RSSСеверный Кавказ сквозь столетия. Наима Нефляшева

Чему учили раньше в медресе

22:14, 10 сентября 2012

Еще лет 20 назад тема забитости и невежественности горцев, до 1917 года якобы находившихся на обочине мировой культуры, была общим местом не только в советских учебниках истории, но и в исследованиях профессионалов.

 О том, какой уровень знаний давали ребенку мектебе и медресе, о том, что во многих школах были практически публичные библиотеки и о том, что на Северном Кавказе не было дома, где не было бы Корана, робко стали писать только в 1970-е гг., да и то единицы. Пожалуй, за исключением профессиональных арабистов в Дагестане, знающих материал «на кончиках пальцев».

Без сомнения, Дагестан, известный как страна ученых и наук еще в средние века, занимает на Северном Кавказе особое место.

В середине XIX века известный ученый-филолог Петр Услар писал: «Если об образованности судить по соразмерности числа школ с массою населения, то дагестанские горцы в этом отношении опередили многие просвещенные европейские нации. Учение доступно каждому горскому мальчику».

Обычно детей учили в примечетских школах - медресе.

На фото - мечеть XVI-XVII вв. в селении Ассаб Шамильского района Дагестана. 

Как гласят средневековые источники, «дагестанская страна, населенная многими народами, была источником учения и ученых, родником, откуда выходили храбрецы и добродетели».

Абдурахман Казикумухский (1837-1900), известный дагестанский ученый XIX века,  юрист и правовед, автор нескольких исторических трудов, секретарь и зять имама Шамиля, приводит ряд наук, которыми владел каждый грамотный дагестанец: морфология, синтаксис, метрика, логика, теория диспута, законоведение, толкование Корана, жизнеописание пророка, суфизм, риторика или ал-мухадара и хуласа (математика). 

«Больше всего у нас изучаются морфология и синтаксис, - писал Абдурахман, - так как для учащихся необходимо избегать ошибок в языке; законоведение для разбора людских дел, связанных с жизнью и верой; затем наука о толковании Корана для объяснения значения сур священного Корана; жизнеописание и история, чтобы знать о жизни нашего пророка Мухаммеда - мир ему; метрика для сочинения стихов на арабском языке: теория диспута, чтобы соблюсти правила ведения дискуссии среди муталимов…»

В своих знаменитых «Воспоминаниях муталима»  дагестанец А. Омаров пишет: «Ученые в горах подразделяются, так сказать, на три вида: это суфии, муллы и алимы. Обыкновенно горец, изучивший арабскую азбуку настолько, что может читать хорошо и ясно рукописный Коран и молитвы, по большей части оканчивает курс своего учения тем, что заучивает …самые начальные правила мусульманской веры.

Из прошедших такой курс учения горцев некоторые соблюдают потом в жизни строгий, честный и нравственный образ жизни, избегают всего запрещаемого религиею, как то: убийства, воровства, лжи, клеветы, курения табаку, употребления спиртных напитков и т. д., не пропускают обязательных молитв, по возможности часто посещают мечеть, соблюдают чистоту тела и стараются делать все то, что религия требует от хорошего мусульманина.

Этот самый полезный для общественного спокойствия класс людей… называется суфиями.

Те же, которые продолжают учиться по-арабски и успевают приобрести настолько знания в арабском языке, что могут читать Коран с переводом его изречений на туземный язык, а также могут грамотно писать по-арабски, - называются муллами.

Наконец, те, которые оканчивают всю принятую в горах программу учения и приобретают известность своими познаниями, называются алимами. (То есть знающими, учеными. В Закавказском крае и в Закатальском округе они называются эфендиями.) Это последнее звание тоже имеет свои степени, сообразно приобретенной славе, как то: хороший алим, отличный алим, мореподобный алим и т.д.

…Кто поставит себя в глазах народа на хорошем счету как в отношении своей нравственности, так и в отношении своих способностей и знаний, того называют алимом (ученым) и почитают его.

Такое лицо всегда стоит в мечети в первом ряду: на похоронах, свадьбах, общественных сходбищах дают ему почетное место; а когда случается общественное дело, как, например, тяжба между аулами или обществами, тогда такого ученого посылают в качестве депутата или уполномоченного поверенного по общественным делам, и он в подобных случаях встречает такого же соперника с противной стороны.

Между ними происходит, так сказать, ученое состязание. Грамотных мулл можно считать средним числом одного на 100 чел. в горах, а на плоскости гораздо меньше. Хороших же ученых бывает в округе один-два, не больше. К таким известным ученым всегда собираются муталимы из всех мест Дагестана, даже приезжают из Закавказского края взрослые муталимы, которые учатся у этих ученых..»

На Северном Кавказе, особенно на восточном Кавказе, письменная культура, образование, литература, законотворчество и делопроизводство в течение столетий основывались на арабском языке.

В сентябре 1898г. состоялось открытие Соборной мечети, построенной черкесским меценатом и промышленником Лю Траховым в ауле Шенджий. Это была первая мечеть на Северном Кавказе, построенная из кирпича. На втором этаже здания разместилось медресе. В торжествах по случаю открытия мечети принимали участие: Наказной атаман Кубанского казачьего войска, видные общественные и государственные деятели Кубани, священнослужители. При мечети было зарегистрировано мусульманское общество. 
Здание мечети, построенное Лю Траховым, сохранилось и поныне.

Академик И. Ю. Крачковский, переводчик Корана, в своей книге «Над арабскими рукописями» писал: 

 «…В 20-х годах два ингуша, присланные для завершения образования в Ленинградский институт восточных языков…, совершенно свободно беседовали по-арабски на разнообразные темы мировой политики и современной жизни, а один с легкостью писал стихи по всем правилам старых арабских канонов». (И.Ю.Крачковский. «Над арабскими рукописями», изд-во «Наука», 4-е издание, Москва, 1965 г.)

«Кавказские поэты, особенно дагестанские, - продолжал Крачковский - мастерски владели всеми приемами и жанрами арабской поэзии…Никакой мистификации не было: мощная струя давней традиции донесла до наших дней арабский литературный язык, умерший в живой речи у себя на родине; здесь он жил полной жизнью не только в письменности, но и в разговоре…Здесь развилась и плодоносила мощная боковая ветвь арабской литературы, параллели которой нельзя отыскать нигде больше …» 

Обо всем  этом более подробно можно прочитать в книге Ш. Казиева и И. Карпеева "Повседневная жизнь горцев Северного Кавказа в XIX веке", на материалах которой сделан этот пост.


КОММЕНТАРИИ