Северо-Кавказский окружной военный суд в Ростове-на-Дону. Фото Олега Пчелова для "Кавказского узла"

20 мая 2017, 02:53

Защита по делу о халифате потребовала оправдать подсудимых

Данные следствия по делу о попытке создания в Кабардино-Балкарии халифата противоречивы, а в деле есть данные об алиби по ряду эпизодов, заявили адвокаты в ходе прений на процессе. 

Как сообщал "Кавказский узел", дело уроженцев Кабардино-Балкарии, обвиняемых в попытке создания в республике халифата с шариатской формой правления, с августа 2016 года рассматривается в Северо-Кавказском окружном военном суде в Ростове-на-Дону. В середине апреля процесс по делу о халифате был прерван для проверки заявлений о пытках подсудимых. 27 апреля прокуратура заявила в суде, что не нашла подтверждения правдивости этих заявлений. 18 мая на процессе начались прения, прокурор потребовал до 20 лет тюрьмы для подсудимых.

Обвиняемыми по делу проходят Олег Мисхожев, Ахмед Балкаров, Ислам Шогенов, Руслан Кипшиев, Кантемир Желдашев, Артур Каров, Заур Текужев и Руслан Жугов. В деле также фигурируют умерший во время следствия Залимхан Тхамоков и убитый во время задержания Ибрагим Гугов. По версии следствия, они состояли в незаконном вооруженном формировании, целью которого было изменение конституционного строя и установление в Кабардино-Балкарии халифата. Также они обвиняются в том, что перезахоронили по мусульманскому обычаю их товарища Александра Попова,  следствие эти действия посчитало вандализмом и надругательством над умершим. Помимо этого, они обвиняются в покушении 26 декабря 2013 года на полковника полиции Темботова, которое сорвалось из-за того, что СВУ не сработало. Большинство подсудимых заявили, что дали показания следствию в результате пыток.

На заседании 19 мая в Северо-Кавказском окружном военном суде продолжились прения по делу о халифате, передает из зала суда корреспондент "Кавказского узла".

В этот день выступили адвокаты Олега Мисхожева, Ахмеда Балкарова и Ислама Шогенова.

В своей речи защитник Мисхожева Алексей Мельдер отверг обвинения своего подзащитного в незаконном обороте марихуаны, создании, руководстве и финансировании им НВФ, а также покушении, устроенном совместно с Балкаровым и Шогеновым на полковника МВД Артура Темботова.

Напомним, что по материалам дела 10 января 2014 года в ходе личного досмотра Мисхожева и Балкарова сотрудниками правоохранительных органов были изъяты оружие и марихуана, которую, по версии следствия, обвиняемые хранили для личного употребления. Защита же настаивает, что все запрещенные к обороту предметы были подкинуты оперативниками при досмотре.

Мельдер призвал не доверять протоколу личного досмотра Мисхожева от 10 января 2014 года, поскольку понятыми при его составлении были условно осужденные лица, которые, по выражению адвоката, "пикнуть не посмели бы" против курировавших их следователей. Кроме того, этот протокол был написан всего за 20 минут, чего, по его мнению, быть просто не могло, если бы он составлялся с соблюдением всех норм действующего законодательства.

Адвокат заявил, что с 17.05 10 января по 09.00 11 января местонахождение Мисхожева осталось невыясненным (по мнению защиты, его пытали), а также указал на то, что адвокат Бейцукова, в присутствии которой Мисхожев давал признательные показания утром 11 января, не должна была в этот день работать, согласно своему графику дежурств.

Показания Мисхожева, в которых тот признается в создании, руководстве и финансировании НВФ (в размере 13 тысяч рублей), защитник объяснил пытками и посетовал, что прокурорская проверка по этому поводу была проведена формально. 

По мнению Мельдера, протокол с признательными показаниями Мисхожева изобилует словесными оборотами, которые он в жизни не употребляет: "Приверженцы религиозного экстремизма", "легальная разведывательная группа", "высокая степень мобильности" - все эти обороты из лексикона оперативных сотрудников, а не Мисхожева", - считает защитник.

