RSSВетер с Апшерона

Романс о влюбленных в новой интерпретации

16:37, 06 ноября 2014

        
    
Азербайджанский сайт Armenia.Az получил это письмо от читателя, назвавшегося Анаром. А другой сайт - Oxu.Az, опубликовал письмо вторично.  Затем напечатали другие СМИ. Я читал и  растрогался.  Обуреваем сомнениями. Может такое быть? Вообще-то может, на то и молодость, на то и любовь, что не знает границ. Но может быть и другое - сайты сами придумали текст и разместили его у себя для привлечения читателей. В любом случае никто в подлоге не признается. Да и зачем отвергать Романс о влюбленных, не имея на то оснований?  В Москве живет большое количество молодых азербайджанцев и армян, так что вероятность такой любви исключать нельзя.

 


«Здравствуйте, уважаемые журналисты. О существовании в Азербайджане сайта на армянском языке я узнал совсем недавно. Узнал от моей любимой девушки – Риты. Вы, наверное, крайне удивитесь, узнав, что она по национальности – армянка. Да-да, вы не ослышались, моя любимая Рита – армянка. А я – чистокровный азербайджанец. Мои предки родом из Красносельского района Армении. Правда, переехали они в Баку еще в начале 80-х годов, когда на каждой улице в СССР висели плакаты о дружбе народов.

Расскажу немного о себе. Мне 21 год, я студент 4 курса одного из московских технических вузов. Указывать его название я не вижу особого смысла. Не потому, что чего-то боюсь, а просто потому, что не вижу смысла. Я всегда считал себя патриотом своей страны, и не представлял себе жизни вне Азербайджана. Однако, так получилось, что я не смог поступить в Технический университет в Баку, и когда мне предложили сдать документы в московский вуз, я, после долго семейного совета, согласился. К моему удивлению, экзамены в этот университет я сдал без особого труда и был зачислен на первый курс. Кстати, я оказался в нашем потоке единственным азербайджанцем. Правда, на 4-м курсе там учились три азербайджанца, но мы почти не сталкивались, так как учились в разных корпусах, я жил в студенческом общежитии, а они у своих родственников в Москве. Но дело не в этом. А в том, что уже в первую неделю у меня случился конфликт с моими однокурсниками-армянами.

Узнав о том, что я из Азербайджана, они стали специально провоцировать меня на конфликт. Я крепился как мог, но в один из дней не выдержал, и классическим апперкотом отправил одного из обидчиков в глубокий нокаут – пригодились мои занятия боксом в родном Баку.

Казалось бы, на этом конфликт мог быть исчерпан. Но после занятий во дворе вуза меня поджидал уже десяток армян - мои однокурсники решили позвать своих сородичей из старших курсов. Что делать в такой ситуации? Бежать? Но это был бы позор лично для меня. Принимать бой, заранее зная, что с таким количеством людей мне не справиться? Ответ подсказали сами армяне, которые взяв меня в круг, стали наносить удары руками и ногами. Я сопротивлялся, оборонялся, выбил своим обидчикам не один зуб, но силы были неравны. Они свалили меня на пол, и стали избивать. Не помню уже, сколько продолжалось избиение, поскольку на некоторое время потерял сознание. Очнулся я от того, что кто-то влажной салфеткой вытирает мне лицо. Открыв глаза, увидел склонившуюся надо мной Риту – мою однокурсницу. Я знал, что она армянка, и мы почти не общались во время учебы. Я ведь еще перед поездкой в Москву дал себе слово не общаться с армянами – с врагами моего государства и моего народа.

Оказалось, что она увидела, как толпа ее сородичей избивает меня, и попыталась заступиться. Вы представляете себе – армянка хотела заступиться за азербайджанца. Но избивавшие меня подонки даже не стали слушать ее. Рита дождалась, когда негодяи уйдут, и стала приводить меня в чувство.

Вы, наверное, догадываетесь, что мы с Ритой сдружились. Оказалось, что она из Еревана, и что ее дядя воевал в Карабахе против моей страны. С той войны он не вернулся. Поэтому Рита ненавидит войну и мечтает о том, чтобы между азербайджанцами и армянами воцарился мир. Но в душе она понимает, что это невозможно до тех пор, пока земли Азербайджана находятся под оккупацией. Она оказалась настолько чистой и невинной душой, что даже не пыталась спорить со мной, когда я в запале начинал ругать армянский народ за то, что он сотворил с моим народом в Ходжалы. При этом она выражала категорическое несогласие с фашистским тезисом экс-президента Армении Роберта Кочаряна о том, что армяне и азербайджанцы не смогут жить вместе, поскольку они этнически не совместимы.

