01 декабря 2003, 18:56

"Приезжайте летом". Корреспондентов "Новых Известий" депортировали из Аджарии

Грузия готовится к повторным президентским выборам. Они, как утверждают новые тбилисские власти, будут честными и прозрачными. Но не всеобщими. По крайней мере Южная Осетия, Абхазия и Аджария в них участвовать не будут. В этом на собственном опыте убедились наши корреспонденты Светлана Гамова И Анатолий Морковкин, побывавшие в Батуми.

Абхазия и Южная Осетия давно живут особняком и не участвуют в общегрузинских мероприятиях. Теперь к ним присоединяется Аджария. Глава Аджарской автономии Аслан Абашидзе не желает иметь никаких дел с "неконституционным" тбилисским режимом. По мнению некоторых грузинских политиков, если Аджария не примет участие в намеченных на 4 января выборах, избранный президент будет представлять только Тбилиси. Чтобы этого не случилось, Зураб Жвания, исполняющий обязанности госминистра, собирается начать переговоры с Батуми. Но сделать это ему будет крайне сложно - Баба (Дед), так называют Абашидзе аджарцы, предыдущую неделю провел в Москве. А в автономию грузин не пустят, высадят у первого же блокпоста: в Аджарии введено чрезвычайное положение, и административная граница с Грузией жестко контролируется.

Грузинские ухабы

В Тбилиси мне говорили: поедешь в Аджарию - увидишь, что это цветущий край. Даже несмотря на явную нелюбовь к аджарскому лидеру, грузинские политики признавали, что в его автономии люди живут намного лучше.

От Тбилиси до Батуми около 400 км. В хорошую погоду это шесть часов езды. Километрах в 70 за Тбилиси мы остановились у маленького дорожного базарчика, на котором торговали мясом и фруктами. Когда-то здесь была ткацкая фабрика, которая всех кормила, но ее давно закрыли, станки растащили. Все живут теперь только за счет натурального хозяйства.

- У меня есть корова, огород. С голода не умираем, - говорит женщина, торгующая яблоками. - В городе хуже, там нет ни денег, ни еды. Берите яблоки, я вам дарю. Люблю русских. Берите...

Яблоки здесь продавали ведрами - по пять лари (2,5 доллара). Мы уже купили одно и показали его доброжелательной крестьянке.

- Одно есть, будет другое ведро, - заметила она и почти насильно вручила пакет.

Прикидывая, сколько времени придется их грызть, мы потащили яблоки к машине.

Дальше в горах фрукты не продавались. Кое-где встречались тонэ - круглые печи, в которых выпекают лаваш. Стоил он 50 тэтри (мелкая разменная монета), примерно 25 центов. Другой еды на протяжении всего пути мы не видели.

Большой рынок обнаружился лишь на одном из перевалов, у села Шроша. Говорят, он действует несколько веков. Здесь живут гончары, отцы и деды которых тоже были гончарами. Керамические кувшины, бочки, чашки, миски - все это расходится отсюда по всей Грузии. В крестьянских усадьбах по сей день предпочитают такую кухонную утварь металлической. Местным ремесленникам могут позавидовать многие: у них есть стабильный заработок, что для Грузии редкость.

Мы в этом убедились, приехав в Кутаиси. Город выглядел так, будто вчера здесь закончилась война. Брошенные многоэтажки, разрушенные заводы и гуляющие по улицам свиньи. Мертвый город, в центре которого с утра до вечера просиживают парни в ожидании случайной работы. Если удалось поднести сумку приезжему - значит повезло, в кармане появится мелочь.

Дорога из Тбилиси в Аджарию вообще поражала контрастами: насколько красивы придорожные пейзажи, настолько серы и унылы места, населенные людьми. По дороге мы побывали во всех временах года. В грузинской столице погода напоминала май в Москве. Ближе к горам мы попали в осень с ярко-красной и оранжевой листвой, на перевалах - въехали в зиму, со снегом и голыми деревьями. В Аджарии нас встречало почти лето. Здесь солнце все еще горячее, буйная зелень и много цветов.

Неприветливая Аджария

У селения Чолки установлен блокпост. За железобетонными заграждениями - люди в зеленых куртках с автоматами - таможенники. К нашей машине подошла группа в штатском.

- Зачем едете в Батуми, кто вас туда приглашал?

