26 сентября 2007, 12:55

Хроника насилия в Чеченской республике. Июнь 2007 г.

4 июня 2007 года

Около 15.00 в доме № 108 на ул. Тутаева (Насыр-Кортовский муниципальный округ г. Назрань Республики Ингушетия) сотрудники неустановленных силовых структур пытались задержать Адама Магомедовича Мальсагова, 1985 г. р., местного жителя. Мальсагову удалось скрыться.

Адам Мальсагов вместе с матерью и сестрами проживает в доме брата матери, Магомеда Халухаева (хозяин умер, и сейчас там помимо вышеперечисленных, живет его жена, Фатима Погорова, и ее дети). 4 июня племянники Адама, Тимур Османович Халухаев, 1995 г. р., и Исмаил Османович Халухаев, 1993 г. р., заметили возле дома автомобиль ВАЗ-21099 серебристого цвета с тонированными стеклами. Этот автомобиль вызвал у них подозрение, - эта машина уже несколько дней останавливалась в разных местах неподалеку от их дома и стояла по нескольку часов. Из машины никто не выходил. Когда подростки попытались заглянуть в машину через стекло, люди, находившиеся внутри, отворачивались или пригибались. Племянники Мальсагова зашли домой и рассказали о подозрительной машине Адаму. Он вышел из дома во двор, вместе с ним пошли его племянники, Тимур и Ислам, и младшая сестра, Айна Мальсагова, 1992 г. р.

В этот момент во двор вбежали три вооруженных человека, одетых в камуфляжные брюки и черные майки и открыли прицельную стрельбу в сторону А. Мальсагова. Одна из пуль пробила трубу в нескольких сантиметрах от головы Адама. По счастливой случайности, ни Адам, ни дети, стоявшие рядом с ним, не пострадали. Мальсагов бросился вглубь двора, забежал к соседям, оттуда выбежал на улицу и скрылся в неизвестном направлении. Племянники Адама, испугавшись, побежали вслед за ним. Его сестра была в шоке и не могла сдвинуться с места. Неизвестные продолжили стрелять вслед убегающим, при этом кричали: "Лежать, суки!". Когда Адам и подростки скрылись из виду, "силовики" связались с кем-то по рации и сообщили: "Мы его упустили, вторая группа", сели в свою машину и уехали. По словам очевидцев, между собою они разговаривали по-чеченски. Через несколько минут дом № 108 был блокирован со всех сторон группой "силовиков" числом до 60 человек, большинство – в масках. Они подъехали на шести белых микроавтобусах "Газель" и нескольких легковых машинах. Один из них, азиатской внешности, представился старшим группы и назвал свое имя – "Игорь". Другой, - в штатской одежде, сопровождавший Игоря, предположительно – балкарец, назвался "Азаматом" и представился сотрудником ФСБ. Они предъявили постановление на обыск и арест Адама Мальсагова. В постановлении на обыск было указано, что в домовладении, расположенном по адресу ул. Тутаева, 108, может находиться схрон с большим количеством оружия и взрывчатых веществ. Хозяева дома попросили "силовиков" не ломать двери и замки, сказали, что сами откроют все, что от них потребуют. Просьбу проигнорировали. Всех, кто был в доме, вывели на улицу, поставили вдоль стены, людей и их документы сфотографировали на фотокамеру. "Силовики" взламывали замки в закрытых дверях, поднимали полы, переворачивали мебель. Тщательный осмотр продолжался около четырех часов, при этом понятые приглашены не были. Досматривали два домовладения, расположенные по соседству, фактически - в одном дворе, принадлежащие Магомеду Халухаеву и его брату, Гирихану Халухаеву. В ходе обыска в доме Магомеда Халухаева в старом сундуке обнаружили несколько патронов от охотничьего ружья и от АКМ. Хозяйка дома, Фатима Погорова, заявила, что патроны принадлежали ее покойному мужу. По окончании обыска хозяевам не вручили копию протокола. У семерых жильцов дома изъяли мобильные телефоны. До этого они стали свидетелями разговора между двумя "силовиками": "Может, изымем телефоны?" - "Ну, если они тебе нужны, без проблем".

После того, как военные уехали, родные стали искать Тимура и Исмаила. Одного подростка они нашли у родственников в с. Альтиево, второго – у соседей. Оба были сильно напуганы, Тимур сильно заикался и боялся ложиться спать.

Адам Мальсагов – студент юридического факультета Ингушского государственного университета. Его родственники пытались выяснить причину "спецоперации", - "силовики" им ответили: "Он стрелял в наших ребят".

6 июня матери Адама, Марем Мальсаговой, и Фатиме Погоровой были вручены повестки явиться в тот же день на допрос в следственное отделение УФСБ РФ по РИ (г. Магас, ул. Горчханова, 9) к старшему следователю ОВД СО УФСБ РФ по РИ подполковнику юстиции А.А. Апанасову.

Женщины явились на допрос в указанное время. Вопросы были о том, чем занимался Адам, с кем общается. Следователь сказал им, что признательные показания на Адама дал подследственный, Аллаудин Альмурзаев. Аллаудин Османович Альмурзаев, 1980 г. р., был похищен сотрудниками федеральных силовых структур в 16 сентября 2006 года в г. Назрань. Через некоторое время был обнаружен в СИЗО г. Владикавказ, против него было возбуждено уголовное дело по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ст. 209 (бандитизм), 222 (незаконное приобретение, хранение, ношение оружия, боеприпасов, взрывных устройств), 30 (покушение на преступление), 105 (убийство), 205 (терроризм), 317 (посягательство на жизнь сотрудника правоохранительных органов) УК РФ. По этому делу проходили еще несколько жителей Ингушетии, похищенных в сентябре 2006 года: Мухаммед-Али Юсупович Арсельгов, 1976 г. р., Адам Магомедович Коригов, 1978 г. р., и Илез Саварбекович Костоев, 1986 г. р.

В конце апреля 2007 года уголовное дело было передано в Верховный суд РСО-А. Как следует из материалов дела, эти люди непосредственное участвовали в организации и совершении подрыва в сентябре 2006 года на объездной дороге в окрестностях с. Майское Пригородного района Северной Осетии БТРа, в результате чего погибли четверо военнослужащих, шесть получили ранения. Их также их обвиняют в подрыве взрывных устройств в г. Владикавказ в залах игровых автоматов "Игоросервис" (ул. Маркова) и "Честная игра" (ул. Куйбышева), в результате чего три человека скончались, а более сорока получили телесные повреждения различной степени тяжести. Кроме того, согласно материалам дела, с мая по август 2006 года обвиняемые совершили ряд нападений и убийств сотрудников ингушской милиции. По версии обвинения, они входили в группу, сформированную Шамилем Басаевым и арабом Абу Дзейтом.

7 июня Марем Мальсагова обратились с письменным заявлением в представительство ПЦ "Мемориал", в котором просит защитить права ее сына от произвола сотрудников силовых структур.

В с. Серноводск Сунженского района Чеченской Республики сотрудники местного РОВД совместно с прикомандированными военнослужащими ВВ МВД РФ проводили проверку паспортного режима.

Милиционеры проверили несколько улиц села. По словам местных жителей, проверяли домовые книги, документы, удостоверяющие личность, документы на автотранспорт, если таковой имелся. Обыски в домах не производили, ограничиваясь визуальным осмотром дворов. Насколько известно, никто из местных жителей задержан не был. По неофициальным сведениям, данная проверка была связана с участившимися слухами о том, что много молодых людей ушли в горы, в отряды боевиков.

5 июня 2007 года

В пос. Черноречье Заводского района г. Грозный прошла акция протеста строителей, занятых на восстановлении домов в поселке, - поводом послужила невыплата заработной платы в течение трех месяцев.

Около 10.00 строители, от ста до полутора сотен человек, собрались у штаба Спецстроя РФ в пос.Черноречье, и перекрыли улицу Мамсурова, - въезд в Грозный с федеральной трассы "Кавказ" (Ростов-Баку). Они потребовали, чтобы к ним вышли руководители стройки. Через час к протестующим в сопровождении охраны приехал глава администрации Заводского района и потребовал, чтобы строители разблокировали дорогу и разошлись, так как их действия незаконны. Между чиновником и его охраной, с одной стороны, и строителями с другой завязалась словесная перепалка, чуть было не переросшая в драку. Охранники администрации начали стрелять людям под ноги. Как рассказывает один из участников акции, Борз-Али Виситаев (уроженец Урус-Мартановского района), один из охранников приставил пистолет к его лбу, пытаясь таким образом напугать Виситаева и других участников акции. Несмотря на откровенные угрозы, строители расходиться отказались. После этого к людям вышел представитель Спецстроя РФ, который назвался "Русланом" (какую должность тот занимает, люди так и не поняли). Он пообещал рабочим, что к пятнице, 8 июня, им выплатят зарплату: "Я не мужик, если в пятницу вы не получите деньги". Удовлетворенные таким обещанием, люди разошлись.

