11 февраля 2004, 17:23

Между властью и террором

После утреннего взрыва 6 февраля московское метро наводнили солдаты внутренних войск и милиция. Было бы опрометчиво ругать "силовиков" за запоздалую показуху - они, скорее всего, действительно пытаются предотвратить новые теракты. А ожидать их было бы логично - для того, чтобы действительно "поставить на уши" взбудораженную Москву, и показать людям их беззащитность. А еще потому, что в Москву, скорее всего, был переброшен отнюдь не один террорист - так было и в октябре 2002-го, и в июле 2003-го.

Сегодня новые взрывы никому во власти не нужны - в отличие от прошлых выборов, парламентских 1999-го и президентских 2000-го. Тогда основными инструментами пропагандистской кампании, обеспечившими успех "партии власти", стали именно рейд в Дагестан и взрывы домов - с начатой вслед за этим "второй чеченской войной".

Я отнюдь не хочу приписать эти взрывы спецслужбам - хотя настоящее расследование проведено не было, а прошедший суд менее всего способствовал установлению истины. Я просто повторю: "Мы не знаем, кто эти взрывы организовал, но мы совершенно точно знаем, кто их использовал". Это слова из статьи Глеба Павловского "За неимением Рейхстага", написанной о взрывах в московском метро 8 января 1977 года. Тогда, по горячим следам, "журналист" Виктор Луи, доверенное лицо КГБ, сообщил западным журналистам о причастности ко взрыву "диссидентов".

В те годы Павловский оппонировал этому пиар-применению трагедии. А двадцать с лишним лет спустя террор стал весьма эффективным инструментом пропаганды предвыборной - тем более, что в той кампании активно участвовал и сам Глеб Олегович...

Но невозможно выиграть две предвыборные кампании - с разницей в четыре года - под одним и тем же лозунгом "маленькой победоносной войны с террористами". Какая она тогда маленькая? И почему - победоносная?

Войну необходимо было спрятать - это и делали в течении всего последнего года.

Террор, равно как Чечня, почти не обсуждались в государственных и лояльных властям СМИ. Точнее, сменились акценты: с собственно конфликта и проблемы - на их решение и урегулирование.

С чеченским сепаратизмом формально покончили путем мартовского референдума и октябрьских выборов Кадырова. После выборов ровным счетом ничего не изменилось - ни в Чечне, ни за ее пределами. Достаточно вспомнить декабрьские взрывы в Ессентуках и в Москве или недавний рейд боевиков в горы Дагестана. Непонятно, кто это был и сколько из них ушло, однако к Новому году об уничтожении отряда отчитались. Награждал спецназовцев сам Путин - все проблемы должны были остаться в прошлом году!

Не получилось.

Теперь в центр обсуждения вновь всплыла неприятная для Владимира Путина тема.

Кроме того, вышедший из-под контроля Сергей Глазьев использовал трагедию в метро для предвыборной агитации вполне погромного толка. В этой ситуации действующий политик связан в высказываниях своим положением и всегда проигрывает маргиналу. Так было в Грузии в 1989-1990 гг., когда Звиад Гамсахурдиа победил секретаря компартии Гиви Гумбаридзе, развязав националистическую истерию. Так было и в Чечне в конце 1990-х, в период "шариата" и построения "исламского государства", когда Аслан Масхадов не мог оппонировать "ваххабитам", используя рациональные доводы. Теперь вот оппонент Путина, вышедший из-под контроля кремлевской администрации, говорит то, что не может сказать действующий президент.

Так что в интересах Путина было бы спрятать до выборов чеченскую войну и ее отголоски.

Не получилось.

За четыре года в Чечне был накоплен такой "багаж" ошибок и преступлений, что от него нельзя отказаться запросто, с помощью символических жестов вроде "избрания Кадырова" или раздачи наград.

В последние недели в центре предвыборной дискуссии находилось государство - исполнительная власть, силовые структуры, которые наступают на права граждан под предлогом обеспечения общественной безопасности и борьбы с терроризмом. Но 6 февраля нам напомнили, что мы живем в условиях реального террора.

Подпольная террористическая сеть, действующая в России - не вымысел, а действительность. Но "ваххабиты" - религиозные экстремисты и террористы - были в Чечне и за ее пределами и три, и пять лет назад. Однако "шахидский" террор в его палестинском варианте развернулся у нас лишь в последние год-полтора.

Быстро остановить террор в России теперь, похоже, не удастся даже при большом желании и разумной тактике. И дело тут вовсе не в чеченской реальности, а в нашей общей российской действительности.