Мы честно доложили: кто, куда, зачем и как. Оказалось, совершили ошибку. То, что происходило дальше, напоминало плохой детектив. Все засуетились, стали куда-то звонить, выяснять, что делать с журналистами. Потом нам сказали, что в Батуми - комендантский час, потому пропустить нас туда не могут.

- Вон стоит депутат, поговорите с ним, указали мне на мужчину лет сорока.

Ростом Джапаридзе, как выяснилось, депутатом был всего два часа, когда Шеварднадзе пытался провести первое заседание нового грузинского парламента.

- Но потом в зал ворвался Саакашвили (кандидат на пост президента от новой власти. - прим. ред.) с толпой, и нас выгнали. Мы, аджарцы, на последних выборах получили 39 мест. А теперь не будем в них участвовать. Мы стояли на защите законной власти и были против того, чтобы ее меняли силой. Там в Грузии - война, а у нас спокойно. И мы не хотим, чтобы эта нестабильность, перебралась и к нам. Потому ввели чрезвычайное положение.

"Депутат" долго рассказывал о том, что в Аджарии, в отличие от остальной Грузии, вовремя платят зарплату и пенсию. Да, Батуми не перечисляет деньги в грузинский бюджет, но только потому, что Тбилиси не выполняло свои обязанности, и оттуда в Аджарию не поступало ни тэтри. В автономии нет воров в законе, преступных группировок, здесь много новых предприятий и вообще жизнь бьет ключом.

- Приезжайте летом посмотрите, как мы живем.

- Но мы хотели бы это сделать сегодня.

- Сегодня нельзя.

- А завтра?

- И завтра нельзя. У нас чрезвычайное положение. И действует ограничение, в том числе и на передвижение журналистов.

Мы заночевали в соседнем грузинском городе Поти, а утром решили просочиться в Аджарию с местным рабочим людом на маршрутке. Но в Чолоки нас высадили и посоветовали возвращаться в Тбилиси. Мы пообещали, что улетим в Москву, если нам разрешат проехать в Батуми. Нам дали сопровождение и под охраной, как шпионов, доставили в Батумский аэропорт. Наш сопровождающий объяснил, что ему велено сдать нас на руки "тамошнему кагэбэшнику".

В аэропорту нас встретил нервный офицер транспортной полиции. Он перестал дергаться и подпрыгивать только тогда, когда мы взяли билеты. Но рейс был только на следующий день, и полицейский долго уговаривал нас не ездить в Батуми, а заночевать неподалеку от аэропорта в частном доме. Мы отказались. Тогда нас доставили в батумский "Интурист", записали номера комнат и предупредили, что фотографировать в городе нельзя. К нашему удивлению, в гостинице оказалось много московских журналистов. Но прибыли они в отличие от нас не из Тбилиси, а из Москвы. Видимо, этой деталью и объяснялась ситуация, в которой мы оказались. Иначе, чем бредовой, назвать ее было нельзя.

Патрулировавшие одну из центральных улиц Батуми сотрудники уголовного розыска сообщили нам, что комендантского часа в городе нет. А в рамках чрезвычайного положения проводится только досмотр транспорта: ищут оружие и высаживают молодых людей, приехавших с грузинской стороны. В Батуми боятся, как бы сюда не проникли активисты грузинского молодежного движения "Кмара" и не устроили беспорядков. Полицейские заверили нас, что остальных - "мирных людей" - в город пропускают без проблем. Мы не стали рассказывать им, что испытали это на себе.

Утром в день отлета к нам в номера постучал человек в штатском и сказал: "Собирайтесь, поехали в аэропорт". До отлета самолета было еще пять часов. Бред продолжался.

Опубликовано 1 декабря 2003 года.

источник: Газета "Новые Известия"

Знаешь больше? Не молчи!
Lt feedback banner
Лента новостей

30 марта 2017, 14:12

30 марта 2017, 13:45

30 марта 2017, 13:45

30 марта 2017, 13:29

30 марта 2017, 13:25

  • Глава МВД заявил о зачистке юга Дагестана от боевиков и их пособников

    Силовики в 2016 году провели более 30 спецопераций в Дагестане, в ходе которых убили 17 лидеров боевиков, заявил министр внутренних дел Дагестана Абдурашид Магомедов. По его словам, все южные районы республики "зачищены от боевиков". Прокуратура критикует полицию за работу по выявлению каналов поставки оружия боевикам.

Архив новостей