Но один случай все изменил. Когда я в очередной раз стал ругать армян и говорить, что если начнется война, то с оружием в руках я пойду защищать родную землю, Рита вдруг закрыла лицо руками и заплакала. «Я тебя прекрасно понимаю. Ты любишь свою страну и готов пойти воевать с моим народом. Но я уже потеряла на той войне своего дядю, и сейчас не хочу потерять тебя», - всхлипывая, сказала Рита. И только тут до меня дошло – девушка влюблена в меня. А я этого не заметил. Но самым страшным для меня оказалось то, что и я влюбился в Риту. Это признание самому себе подействовало на меня как ледяной душ – как я могу любить армянку? Ведь мы с ними враги. Между нами не может быть ничего подобного. В тот вечер я ничего не сказал Рите.

После этого я стал сторониться Риту. Она пыталась заговорить со мной, но я грубо отвечал ей и всем своим видом давал понять, что она меня не интересует ни как девушка, ни как друг, ни как однокурсница. Я видел, какими взглядами на нее смотрели наши однокурсники-армяне, как испепеляли ее взглядами, когда она подходила ко мне и пыталась заговорить. Я знаю, что они даже ругали ее за «слишком теплое» отношение ко мне. Но она никого и ничего не боялась и все их наставления пропускала мимо ушей.

Так прошел месяц. Нам уже нужно было готовиться к летней сессии, как вдруг Рита перестала приходить на занятия. А ведь это было очень важное время – на носу сессия. Пару дней я еще крепился, но потом не выдержал и подошел к однокурснику-армянину, чтобы узнать, что с Ритой. Тот нехотя буркнул, что Рита заболела. «У нее был приступ, и тетка не пускает ее пока на занятия», - сквозь зубы сказал он. Я знал, что Рита с детства страдает астмой, но в последнее время у нее не было никаких приступов. И тут меня словно подменили. Я впервые сорвался с занятий и, поймав такси, помчался к ней. По дороге я купил ей роскошный букет цветов из красных роз. Буквально взлетев на третий этаж, я нажал на звонок. Нажал и не отпускал. Дверь открыла недовольная тетя Риты. Она знала меня в лицо и догадывалась о том, что ее племянница влюблена в меня. Посторонившись, она пропустила меня, указав рукой на комнату, в которой была Рита. Когда я увидел ее, бледную, лежавшую на кровати, я понял, что больше никогда не оставлю ее.

С того времени мы вместе. От тетки она съехала. Со скандалом. Хотя ее родственница и не была против наших отношений, тем не менее, она хотела, чтобы мы соблюдали обычаи и приличия. Но разве молодые будут слушать наставления старших?! Мы сняли комнату – на квартиру денег не хватало. В то лето я так и не поехал в Баку. Родителям я соврал, что нашел сезонную работу по специальности (хотя, так оно и было), поэтому приехать не смогу. Рита своим родителям в Ереване сообщила то же самое. Благо, ее тетя, скрепя сердце, не стала выдавать свою племянницу. С тех пор я всего раз был в Баку – на Новруз байрам в прошлом году. А Рита побывала в Ереване на свадьбе своей старшей сестры.

Мы души не чаем друг в друге. Но где-то, в глубине, боимся. Боимся, что между нашими странами начнется война. И Рита знает, что я поеду воевать за свою Родину. Понимаем, что ни она не сможет побывать в Азербайджане, в моем отчем доме, ни я не смогу посетить Ереван. Мы боимся рассказать о наших отношениях своим родителям. Ведь мы хорошо понимаем, что они будут категорически против такого союза. Они никогда не дадут свое благословение. Может быть, когда у нас появятся дети, строгие сердца наших родителей растают, и они простят нас. Но пока мы на это не рассчитываем. Но самое главное для нас это то, что мы любим и уважаем друг друга. Да, нам не легко, да, трудно, да, иногда больно. Но ведь у любви в принципе не может быть границ и нации, поэтому мы верим в лучшее».

 

 

Кам им теперь быть? Самый верный ответ - остаться жить там где они встретились. Или переехать в другую страну, но не в Армению и Азербайджан. Хотя в нашей стране она вполне может жить с любимым. Будет конечно дискомфорт в отношениях с родными и соседями парня, но только на первых порах. А служебную карьеру она точно не сделает, так как обязательно будут встречаться дурные начальники. Они ведь чем выше по должности, тем дурнее. 


КОММЕНТАРИИ
Игорь Сажин
18:28, 22 июня 2018
Игорь Сажин
"Ингушский омбудсмен обратился в ФСБ по поводу невыдачи те..."