Задолженность по заработной плате выплачена не была. 8 июня, около 10.00, строители вновь провели акцию протеста, - около ста человек в пос. Алды перекрыли дорогу, ведущую в центр города. По словам протестующих, все они устроились на стройку, не заключая договоров о найме на работу, полагаясь только лишь на устную договоренность. При приеме на работу они сдали целый пакет документов - биография, фотографии, справка с места жительства, справка о составе семьи, характеристика, - но никто из строителей не знает ни размера своей заработной платы, ни даже какова оплата труда, - является ли она "почасовой", или "сдельной". Бригады строителей ездят на работу из разных районов республики, и ежемесячно вынуждены за свой счет оплачивать автотранспорт и "столовую".

Около полудня к митингующим подъехал начальник РОВД Заводского района, который попросил разблокировать дорогу, разойтись и избрать другой метод давления на администрацию стройки. Акция продолжалась еще некоторое время. Так и не дождавшись начальства, строители разошлись по рабочим местам.

С конца марта в пос. Черноречье начались восстановительные работы. Ремонтные работы идут стремительно, буквально на глазах, полуразрушенные здания преображаются. Однако задействованные на этих объектах строители уже третий месяц не получают зарплаты.

Ремонтно-строительные работы ведутся без соблюдения техники безопасности. На высотных домах люди работают без страховки, на свой страх и риск. Так, с начала ремонтных работ травмы различной тяжести получили шесть человек. Медицинская страховка для них не предусмотрены.

К вечеру 10 июня строителям, наконец, выплатили зарплату. Их опасения сбылись: на руки люди получили от 5 до 11 тыс. рублей, хотя обещали не менее 15 тыс. рублей.

12 июня из 139 рабочих, занятых на ремонтно-строительных работах на ул. Мамасурова, 23-25, в знак протеста на работу вышли только трое человек.

Рассказывает строитель Борз-Али Виситаев, каменщик (уроженец Урус-Мартановского района): "Я, когда устраивался на работу, просто договорился, никакого договора я не получал. Когда об этом заикнулся, мне сказали, что потом выдадут. Из нашей бригады (нас здесь с нашего района 50 человек), никто не имеет договора. Я устроился на работу каменщиком, но каков размер оплаты, и как оплачивается тоже не знаю. Почти все строители так работают. Устраиваемся, нам говорят, оплата сдельная, а в конце месяца выясняется, что почасовая. Тут у нас один сварщик, должен был получать 15 тысяч рублей в месяц, а получил восемь тысяч рублей.

В районах работы нет, поэтому на стройки все едут в город. Мы, рабочие с одного района, на месяц договорились с владельцем а/м "Газель", и наняли столовую. Но из-за того, что нам не выплачивают зарплату, мы задолжали и водителю и поварам. Я, например, задолжал за проезд 1400 рублей и 1800 рублей – за столовую (мы только обедаем). Денег не получил, а уже весь в долгах. У меня пятеро детей, с чем я приду домой, если половину я должен отдать? Здесь на самом участке (пос.Черноречье разделен на четыре строительных участка), мы своего начальства в лицо даже не знаем, тут одна женщина ходит, с журналом – отмечает, кто пришел на работу, кто не пришел, кто такая, никто не знает.

Я сегодня пошел на акцию, на результат почти не надеюсь. Хочу уволиться, но и этого сделать не могу, потому что, если я сейчас уйду, вообще без копейки останусь, такие случаи уже были. Приехал заработать, а вышло наоборот, только в долги залез".

Рассказывает Абаз, монтажник (фамилия не называется по его просьбе): "Неделю назад, я работал на девятом этаже, в "люльке", на меня с крыши упал мешок цемента, в результате – сломана ключица. Я сегодня хожу на работу со сломанной ключицей. Если я останусь, дома на лечение, мне никто это не оплатит, и зарплату я потеряю. Мой товарищ в прошлом месяце свалился с девятого этажа, чудом остался жив, пролежал в больнице, сейчас дома лежит, за свой счет лечится, и зарплату не получил".

 

6 июня 2007 года

Около 3.00 в пос. Мичурина г. Грозный сотрудники неустановленных местных силовых структур похищен Арсен Магомедович Ижаев, 1980 г. р., проживающий по адресу: ул. Мичурина, 25.

"Силовики", одеты в камуфляжную и черную форму, сорвали входную дверь с петель и вошли в дом. Не представившись и не объяснив причины своего появления, они прошли в спальню, где спал Арсен, подняли его с постели и, не дав нормально одеться, вывели во двор. Мать Ижаева, Елизавета Юповна, попросила неизвестных дать возможность сыну одеться, но "силовики" просьбу проигнорировали, а женщину запрели одной из комнат.

Ижаева посадили в микроавтобус "Газель" (регистрационный номер А783АР 05-й регион) и в сопровождении автомашины "Жигули" 10-й модели стального цвета без регистрационных номеров скрылись в неизвестном направлении.

По факту похищения сына Е.Ю. Ижаева обратилась в районную и республиканскую прокуратуры, Ленинский РОВД, в Аппарат уполномоченного по правам человека ЧР.

По состоянию на июль 2007 года местонахождение Арсена Ижаева установить не удалось.

В ту же ночь в пос. Калинина был похищен Эли Ахмедович Джаубатыров. 7 июня, примерно 2.00, его выбросили в Октябрьском районе г. Грозный. По его словам, после того как его и Арсена, привезли куда-то, их развели в разные места. Арсена он больше не видел. Где его содержали, не знает. Эли избивали и допрашивали с целью получить определенную информацию.

8 июня 2007 года Е.Ю. Ижаева обратилась в представительство ПЦ "Мемориал" с просьбой оказать содействие в установлении место нахождение ее сына, Арсена Ижаева.

"В ПЦ "Мемориал"
от Ижаевой Елизаветы Юповны,
г. Грозный, Ленинский район,
п. Калинина, ул. Мичурина, 25

Заявление

В ночь на 6 июня 2007 года из дома, расположенного по вышеуказанному адресу, похищен мой сын, Ижаев Арсен Магомедович, 1980 г.р.

Около 3.00, проникнув во двор, сорвав входную дверь с петель, в наш дом ворвалась вооруженная группа лиц, одетых в черные и цвета "Хаки" формы одежды.

В доме без каких-либо объяснений, они прошли в спальню, где находился Арсен. Там они его скрутили и забрали с собой, при этом не дав ему нормально одеться. На мою просьбу дать ему нормально одеться, они закинули меня в спальню и закрыли за мной дверь.

На улице они посадили Арсена в микроавтобус "Газель" с номером А783АР -05 регион и в сопровождении второй автомашины марки "Жигули" 10-й модели стального цвета, без регистрационных номеров скрылись с места происшествия в неизвестном направлении. При всем этом они не сказали нам, за что забирают Арсена, кто они сами и куда он будет доставлен.

По факту похищения своего сына я обращалась в прокуратуру Ленинского района и Чеченской республики, Ленинский РОВД,вВ Аппарат уполномоченного по правам человека ЧР, однако на сегодняшний день местонахождение Ижаева Арсена не установлено. Как нам известно, 6 июня был похищен и наш сосед, Джаубатыров Эли Ахмедович. 7 июня он был выброшен примерно 2.00 ночи в Октябрьском районе г. Грозный. По его словам, после того как их привезли на место, их развели, после того он Арсена больше не видел. Где его содержали, он не знает. Там его самого избивали и допрашивали с целью получить определенную информацию.

Дополнительно сообщаю, что Арсен никогда не был замешан в каких-то вооруженных группировках, никогда не совершал противоправных деяний. Домой в Грозный он вернулся всего лишь два месяца назад, после того как уехал в 1998 году в Казахстан.

Прошу Вас оказать содействие в установлении местонахождения моего сына Ижаева А.М.

08.06.07г., Ижаева Е.Ю."