Во-первых, коррупция. Нынешние наши силовые структуры террористов остановить не могут, как их не усиливай. Чтобы из Чечни через КПП "Кавказ-1" без досмотра и проверки документов выехала машина с людьми, достаточно предъявить "форму N 50" - пятьдесят рублей. Сплошная проверка документов у всех "подозрительных" лиц идет в московском метро постоянно, по тем же (или немного большим) расценкам.

Во-вторых, произвол. Достаточно сказать, что за последние годы в Чечне "исчезли" - в основном, были увезены "неизвестными лицами в камуфляжной форме, приехавшими на бронетехнике" - более трех тысяч человек. Семья, как правило, даже не могла справить траур по "исчезнувшему" - то есть он оставался вечным напоминанием для родственников. Так создавали мстителей - "мобилизационный резерв" для террористического подполья. Российские спецслужбы это, кажется, понимают - по словам начальника УФСБ по Чечне, после терактов прошлого лета начали брать на заметку родственников "исчезнувших" и убитых. Но можно ли уследить за тысячами?

Наконец, беззаконие. Изнасилования в Чечне носили, надо думать, отнюдь не запланированный, но, тем не менее, массовый характер. Сколько женщин стали в Чечне жертвами насильников за годы "зачисток" - неизвестно. О "пропавших" подают заявления в прокуратуру, о насилии - практически никогда. И взять жертв на учет ФСБ никак не сможет. Между тем это тоже кандидаты в мстители, и даже более решительные.

Но то - государство. А мы, граждане?

Похоже, мы забыли про реальность и поверили сказкам. В России сложилось ощущение (старательно поддерживаемое властью), будто проблема терроризма решена - заодно с ликвидацией чеченского сепаратизма.

Похоже, взрыв в вагоне метро 6 февраля стал для москвичей полной неожиданностью.

Почему? Ведь, казалось, здравый смысл подсказывал: после захвата заложников на Дубровке, взрывов в Тушино, на Тверской-Ямской и на Манежной повторение чего-то подобного в Москве более чем вероятно.

Все равно не ждали. Может быть, потому, что в метро гибли самые что ни на есть простые люди, а на мюзиклы и концерты ходят "богатенькие". Подлая мысль, но... ведь точно так же думают о "зажравшихся москвичах" многие наши соотечественники.

В метро ехали такие же обыкновенные люди, как и в электричке, взорванной 5 декабря в Ессентуках - там тоже погибли более пятидесяти человек. Но тут в восприятии уже сказался "московский сепаратизм" - это все далеко, у них, на Кавказе...

Правда, в сентябре 1999-го, когда именно "простые люди" гибли в жилых домах Буйнакска, Москвы и Волгодонска, можно было понять: "вместе мы русские", бедные и богатые, вне зависимости от этнической принадлежности и места жительства - и каждый из нас может стать мишенью террориста.

Вот только жаль, что тогда, осенью 1999-го, российское общество отказалось включить в это "вместе" живущих в Чечне. Ощутить их людьми. По сути, такими же жертвами террора.

Все эти годы война шла при нашем молчаливом согласии, во всяком случае - без заметных возражений. Чаша человеческого горя переполнялась. Из нее черпали материал организаторы террора. Теперь нам вернулось наше молчание.

Российское общество сегодня находится под двойным прессом. С одной стороны - террористы. С другой - государство, чья "борьба с террором" болезнь отнюдь не лечит, но усугубляет. По отдельности эти вызовы вставали перед обществами разных стран. Двадцатый век оставил нам в разной степени успешный опыт противостояния тоталитарному государству. Есть и современные примеры жизни - не выживания! - в условиях террора маргинального. Нам предстоит решать две эти задачи сразу - и до, и после выборов.

Опубликовано 7 февраля 2004 года

Автор: Александр Черкасов, Правозащитный центр "Мемориал"; источник: Веб-сайт "Полит.Ру"

Знаешь больше? Не молчи!
Lt feedback banner
Лента новостей

19 января 2017, 00:59

18 января 2017, 23:59

18 января 2017, 23:52

18 января 2017, 23:32

  • Каладзе назвал подробности соглашения с "Газпромом" коммерческой тайной

    Огласить подробности соглашения властей Грузии с "Газпромом" о монетизации транзита газа в Армению, как того потребовала оппозиция, пока невозможно, поскольку это коммерческая тайна, заявил министр энергетики Грузии Каха Каладзе. При этом он заверил, что никакого вреда Грузии соглашение не принесет.

18 января 2017, 23:16

Архив новостей
Все SMS-новости