы, поэтому я не знаю конкретных расхождений.

- В чем на Ваш взгляд плюсы и минусы политики Москвы в Южной Осетии?

- Ну, о плюсах мы уже говорили: Москва действительно оказывает огромную помощь и в экономическом, и в политическом, и в других планах. Минус в том, что Москва могла бы более активно влиять на внутренние политические процессы. Все-таки президент РФ Д.Медведев и премьер-министр В.Путин лично обещали мировому сообществу, что здесь будет демократия, здесь будет справедливость, - учитывая то, что Москва признала нашу независимость. Я не говорю о том, что она должна руководить нами, но хотя бы объяснять некоторым нашим чиновникам элементарные понятия о демократическом устройстве, о демократических выборах, в первую очередь. Если бы Москва более активно влияла на эти предвыборные процессы, то мы бы избежали многих ошибок и скандалов. Поэтому, к сожалению Москва иногда проявляет излишний нейтралитет в этих вопросах. Это минус, на мой взгляд, потому что на данном этапе нам, действительно, нужна помощь Москвы в строительстве нормальных органов власти, нормального баланса между ними, нормального гражданского общества, нормальных выборов, которые сформируют легитимный парламент, и, безусловно, независимые СМИ. Это наше больное место. Пока в Южной Осетии не будет независимых СМИ, - в Южной Осетии не будет демократии. На самом деле, ни одному человеку не нравится, когда его критикуют, - как и мне, но я к этому хотя бы отношусь с пониманием. И между прочим, это самой власти выгодно, когда есть независимая пресса, когда есть институты гражданского общества. Когда власть не получает альтернативных источников информации, то она теряет чувство реальности. Это периодически происходит в Южной Осетии. Это было и при Людвиге Чибирове, это, к сожалению, происходит и сегодня. Поэтому, мы говорим не о конкретных личностях, а о системе, потому что эта система показала свою неэффективность. И особенно ярко - во время войны.

- Учитывая ситуацию, сколько голосов избирателей вы предполагаете получить?


- Мы запланировали очень много встреч, но пока нам треплют нервы судебными процессами и прочими делами. Мы будем эти встречи проводить. Прогноз у меня на этот счет простой: насколько люди поверят нашей программе, настолько будет поддержка. Единственный важный вопрос для нас – это как избежать фальсификации. Мы рассчитываем на серьезный успех, если не будет масштабных фальсификаций. Потому что, в последнем случае, это будут не выборы, а фарс. И если в бюллетене не будет пункта "против всех", и подписей представителей партий, то это будет нарушением главного выборного закона - "О гарантиях избирательных прав граждан". И тогда мы это обжалуем в суде. Кстати, вышеперечисленные пункты будут хорошим показателем, потому что, если их не будет, то эти выборы вряд ли можно будет считать легитимными, хотя бы даже по этому признаку. Я не понимаю, чего бояться те, кто не хотят вот это включать, - если они не думают о том, чтобы сфальсифицировать выборы? Ведь всего четыре партии и никакого громоздкого механизма не требуется. "Против всех" - это же тоже законный пункт: человеку может не нравиться ни одна из партий, но он имеет право высказать свое мнение. И те партии, которые не бояться, что сфальсифицируют эти выборы, не будут выступать против него.

7 мая 2009 года

Автор: Мария Плиева;

Знаешь больше? Не молчи!
Lt feedback banner
Лента новостей

26 марта 2017, 18:37

26 марта 2017, 18:15

26 марта 2017, 18:05

26 марта 2017, 17:30

26 марта 2017, 17:02

  • Акции сторонников Навального в ЮФО и СКФО обернулись массовыми задержаниями

    Участники акций протеста против коррупции, организованных сторонниками оппозиционера Алексея Навального, задержаны в Махачкале, Краснодаре и Волгограде, где полиция пресекла митинги. Два оппозиционера задержаны и в Ростове-на-Дону, где полиция после долгих переговоров с оппозиционерами все же позволила провести акцию и довести ее до конца.

Архив новостей
Все SMS-новости
Персоналии

Все персоналии