В с. Старые Атаги Грозненского (сельского) района ЧР сотрудники РОВД совместно с бойцами ОМОН ЧР и военнослужащими комендатуры провели проверку паспортного режима. По словам местных жителей, "силовики" небольшими группами проходили по улицам, выборочно проверяя дома и жильцов, обращая внимание на наличие документов, удостоверяющих личность, и местний прописку.

Данных о противоправных инцидентах и задержаниях нет. В ходе проверки была задействована техника: автомобили УАЗ и "Урал", и БТР.

 

7 июня 2007 года

В пос. КСМ-1 ("Шанхай") приехали сотрудники администрации г.Грозный и Заводского района города.

26 апреля 2007 года была предпринята первая попытка ликвидации стихийного поселения (жителям предложили разобрать свои дома и перенести их на новое место), которая закончилась безрезультатно из-за протеста живущих здесь людей. Сотрудники администрации требовали немедленного переезда, обещая жителям поселка со временем, в порядке очереди, оказать помощь (размеры и вид помощи не уточнили). На вопрос: куда переезжать, если нет иного постоянного места жительства? - советовали ехать к родным или в выделяемые квартиры. Администрация города была готова предоставить для этих людей 20 участков земли в пос. Андреевская Долина, в пятистах метрах от прежнего жилья (к этим участкам не подведен ни водопровод, ни газопровод, ни электричество), а квартиры, выделенныеы "шанхайцам", или разрушены, или уже кем-то заняты. Раньше руководители районов, в которых "шанхайцы" зарегистрированы, но проживать не могут, обещали выделить им участки, - теперь заявляют, что такой возможности у них нет, и предлагают жителям поселка ходатайствовать перед администрацией города о выделении им квартир или участков земли.

В конце мая администрации города подала заявку в УВКБ ООН на предоставление жителям поселка КСМ-1 "бокс-тентов" (щитовых домиков). Сотрудники УВКБ ООН ответили, что перед тем, как рассмотреть заявку, им необходимо выехать на место и посмотреть все самим. Сделать они это не могут, так как руководство республики не предоставляет им эскорт сопровождения. Кроме того, программа выделения временного жилья предназначена для беженцев и количество "бокс-тентов" ограничено.

Эти проблемы известны сотрудникам администрации города, но те настаивают на немедленном переезде людей из поселка, поскольку торопятся быстрее закрыть вопрос о ликвидации незаконного поселения. При этом они настоятельно рекомендовали "шанхайцам" не обращаться в ПЦ "Мемориал", и сказали, что при прошлой попытке выселения, 26 апреля, никаких бульдозеров не было.

10 июня 2007 года

Около 11.00 в с. Чечен-Аул Грозненского (сельского) района сотрудниками неустановленных силовых структур были похищены братья Актамировы: Рамзан Вахаевич, 1981 г. р., и Юсуп Вахаевич, 1986 г. р., проживают по адресу: ул. Партизанская, 58. Неизвестные были одеты в камуфляжную форму синих оттенков, передвигались на двух а/м ВАЗ-2110 с тонированными стеклами, серебристого цвета.

Молодые люди были похищены недалеко от своего дома, на глазах у многочисленных свидетелей. Сестра Актамировых, Дагмара, увидела, как неизвестные "силовики" затаскивают братьев в машину. С криком: "Не забирайте их", - она подбежала к одной из машин и упала на капот. "Силовик", сидевший в салоне "Жигулей", по-чеченски сказал водителю: "Заводи машину". Машина резко отъехала назад, Дагмара упала с капота на землю и от удара потеряла сознание.

Следующей ночью братьев выкинули на пустыре на окраине пос. Гикаловский Грозненского (сельского) района.

Братья неохотно рассказали родным о том, что с ними случилось. Место, где их держали, им неизвестно. Кто их похитил, они также не знают. Рамзана во время допросов били и пытали током. На него оказывалось психологическое давление: во время допроса похитители вывели из помещения младшего брата и выстрелили рядом с ним несколько раз. Рамзану сказали, что убили Юсупа и пригрозили, что следующим убьют его. Таким образом неизвестные "силовики" пытались заставить Рамзана и Юсупа признаться в закладке фугасов. По словам Юсупа, его не били.

В 2002 году во время масштабной зачистки в селе, которую проводили военнослужащие федеральных сил, братья Актамировы были задержаны вместе с другими односельчанами. Младшему из них, Юсупу, тогда исполнилось только 13 лет. Военные сильно избили Рамзана Актамирова, отбив почки. Через три дня Актамировы вместе с другими жителями села были освобождены. Опасаясь повторного задержания, родители увезли их за пределы республики. Домой братья вернулись не так давно.

Рассказывает Ваха Актамиров (отец потерпевших):

"Я находился во дворе дома напротив, стоял на похоронах. Меня вызвали на улицу. Выхожу, а там почти полная улица людей стоит, все мне, что-то кричат. Я сперва не понял, растерялся. С трудом понял, что сыновей похитили. Недалеко от дома почти сразу заметил, лежащую на земле дочь, и женщин, которые в чувство ее пытались привести. Побежал к ним. Женщинам удалось привести ее чувство, и завести в дом. Жены дома не было, она в город поехала по делам".

Рассказывает Дагмара Актамирова:

"Братья с друзьями стояли недалеко от дома, на улице. Я вышла из дома, чтобы пойти на похороны (в доме напротив был "тезет"), и увидела две машины, и военных, которые насильно затолкали в них моих братьев. Я подбежала и бросилась на капот одной из них, крича: "Не забирайте их". Водителя я не видела, стекла были тонированные, но слышала, как в машине, на чеченском, один сказал другому: "Заводи машину". Резко дернув машину назад, они скинули меня с капота, и на высокой скорости уехали, я в обморок упала".

Рассказывает Ваха Актамиров:

"В тот же день мы подали заявление в РОВД о похищении, обзвонили все структуры, через знакомых, родственников. Везде нам ответили, что их не доставляли. Сделали все, что могли на тот момент. Ночью около десяти часов вдруг раздался звонок. Звонит сын и говорит, что они находятся в подвале, не могут сказать где, но точно в городе [то есть в Грозном]. Каким-то чудом телефон у них не забрали. Мы успокоились немного, живые хоть. Поздно ночью снова звонит сын и уже говорит, что их выбросили на пустыре на окраине пос. Гикаловский. Мы конечно тут же поехали, привезли их. За те несколько часов, что они провели у этих военных, их успели избить. Старшего сына били током, присоединяя провода к мизинцу. Пытались оказать на него психологическое давление, увели младшего брата, сделали несколько выстрелов, сказав, что они убили его. Также убьют и его, если не скажет "где заложили фугас".

Младшего не били, по крайней мере, не говорит. Старший сын тоже не говорил, мать увидела гематомы на спине, когда он спал, только тогда он рассказал...

Я хотел их под амнистию подвести, даже бумаги подал в отдел (РОВД), только лишь потому, что, если один раз случилось такое, потом все время будут забирать. Но мне отказали, сказали, если они нигде не замешаны, зачем их амнистировать?!

У них молоко еще не сошло с губ, а их уже калеками сделали, и физически и морально. Я проработал 47 лет, жизнь была не из легких. Но у меня сегодня здоровье лучше, чем у моих детей. Всю жизнь я пытался построить дом, вырастить детей, а сейчас не знаю, как их сохранить!".

13 июня 2007 года

В с. Серноводск Сунженского района Чеченской Республики сотрудниками Ачхой-Мартановского РОВД задержаны три сотрудника Сунженского РОВД: З.В. Арсамаков, В.И. Бахаев и З.М. Басаев.

Они являются охранниками главы администрации с. Серноводск Ризвана Арсамакова (ранее состояли в охране бывшего главы администрации Вахи Арсамакова, погибшего 2005 года в аварии).

Ранее, 6 июня, был задержан милиционер Алихан Алиевич Астамиров. Его забрали по подозрению в разбойном нападении на дом Хавы Абаевой в 2005 году. Женщина опознала в Астамирове одного из грабителей. На допросах Астамиров признал свою вину и назвал имена соучастников. На основании Его показания стали основанием для задержания З.В. Арсамакова (сына бывшего главы администрации с. Серноводск и племянника нынешнего), В.И. Бахаева и З.М.Басаева.

По данным следствия, эта они занимались вымогательством денег у людей, получивших компенсацию за разрушенное жилье и [уже?] заплативших так называемые "откатные 50%".

Около 8.00 на окраину пос. Майский, к лагерю ингушских беженцев, из сел Пригородного района Республики Северная Осетия - Алания подъехали сотрудники силовых структур РСО-А, - работники МЧС, судебные приставы, представители районной администрации, сотрудники миграционной службы, - всего не менее 150 человек. Лагерь был блокирован со всех сторон. В самом лагере строители и работники МЧС стали разбирать постройки, для чего были задействованы пять автокранов и пять КамАЗов с длинными прицепами.

На тот момент в лагере проживало 5-7 семей вынужденных переселенцев, всего около 20 человек. Они отказались добровольно покидать вагончики, которые подготовили к погрузке. Сотрудники милиции насильно выводили людей на улицу. Один из беженцев, Иса Ахриев, заявил, что не позволит перевозить свой вагончик, и пригрозил сжечь себя вместе с ним.

Милиционеры схватили Ахриева, жестоко избили дубинками и ногами, затем, сковав его руки наручниками, посадили в автобус (регистрационный номер С114АА, 15-й регион). Несколько женщин попытались отбить Ахриева у милиционеров, но в их отношении также была применена физическая сила. Милиционеры вывели беженцев за оцепление. Там уже находились сотрудники правозащитных и общественных организаций, - их не пропускали в городок беженцев, запретили фото- и видеосъемку. При этом представители республиканской власти снимали происходящие на видеокамеру. После того, как беженцев вывели за оцепление, рабочие приступили к погрузке вагончиков, - их отвозили на окраину пос. Новый и выгружали на специально отведённой площадке. Демонтаж лагеря продолжался до 20.00, всего было перевезено 12 вагончиков. После этого Ису Ахриева освободили, предварительно взяв с него письменное подтверждение, что он не имеет претензий к сотрудникам силовых структур. В противном случае, по словам Ахриева, его обещали доставить в отделение милиции.

Некоторые из беженцев провела ночь в открытом поле, на том месте, где раньше стояли их вагончики.

Как сообщил 13 июня 2007 года ИТАР-ТАСС начальник управления Федеральной службы судебных приставов по республике Валерий Козаев, ликвидация лагеря проходила на основании решения суда Пригородного района об освобождении незаконно захваченных земель: "Приставы перевезли в поселок Новый, где выделены участки земли для переселенцев, 12 вагончиков – частью нежилых, частью принадлежащих семьям вынужденных переселенцев, до сих пор отказывавшихся покинуть незаконное поселение". При этом в МВД РСО-А подчеркнули, что "каких-либо противоправных действий в отношении переселенцев допущено не было".

Заседание Пригородного районного суда РСО-А по гражданскому иску администрации местного самоуправления (АМС) Пригородного района РСО-А, АМС пос. Майский Пригородного района РСО-А к жителям городка беженцев в пос. Майский (19 семей) прошло в с. Октябрьское в Пригородном районном суде РСО-А 26 декабря 2006 года. Вынужденных переселенцев обвинили в незаконном использовании сельскохозяйственных земель. Ответчики на судебное заседание не явились, хотя и были уведомлены за два дня до его проведения, и заседание прошло без их участия.

Суд под председательством судьи Н.Н. Кодзаевой решил удовлетворить иск АМС Пригородного района и АМС пос. Майский, и обязать глав 19 семей вынужденных переселенцев перенести свои вагончики для временного проживания в пос. Новый Пригородного района РСО-А на специально отведенную площадку для обустройства.

19 января 2007 года судебный пристав вручил судебное решение Магомеду Цурову, - одному из ответчиков, выполнявшему обязанности коменданта лагеря. В решении было указано, что оно вступило в законную силу 15 января 2007 года, - таким образом, ответчиков лишили возможности обжаловать его в законном порядке. Тем не менее, беженцы опротестовали вердикт суда, и отказались покидать свой городок до окончательного разрешения ситуации в судебном порядке. Кассационные жалобы остались без должного внимания.

В конце февраля 2007 года городок беженцев в пос. Майский посетил заместитель полпреда президента в ЮФО Виктор Анпилогов, - разобраться с сложившийся ситуацией вокруг городка, где на тот момент проживали 27 семей. Лагерь был отключен от света и газа больше четырех месяцев. Признавая юридическую обоснованность решения суда, Анпилогов заверил, что силового выселения не будет, - по его словам, такой вариант властями даже не рассматривается. Замполпреда спросил у беженцев, что им нужно для переезда в другое место. Они высказали требования, - основным было возвращения к местам прежнего проживания, упоминались проблемы с восстановлением статуса беженца, проведением земельных замеров по месту бывшего проживания и т. п. Анпилогов распорядился создать временную межведомственную комиссию по оказанию помощи вынужденным переселенцам, - прежде всего для решения проблем городка Майский. Срок работы комиссии был определен до 15 марта 2007 года, её руководителем временной был назначен первый вице-премьер правительства РСО-А Ермак Дзансолов, заместителем - министр по делам национальностей РСО-А Таймураз Касаев. В комиссию вошли глава Пригородного района Джиоев Г.П., глава администрации с. Южное Б. Касаев, замглавы администрации г. Владикавказ В. Караев, и.о. начальника межрегионального УФМС РФ Владимир Нифонтов, а также представители республиканских органов прокуратуры, суда, МВД и т.д.

В начале марта комиссия приступила к работе, прием граждан вели в пос. Новый в вагончике межрегионального УФМС. Члены комиссии оказывали только консультативную помощь, разъясняя заявителям, как, где и какие именно документы им необходимо получить для разрешения проблем.

15 марта 2007 года Анпилогов снова посетил городок беженцев в пос. Майский в сопровождении членов временной комиссии и представителей прессы РСО-А.

Глава администрации пос. Южный Б. Касаев в торжественной обстановке вручил представителям пяти семей, проживавших там до конфликта, ключи от их домов. Беженцам предложили возвращаться, заверив, что их дома освобождены от незаконных владельцев, проживавших там после 1992 года. Вручение ключей сняли на видеокамеру и показали по осетинскому телевидению. Один из беженцев, Руслан Куштов, отказался брать ключи и заявил, что его семья возвращаться в Южный не намерена до тех пор, пока ему не будут вручены правоустанавливающие документы на его домовладения и не решены вопросы с пропиской других жителей городка.

После церемонии комиссия уехала из городка. В тот же день четверо обладателей ключей самостоятельно поехали в пос. Южный. В трех домовладениях по-прежнему проживали беженцы из Южной Осетии, которые были весьма удивлены новостью о своем выселении, - по их словам, с такой просьбой к ним никто не обращался. Ключи, врученные беженцами, оказались фикцией, - ни в одном из домовладений на входных дверях не было замков, к которым они бы подошли. Четвертый дом, расположенный по адресу ул. Почтовая, 18а и принадлежащий Магомеду Абдурахмановичу Куштову, просто-напросто отсутствовал, так как с момента его разрушения в период конфликта его не восстановливали. Разочарованные беженцы вернулись в пос. Майский.

Тем временем Анпилогов во Владикавказе заявил, что стихийный городок Майский будет расформирован, а последние семьи, которые проживают там, будут выселены согласно решению суда, вступившему в свою законную силу. В том, что работа комиссии желаемых результатов не принесла, по словам Анпилогова, виноваты сами беженцы, которые не проявили должной активности. За две недели комиссии удалось отселить только 2 семьи, а в городке, по утверждению зампреда, осталось еще 17 семей.

В свою очередь, с критикой работы комиссии выступили беженцы из городка в пос. Майский. 17 марта они обратились в представительство ПЦ "Мемориал" в г. Назрань. По их словам, хотя, что комиссия в течение двух недель регулярно приезжала в пос. Новый, её помощь носила формальный характер. Рекомендации и консультации, которые получали беженцы, в большинстве своем были им известны, однако никаких конкретных шагов для преодоления препятствий на пути выполнения этих рекомендаций члены комиссии не предпринимали. Предложение доказывать через суд право на получения подтверждения права проживания, выглядело, по словам беженцев, издевательством. Сотрудники администраций сел, где раньше проживали беженцы, саботировали работу по выдаче необходимых документов. При обращении в суд от заявителей по-прежнему требовали взятки для вынесения положительного решения. Критиковали беженцы и выступления Анпилогова, утверждавшего, что в городке осталось только 17 семей.

17 марта 2007 года в городок беженцев опять приехали чиновники из РСО-А. На этот раз беженцам вручили предупреждения Управления федеральной службы судебных приставов по РСО-А, в которых предписывалось до 19 марта исполнить решение суда и освободить занимаемую территорию (пастбища) пос. Майский, и перенести свои вагончики для временного проживания в пос. Новый. В случае неисполнения решения суда в установленный срок в рамках исполнительного производства в отношении беженцев будут применены меры принудительного характера.

18 марта 2007 года беженцы передали в офис ПЦ "Мемориал" свое обращение. Аналогичного рода документы были написаны на имя депутата ГД РФ Башира Кодзоева, члена Совета Федерации Иссы Костоева и президента ЧР Рамзана Кадырова.

23 апреля 2007 года в городок беженцев в очередной раз приехали судебные приставы и вручили предупреждение о том, что, если беженцы до 26 апреля не освободят незаконно занимаемые земли (пастбища), то в принудительном порядке будут перевезены на территорию пос. Новый.

По официальным данным, на 20 апреля, в городке проживали 15 семей, - по словам самих беженцев, таких семей было 23, более ста человек. Большинство из этих людей отказывались подчиняться незаконному, по их мнению, решению суда, и продолжали настаивать, что покинут городок только после того, как будет полностью выполнено поручение президента РФ Путина о ликвидации последствий осетино-ингушского конфликта. Они требовали прекратить чиновничий произвол, с которым они сталкивались при сборе пакета документов на господдержку (денежная сумма, выплачиваемая на восстановление, приобретение или строительство домовладения на новом месте) и заявляли, что покинут территорию городка только после того, как получат господдержку. Одно из препятствий - лишение статуса вынужденного переселенца МРУ УФМС РФ, в результате переселенцы были вынуждены восстанавливать статус через суды.

27 апреля 2007 года около 11.00 в городке беженцев в пос. Майский сотрудники МВД РСО-А изъяли автомашину ВАЗ-2109, принадлежащую жителю городка Багаудину Цурову. Они утверждали, что машина числится в федеральном розыске, но никаких документов, подтверждающих этот факт, не предъявили.

28 апреля 2007 года вновь прибыли судебные приставы для того, чтобы напомнить беженцем, что 27 апреля истек срок, который им отводился на переезд в пос. Новый. Никаких силовых действий предпринято не было.

18 мая 2007 года с утра до тысячи сотрудников силовых структур РСО-А блокировали пос. Майский. На всех въезда и выездах из села были поставлены посты. В село въезд запрещался въезд граждан без местной регистрации. Одновременно из городка беженцев, расположенного на окраине поселка, милиционеры вывезли два вагончика, принадлежащие Хаве Цицкиевой, без ее согласия. Другие постройки забирать не стали. На 18 мая в городке проживали, по официальным данным, восемь-девять семей вынужденных переселенцев (по словам самих беженцев – 15 семей), которые отказывались покидать городок и переезжать в пос. Новый. После 14.00 пос. Майский разблокировали. Сообщений о задержаниях не было.

Справка:

Поселок Майский – единственный населенный пункт Пригородного района РСО-А с ингушским населением, непосредственно не затронутый событиями осетино-ингушского конфликта осени 1992 года. В отличие от многих других сел этого района, здесь не было боёв и отсюда не бежало ингушское население.

В 1994 году сам поселок и непосредственно прилегающая к нему территория фактически вышли из-под юрисдикции властей РСО-А и находились под контролем властей РИ. Здесь, кроме постоянных жителей, проживали около полутора тысяч ингушских вынужденных мигрантов из других сел Пригородного района.

Городок внутренне перемещенных лиц (ВПЛ) "Майский" был создан в 1994 году по распоряжению Президента РИ Руслана Аушева. В октябре первые вагончики были установлены на пустыре вдоль железнодорожных путей в районе пос. Майский на территории РСО-А, у административной границы с Ингушетией.

В октябре 1994 года по распоряжению президента РИ значительная часть вагончиков была перемещена с территории Ингушетии на территорию Северной Осетии на пустырь, расположенный около пос. Майской. Этому решению предшествовало соглашение, подписанное 26 июня 1994 года в г. Беслан, между руководством РИ и РСО-А: "Порядок возвращения и расселения беженцев и вынужденных переселенцев в места их прежнего компактного проживания в населенных пунктах Чермен, Донгарон, Дачное, Куртат Пригородного района Республики Северная Осетия". В этом документе предлагалось на предварительном этапе, начиная с 1 июля, уточнить списки лиц, имеющих прописку в этих четырех населенных пунктах, и восстановить инженерные коммуникации, дошкольные и школьные учреждения и т.д.

"Порядок ..." устанавливал, что правительственные комиссии РСО-А и РИ совместно с Временной администрацией в срок до 5 июля 1994 года должны утвердить конкретные мероприятия и график возвращения и расселения вынужденных переселенцев. Однако практических шагов не последовало. Ни 5 июля, ни позже согласованный перечень мероприятий и график возвращения людей не появились.

Возможно, что срыв очередного плана возвращения вынужденных переселенцев подтолкнул ингушскую сторону к односторонним действиям без предварительного согласования с осетинской стороной и федеральными органами власти. Это был, прежде всего, политический шаг: таким образом перечеркивались надежды тех, кто желал, чтобы бежавшие от конфликта ингуши осели в Ингушетии, а вопрос об их возвращении в Северную Осетию постепенно был снят с повестки дня. Благодаря созданию Майского, вынужденные мигранты возвращались в Северную Осетию, хотя и не в свои дома. Переселение происходило в большинстве случаев вопреки желанию самих людей, которые, в результате, и оказались в полной неопределенности, по их собственному выражению "между небом и землей".

Хотя "Майский" формально расположен на территории РСО-А, фактически организацией его жизни занимались власти РИ. В Федеральной миграционной службе городок не был зарегистрирован, а, следовательно, не имел статуса центра временного размещения. Впрочем, как сообщал "Мемориалу" первый заместитель специального представителя Президента РФ по вопросам урегулирования осетино-ингушского конфликта В. Казюлин, ассигнования на содержание мест компактного размещения вынужденных мигрантов из зоны конфликта Министерством финансов РФ вообще не предусмотрены.

Комплектация лагеря происходила постепенно и продолжалась до 2006 года. Значительное количество переселенцев городок принял в 1997 году и в 1999 году после начала военных действий в Чечне, когда многие ингуши, после событий 1992 года нашедшие прибежище у родственников в Грозном, были вынуждены снова бежать, спасаясь от воздушных ударов по чеченской столице.

По мере интенсификации процесса возвращения вынужденных мигрантов в ряд сел Пригородного района РСО-А (Дачное, Куртат, Донгарон, Чермен, Тарское) часть обитателей городка вместе со своими вагончиками передислоцировалась в эти населенные пункты. В городке, в основном, остались те, кто в результате воспрепятствования их законному праву не могли вернуться к местам своего постоянного проживания.

В начале марта 2006 года в соответствии с планом, принятым и подписанным руководителями РСО-Алания и Ингушетии 8 февраля 2006 года в Ростове-на-Дону, УФМС РФ преступило к расформированию лагеря беженцев в пос. Майский. Согласно этому плану, был намечен ряд мер, направленных на возвращение беженцев до конца 2006 года. Один из пунктов этого плана предусматривал создание новых поселений для ингушей на территории Северной Осетии. Весной 2006 года при участии ФМС РФ на окраине пос. Майский был сформирован пос. Новый, куда решено было переселить вынужденных переселенцев, отказавшихся от возвращения к местам прежнего проживания и тех, кто до конфликта проживал в муниципальном жилье (общежития). Часть жителей городка беженцев в пос. Майский отказались переезжать в новый поселок, настаивая на право возвратиться в свои родные села, где они проживали до осетино-ингушского конфликта.

Представители федеральных и североосетинских властей проигнорировали их просьбу, что побудило некоторых из вынужденных переселенцев начать голодовку. Акция началась 30 июня 2006 года и продлилась 24 дня. Требования голодающих удовлетворены не были. Представители ФМС и руководство Пригородного района РСО-А продолжала настаивать о переезде всех вынужденных переселенцев из городка беженцев в пос. Новый.

8 ноября 2006 года городок беженцев отключили от газоснабжения, а 14 ноября - от электричества.

В начале декабря 2006 года пятнадцать вынужденных переселенцев из городка беженцев поехали в г. Ростов-на-Дону, чтобы встретиться с полпредом президента РФ в ЮФО Дмитрием Козаком. Встреча состоялась 9 декабря, Козак приехал к беженцам в сопровождении своего заместителя Анпилогова. Внимательно выслушав их требования, он пообещал решить проблему. Удовлетворенные его ответами, беженцы вернулись домой.

В городке "Майский" проживала лишь малая часть вынужденных мигрантов из Пригородного района и Владикавказа, до сих пор не могущих возвратиться к себе домой, а большинство по-прежнему живёт в Ингушетии.

15 июня 2007 года

В с. Пригородное Грозненского (сельского) района Чеченской Республики неизвестными "силовиками" был увезен из своего дома Хизир Хажбахмадов, 21 год, проживающий на окраине села в новых постройках. По словам местных жителей, он долгое время жил за пределами республики и вернулся домой несколько недель назад.

Родственникам удалось установить, что он был доставлен в ОВД Грозненского (сельского) района. Комментировать задержание они не пожелали, сказав, что в отличие от многих людей в республики, они знают местонахождение своего родственника. В ОВД им так же пообещали, что после выяснения некоторых обстоятельств Хажбахмадов будет освобожден.

17 июня 2007 года

Около 7 часов утра в Сурхахи Назрановского района Республики Ингушетия сотрудниками силовых структур в ходе адресной спецоперации был убит Руслан Хаважевич Аушев, 1980 г. р., проживавший по адресу: ул. Аушева, 28.

В течение следующей недели российские "силовики" сообщали о том, что в ходе спецоперации был уничтожен "один из лидеров ваххабитского подполья" Руслан Аушев. По словам представителя УФСБ по Ингушетии Александра Черепанова, Аушев, который был одним из организаторов как нападения на Ингушетию в ночь с 21 на 22 июня 2004 года, так и теракта в Беслане, уже давно разыскивался правоохранительными органами. Блокировать его удалось в селе Сурхахи. "Дом, где, по нашей оперативной информации, прятался этот бандит, был взят в плотное оцепление. Спецназовцы хотели обойтись без штурма и предложили боевику сдаться, но тот стал отстреливаться", - далее, по словам Черепанова, спецназовцы открыли по дому шквальный ответный огонь, но стрельба из дома не прекращалась, поскольку боевик укрывался в специально оборудованном и укрепленном месте на чердаке; в итоге Аушев был убит ("Коммерсантъ").

Однако сайт Ингушетия.RU, ссылаясь на информацию, полученную в Назрановском РОВД, это обвинение опровергают: "Аушев в розыске не находился, боевиком не был /.../ сообщили нашему корреспонденту в Назрановском РОВД" (Ингушетия.RU, 17.06.2007).

О неучастии Р.Аушева в противоправных действиях также сообщили ПЦ "Мемориал" родственники убитого. По нашим данным, реальная картина произошедшего в с. Сурхахи несколько отличалась от той, которую представили ряд СМИ.

Рано утром домовладения № 28 и № 30 по ул. Аушева блокировали примерно восемьдесят сотрудников силовых структур, большей частью - в масках, приехавшие на двух БТРах, шести микроавтобусах "Газель" и нескольких легковых машинах. Говорили они только по-русски, некоторые – с сильным акцентом. "Силовики" проникли сразу в два домовладения.

По словам хозяина дома № 30, Исропила Абдул-Мажитовича Аушева, 1955 г. р., он сидел во дворе и перебирал четки, когда "силовики" взяли его на прицел. Несколько человек перелезли через забор, приказали ему задрать рубашку, затем - повернуться спиной после чего спросили, кто он такой и кто находится в доме. Исропил назвался, и сказал, что в доме - только члены его семьи. Подталкивая Исропила дулом автомата, военные вслед за ним вошли в дом и приказали всем выйти на улицу. Вместе с Исропилом в доме проживает его сестра Хадижат, племянник Магомед Османович Аушев, и Михаил Аушев с женой и шестью детьми. Когда они вышли на улицу, всех, включая женщин и детей, поставили у стены и обыскали. Мужчин отделили и положили на землю лицами вниз. Прикрываясь Исропилом, "силовики" тщательно досмотрели дом чердак и прилегающие хозпостройки, докладывая после проверки каждой из комнат по рации: "Все чисто". Обыск продолжался почти полтора часа, после чего во двор вошла основная группа "силовиков".

Таким же образом обыскивали соседний дом № 28, принадлежащий Хаважу Хамоевичу Аушеву. Примерно в 5.30 более двух десятков "силовиков" окружили его дом и крикнули, чтобы вышел хозяин. Хаваж и его старший сын Тимур вышли с поднятыми руками, на них надели наручники, отвели под навес и положили на землю. Из дома вывели женщин, детей, и отвели их к соседям, а помещения тщательно обыскали. Младший сын хозяина, Руслан, перед утренней молитвой также был дома, но потом ушел, - Хаваж говорит, что не знает, куда. Очевидно, что Р.Аушев пытался скрыться от "силовиков", спрятавшись в соседнем доме.

Около 7.00 один из стоявших в оцеплении, выстрелил из гранатомета по чердаку дома Исропила Аушева. Началась интенсивная стрельба, - в течение 20 минут чердак обстреливали со всех сторон, в том числе и со двора и из дома № 28. После этого "силовики" стали избивать Исропила ногами и прикладами, обвиняя во лжи, - тот пытался возразить, что-де они сами тщательно досмотрели его дом и никого не обнаружили. Исропилу Аушеву, Магомеду Османовичу Аушеву и двум сыновьям Михаила Аушева, - Хасану, 1986 г. р., и Хусену, 1988 г. р., - связали за спинами проволокой пальцы обеих рук и вывели со двора. Магомеда положили на пол "Газели". Хасана и Хусена затащили в БТР. Магомеда и Хасана стали бить ногами и обрезками железных труб. Исропила завели обратно во двор, чтобы он опознал тело убитого на чердаке, - это оказался Руслан Хаважевич Аушев, проживавший в доме №28, и, вероятно, спрятавшийся на чердаке соседнего дома. У убитого отсутствовали кисть правой руки, и частично - кисть левой руки, на теле - множественные осколочные ранения и рваные раны. Он мог быть убит выстрелом гранатомета. Обнаружили Руслана якобы при помощи специальных тепловизоров, - об этом "силовики" сами сказали Исропилу.

После опознания Исропилу дали подписать протокол. В протоколе, впрочем, не было указано, что из дома Исропила Аушева после обыска пропали: документы (паспорта, метрические свидетельства, техпаспорт на машину, военные билеты и др.), 40 тысяч рублей, два магнитофона, пять золотых колец, женские золотые часы, золотая цепочка. Из дома Хаважа Аушева пропали 300 тысяч рублей и 5 000 долларов, ювелирные золотые украшения и др.

По словам Хаважи Аушева, после того как стрельба закончилась, "силовики" приказали ему перекидать две сотни снопов сена, чтобы убедиться, что под ними ничего нет. Ему показали два непрозрачных пакета, сказав, что там вещи из его дома, которые они забирают с собой. Хаважа заставили подписать несколько бумаг в присутствии двух сотрудников силовых структур, выступавших в качестве понятых. В ходе проведения обыска "силовики" выбили почти все окна, сломали двери, мебель, разбросали вещи.

Перед тем как уехать, "силовики" БТРом выбили ворота дома № 30, раздавили стоявшую во дворе машину Хасана Аушева (ВАЗ-2108, регистрационный номер: с 810 ат, 6-й регион), затем БТРом сильно повредили сам дом, построенный из саманного кирпича. Труп Р.Х.Аушева увезли с собой, но выдали родственникам через четыре часа.

Примерно в 11.30 Исропила Абдулмажитовича Аушева, Хасана Михайловича Аушева и Хусена Михайловича Аушева на БТРе доставили в здание УФСБ по РИ в г. Магас. Там их допрашивали до 17.00. После допроса отпустили.

Магомеда Османовича Аушева военные повезли отдельно на а/м " Газель". Дальнейшее известно из его рассказа. По словам М. Аушева, "силовики" сказали, что отвезут его в г. Владикавказ и передадут своим осетинским коллегам.

По дороге его били ногами по почкам и по голове. Магомед слышал, как на постах военные представлялись сотрудниками ФСБ и беспрепятственно проезжали дальше. Он так же слышал их разговор между собой: они намеревались сменить номер на машине. В какой-то момент машина остановилась. Один из сопровождающих принёс черный пакет, который надели на голову Аушева. По прибытии на место пакет с головы сняли и завели Магомеда в большое здание. Аушев предполагает, что это было или здание ФСБ или здание УБОП в г. Владикавказ. Большинство из находившихся там людей, разговаривали по-осетински. Магомеда привели в сырую комнату на четвертом этаже. К большим пальцам ног ему привязали провода и стали пропускать ток. При этом его обливали водой. "Силовики" не задавали вопросов. Они изначально утверждали: им было известно, что Магомед укрывал на чердаке Руслана Хаважевича Аушева, о том, что он знал о местонахождении схрона с оружием, который они обнаружили рядом с Алханчуртским каналом. Говорили, что заставят его в этом признаться. Кто-то из находящихся в комнате предложил позвать "Витю": "У него погибли в Беслане родные, он с ним поговорит как надо". К счастью, "Витю" не нашли. Магомеду надели на голову пакет, вывели из здания, посадили в машину и привезли в неизвестное место. Аушева сбросили в яму глубиной 1,5 метра (ям было несколько) и стали обливать водой. Затем стали закапывать Аушева, приговаривая: "Во имя отца, сына и святого духа". Кто-то из них сказал: "Если будем возвращать ингушам труп, то желательно, чтобы он был свежим". При этом палачи убеждали свою жертву в том, что он пропадет без вести, и что они закапали многих, таких как он. Кроме того, на Магомеда надели два бронежилета и стали в упор расстреливать из пистолета. Стреляли по очереди.

Убивать Аушева не стали, а отвезли в то же здание, где допрашивали в первый раз. К пальцам ног снова подсоединили провода, с комментарием: "Будем слушать Колю Баскова", - стали пытать током. Также били резиновыми дубинками по почкам и по пяткам. Магомеда опять заставляли сознаться в укрывательстве Р.Х. Аушева, в преступлениях, которые он не совершал, спрашивали о неизвестных ему людях. Через какое то время в комнату зашел человек очень крупного телосложения в резиновых перчатках, и пригрозил: если Магомед не подпишет всё, что ему скажут, - все, что было до этого, покажется ерундой, а если согласится, отпустит. Магомед вынужден был согласиться и подписал, не читая, несколько бумаг. Затем ему показали расписку в том, что он, Магомед Аушев, 1 июня 2007 года якобы получил от военных 35 тысяч рублей за то, что повесит голубую тряпку на ворота, если к ним придет Руслан Аушев, что он-де и сделал в ночь на 17 июня 2007 года. Магомеду также дали номер сотового телефона, по которому он должен был позвонить, и договориться о встрече 18 июня в 13.00 в районе автовокзала в г. Назрань. В противном случае пригрозили убить братьев и похитить его самого, - даже если он уедет к родителям в г. Якутск. Для убедительности "силовики" привели несколько случаев, когда ранее задержанных людей якобы отпускали на таких же условиях, а они-де не выполняли договоренности, после чего или пропадали без вести, или были уничтожены. Назвали несколько фамилий: Олигов, Муцольгов, Муталиев.

После допроса Магомеду Аушеву надели на голову черный пакет, посадили в машину и повезли в неизвестном направлении. И в этот раз Магомед слышал разговор "силовиков" о том, что нужно сменить номера. Для этого они заехали в какое-то место. Магомед также запомнил, что по дороге их машина сбила мальчика на велосипеде. Некоторое время "силовики" по-русски и осетински улаживали этот конфликт. Затем Магомеда выбросили из машины. Когда он снял пакет с головы, то увидел, что находится на обочине дороги Али-Юрт - Сурхахи.

18 июня Магомед Аушев позвонил по номеру, который ему дали "силовики", и перенес встречу на другой день, сославшись на то, что должен присутствовать на похоронах Руслана Аушева, состоявшихся в тот же день в доме Хаважа Аушева.

В тот же день Магомед Аушев обратился в ПЦ "Мемориал" с письменным заявлением, в котором просить оградить его от произвола силовых структур и содействовать в защите его прав.

20 июня с письменным заявлениями в ПЦ "Мемориал" обратились Хаваж Аушев и Хасан Аушев. Устно они попросили содействовать в получении обратно документов, похищенных из дома. Хасану Аушеву не вернули паспорт, водительское удостоверение, техпаспорт на а/м ВАЗ-2108, студенческий билет, удостоверение помощника полномочного представителя партии "Свобода и народовластие", аттестат об окончании средней школы.

Приложения:

В ПЦ "Мемориал"
от Аушева Хасана Михайловича,
проживающего по адресу: Назрановский район,
с. Сурхахи, ул. Аушева, 30.

Заявление

17 июня 2007 года 4 часа 30 минут утра после утреней молитвы я лег обратно спать. Спустя некоторое время я услышал женские крики, после чего я оделся и вышел из дома. У нас во дворе я увидел своего дядю Исропила, двоюродного брата Магомеда и людей в камуфлированной форме и с масками на голове, вооруженные автоматическим огнестрельным оружием, которые окружали наш дом, где я проживаю со своей семьей. В этот момент я увидал примерно человек 50, которые кричали: выходите все из дома с поднятыми руками. Меня обыскали и заставили поднять рубашку. Следом за мной вышли все остальные, кто находился в доме. Меня поставили к стенке с поднятыми руками, а женщин и детей увили в другую сторону. После чего, прикрываясь как живым щитом моим дядей, они обыскали весь дом, включая чердак подвал и сараи. После окончания обыска все находились во дворе. Моей маме они сказали, что им нужен стол. Мама повела их в дом, в этот момент один из них крикнул: позовите дока. Они все вмести зашли в дом в этот момент дока начал кричать, что кто-то есть в доме. Началась стрельба, и раздался взрыв, все кто стоял во дворе, легли па землю. Стрельба велась со всех сторон с автоматов и пулеметов. На улице нас заставили ползти до БТРа, где мне и моим близким связали проволокой руки. Я слышал, как па рации приказали стрелять из гранатометов и еще добавить с пулеметов. Примерно через полчаса нас всех четверых посадили в БТР. Когда мы находились в БТРе к нам подходили разные сотрудники в масках и задавали очень много различных вопросов, это длилось около часа. После чего Исропила повели обратно во двор. Спустя некоторое время его привели обратно в БТР. Потом забрали Магомеда, моего двоюродного брата. Спустя некоторое время Исропила снова забрали. В момент, когда Исропила привели обратно в БТР, я слышал, как другой БТР разрушает наш дом. На БТРе нас троих доставили в город Магас в здание ФСБ, где несколько часов допрашивали и уже вечерам нас троих опустили домой. Кода я приехал домой я увидел, что наш дом полностью разрушен, мебель переломана, вещи испорчены. Мама сказала, что из дома пропали документы все ювелирные украшения (5 колец, часы с браслетом, две пары сережек, цепочка с кулоном), деньги 42500 рулей, два аудио магнитофона, телевизор и 2 мобильных телефона. БТРом был раздавлен мой автомобиль ВАЗ-2108.

Прошу Вас оказать содействие в защите моих конституционных прав.

20 июня 2007 года
п/п

Аушев Х.М.

*   *   *

В ПЦ "Мемориал"
от Аушева Хаваша Хамоевича,
проживающего по адресу: Назрановский район,
с. Сурхахи, ул. Аушева, 28.

Заявление

17 июня 2007 года 5 часов 30 минут утра неизвестные люди в камуфлированной форме и с масками на голове вооруженные автоматическим огнестрельным оружием, окружили дом где я проживаю со своей семьей начали кричать, что бы хозяин выходил с поднятыми руками. Когда я вышел с поднятыми руками, меня заставили поднять рубашку. Следом за мной вышел мой старший сын Тимур, а моего младшего сына после утреней молитвы я не видел, он куда-то ушел, и па нас на меня и Тимура сразу отдели наручники. После чего нас завили под навес за домом и заставили лечь на землю. В тот момент, когда нас уводили под навес, моя семья находилась в доме, примерно 15-20 сотрудников силовых структур ворвались в дом. После того как они ворвались в дом, они отвели женщин и детей к соседям. На мои просьбы хоть соблюдать закон и проявить уважения к моему возрасту, мне ответили, чтобы я жаловался к Путину и Зязикову. Через какое то время началась стрельба со всех видов оружия гранатометов, пулемётов и автоматов. Во время стрельбы те сотрудники, которые стояли над нами наносили по нам удары ногами. Когда стрельба прекратилась, один из них приказал привести хозяина и меня повели к нему. Когда меня подвели, он приказал снять наручники с моих рук и спросил, что под сеном, ели погреб. Я ему ответил, что там кроме сена ни чего нету, тогда они начали смеяться, и заставили меня, старика, выкинуть все 200 пачек сена, предупредив, что если я откажусь, то они подожгут сена и тогда вместе с сеном сгорят все постройки во дворе. После этого ко мне подошел человек без маски, с ним были два молодых солдата славянской внешности, он сказал, что эти солдаты понятые, и что мы пойдем сейчас проводить обыск. Когда мы зашли в дом все стекла были разбиты, мебель сломана, вещи разбросаны, в этот момент уже прошло два часа, как они хозяйничали в моем дворе. Я ему сказал, что все, что вы хотели вы уже сделали и обыск и погром. После чего они мне показали какие-то непрозрачные пакеты, сказав, что там вещи с моего дома, которые они забирают с собой, и заставили меня подписать примерно 4-5 бумажки. В конце один из них сказал, что они пришлют повестку, и я должен буду прийти к ним. После чего все сотрудники ушли, и я увидел разрушенный дом моего соседа, Аушева Исропила, который является моим родственникам. Я зашел к нему во двор, где мне сказали, что забрали четверых моих соседей. Там же мне сказали, что из их двора забрали труп моего младшего сына Руслана, но не кто из нас не знает, как он оказался в этом дворе.

Сразу ко мне во двор и во двор моего соседа начали подходить односельчане. Собралось очень много людей, которые выражали возмущение произошедшим и свои соболезнования по поводу убийства моего сына. Мне сказали, что нужно подготовить все необходимое для похорон и то, что за телом моего убитого сына уже поехали. После чего я зашел к себе домой и сказал, что бы срочно навели в доме порядок. Примерно через четыре часа привезли труп моего сына, и мы похоронили его в соответствии с нашими традициями в тот же день. Когда женщины наводили порядок, они обнаружили, что из нашего дома пропали все сбережения: 300 тысяч рублей и 5000 тысяч долларов США, все ювелирные украшения моей жены и снохи, медицинский аппарат для измерения давления у человека, электрическая машинка для стрижки волос – это только те пропажи, которые обнаружили сразу после ухода представителей силовых структур. Досконально дом ни кто из нас не проверял в связи с похоронами моего сына Руслана.

Прошу Вас оказать содействие в защите моих конституционных прав.

20 июня 2007 года
п/п
Аушев Х.Х.

20 июня 2007 года

В г. Грозный на Старопромысловском шоссе недалеко от остановки "Новая" произошло вооруженное столкновение между сотрудниками ГИБДД и бойцами ОМОН ЧР с одной стороны, и военнослужащими батальона "Запад" - с другой. По неуточнённым данным, в перестрелке участвовали до двадцати человек; были убиты четыре военнослужащих батальона "Запад" и один боец ОМОН, ещё шесть человек получили ранения различной степени тяжести.

По словам жителей проживающих поблизости, поводом для конфликта, переросшего в перестрелку, послужило требование сотрудника ГИБДД снять тонированную пленку с стекол машины, за рулем которой находился военнослужащий батальона спецназа ГРУ "Запад". Он отказался и позвал "на помощь" сослуживцев. В свою очередь, за сотрудников дорожной инспекции заступились ОМОНовцы. В итоге ссора переросла в настоящий бой, - перестрелка продолжалась около четверти часа. Место боестолкновения весьма многолюдное, - многоэтажные жилые дома по обеим сторонам дороги, импровизированный базарчик. Лишь по счастливой случайности никто из мирных жителей не пострадал.

В больницу № 9 г. Грозный были доставлены 10 человек, четверо из которых – убиты.

Раненые:

  1. Магомед Абдулкадыров, 1971 г. р. (проживает в с. Кень-Юрт Грозненского (сельского) района);
  2. Сулейман Алсолтович Гадаев, 1980 г. р.;
  3. Яраги Денизов, 1958 г. р.;
  4. Муслим Раисов (проживает в с. Ачхой-Мартан);
  5. Мурад Мовсаев, 1978 г. р. (проживает в с. Центорой Гудермесского района)

Убитые:

  1. Аюб Солтамурадов, 1981 г.р. (проживал в с. Кень-Юрт).

Данные одного раненного и четверых убитых установить не удалось.

День, по решению ООН объявленный Всемирным днем беженца, был тревожным для бывших чеченских беженцев, проживающих в пунктах временного размещения (ПВР) в г. Грозный. Накануне администрация города провела рейд по ПВРам. Согласно отчету, опубликованному на официальном сайте городской администрации, было выявлено немало людей, которые фактически в ПВРах не проживают, но занимают там комнаты и получают гуманитарную помощь. Они не снимаются с учета еще и потому, что жителям ПВРов обещали выплатить компенсацию и выделить квартиры. Несколько квартир были предоставлены, однако отнюдь не тем, кто в них действительно нуждался. За это были обвинены в коррупции и уволены комендант одного из ПВРов в Октябрьском районе и глава администрации района. Кроме того, главам администраций районов и населенных пунктов, где прописаны бывшие беженцы, было дано строгое указание забрать и обустроить "своих" граждан. Всем жителям ПВРов приказали подписать заявление о том, что они добровольно покидают ПВРы и просят снять их с довольствия. Некоторые подписали, не прочитав, - думали, что это очередной документ на получение гуманитарной помощи. Кого-то обманули, подсунув пустой бланк. Третьи было пытались сопротивляться, но им пригрозили карами вплоть до прокуратуры. Покинуть ПВРы приказали в срок от трех до семи дней, отремонтировать жилье обещали в течение десяти дней, выплатить компенсации - в течение месяца, а до этого рекомендовали пожить у родных или снять жилье. Жителей ПВРов это возмутило, - ведь среди тех, кому некуда идти, много пожилых людей, инвалидов, одиноких женщин с детьми. Люди стали обращаться в правозащитные организации. Предвидя это, сотрудники администрации пригрозили, что комендант ПВРа, жители которого обратятся в "Мемориал" или к уполномоченному по правам человека, будет снят с работы.

Тем не менее, создавшееся положение было обсуждено в рабочей группе с участием представителя УВКБ ООН. В то же день он заявил представителям власти о недопустимости подобных действий.

22 июня 2007 года

Около 13.00 в с. Сурхахи Назрановского района Республики Ингушетия сотрудники неустановленных силовых структур провели несанкционированный обыск в доме № 28 по ул. Аушева.

"Силовики" подъехали к дому Хасана Аушева на двух машинах (одна из них – "Газель") после полудня. В дом прошли до десяти человек в камуфляжной форме. Они представились сотрудниками ФСБ, но никаких документов не предъявили. Хозяин в это время отсутствовал. Неизвестные выгнали всех из дома и без понятых осмотрели помещение. На вопросы: кто вы? кого ищете? - отвечали, что у них остался еще один человек в розыске, - кто именно, не уточнили. Обыск продолжался не более получаса; затем "силовики" уехали.

В этот же день в прокуратуре Назрановского района по факту письменного обращения был допрошен Магомед Аушев. Накануне в прокуратуре были допрошены Исропил Аушев и Хасан Аушев. Следователи интересовались подробностями спецоперации, проведенной 17 июня в домовладениях Аушевых, и обстоятельствами задержания и допроса Магомеда Аушева.

Июль 2007 года

источник: Правозащитный Центр "Мемориал" (Москва)

Гласность помогает решить проблемы. Отправь сообщение, фото и видео на «Кавказский узел» через мессенджеры
Lt feedback banner
Фото и видео для публикации нужно присылать именно через Telegram, выбирая при этом функцию «Отправить файл» вместо «Отправить фото» или «Отправить видео». Каналы Telegram и WhatsApp более безопасны для передачи информации, чем обычные SMS. Кнопки работают при установленных приложениях WhatsApp и Telegram.
Лента новостей

12 декабря 2017, 13:44

12 декабря 2017, 12:44

12 декабря 2017, 12:42

  • Военные вернулись в Дагестан из Сирии

    Личный состав батальона военной полиции Южного военного округа, выполнявший задачи в Сирии, доставлен двумя самолетами в аэропорт Махачкалы, сообщили сегодня в Минобороны России.

12 декабря 2017, 12:41

  • 1 Солдат погиб в Нагорном Карабахе

    Военнослужащий Нарек Адибекян получил смертельное ранение на территории воинской части, сообщило сегодня Минобороны Нагорного Карабаха.

12 декабря 2017, 11:46

«Сафари по-сирийски» - рассказ бывшего боевика
«Сафари по-сирийски» — рассказ бывшего боевика. Полный текст интервью
Персоналии

Все персоналии

Архив новостей