Мельдер обвинил сотрудников правоохранительных органов в том, что они сгребли "дворовых пацанов" и придумали "НВФ Мисхожева" для улучшения своих показателей в раскрываемости преступлений террористической направленности. "А реальные преступники смеются над всеми нами", - посетовал адвокат.

Он напомнил суду, что у Мисхожева есть алиби на 26 декабря 2013 года, когда было совершено покушение на Артура Темботова. Согласно показаниям свидетелей, обвиняемый был занят на строительстве балконов в другом конце города.

В завершении своей речи адвокат заявил о готовности своего подзащитного понести наказание только за перезахоронение по мусульманскому обычаю тела своего погибшего знакомого Александра Попова и попросил суд учитывать при вынесении приговора положительные характеристики и спортивные достижения Мисхожева.

Адвокат Ахмеда Балкарова Степанищев заявил, что его подзащитный не участвовал в НВФ, не присутствовал на собраниях под руководством Мисхожева, не исполнял чьих-либо поручений и клятв верности никому не давал.

Он отметил, что в день задержания Мисхожев и Балкаров направлялись в мечеть, а когда мусульмане идут в мечеть, они не берут с собой оружие и наркотики.

Относительно покушения на Артура Темботова Степанищев напомнил, что, согласно показаниям полковника в суде, после обнаружения СВУ Темботов выходил из своего автомобиля и дал указания закрыть ворота в ОП №2.

Однако на видеозаписи, продемонстрированной ранее в суде, Темботов не выходил из автомобиля, а ворота оставались открытыми. Попавшие в кадр полицейские никак не реагируют на опасную находку. "СВУ не было, поэтому Темботов и сотрудники полиции вели себя спокойно", - считает адвокат.

Он обратил внимание суда на то, что видеозапись из отдела полиции должна быть цельной, но она постоянно прерывается на 5, 10 и 15 секунд. "Вероятно, что-то неудобное вырезали", - сказал Степанищев.

Также, по его словам, днище автомобиля Темботова имеет ребристость и жесткость, его магнитостойкость невелика и удержать тяжелое СВУ оно не сможет. Ямы и "лежачие полицейские" легко могли сбить бомбу во время движения.

Степанищев отметил, что Балкаров, как и Мисхожев, признает себя виновным только в перезахоронении тела Попова. По всем другим пунктам обвинения он просит суд его оправдать.

Последней выступила адвокат Ислама Шогенова Людмила Рагулина. Она отвергла обвинения своего подзащитного обороте и хранении оружия (гранаты Ф-1, УЗРГМ-2 и СВУ), которые, по версии следователей, были приобретены Шогеновым у Попова, а впоследствии изъяты сотрудниками правоохранительных органов в ходе обыска у него в квартире.

Рагулина заявила, что квартира, которую Шогенов, по версии следствия, использовал для хранения боеприпасов, снималась его матерью только с декабря 2013 года, а боеприпасы в ней, как говорится в деле, он хранил с июля 2013 года, что физически невозможно.

Кроме того, Рагулина обратила внимание на странное поведение оперативника, который доставал из-под ванной, а затем носил в другую комнату СВУ без перчаток, как будто совершенно не боялся взрыва. Она напомнила о действиях других силовиков, которые почему-то не эвакуировали гражданских из многоквартирного дома после обнаружения СВУ.

Участие Шогенова в НВФ Рагулина тоже отрицает, поскольку из всех подсудимых тот знаком лишь с Мисхожевым, навыков обращения с оружием Шогенов не имеет и конституционный строй его полностью устраивает.

Что касается обвинения в слежке в декабре 2013 года за Темботовым, то, указала адвокат, молодой человек без прав, навыков вождения и машины не мог следить за полковником, который привык передвигаться на автомобиле.

Рагулина заявила, что в день покушения на Темботова, 26 декабря, он весь день был на занятиях в университете, что подтверждается показаниями его однокурсников, а в перерыве между занятиями встречался со своим другом Бидовым, что подтверждается биллингом его мобильного телефона.

Далее защитник зачитала должностную инструкцию для сотрудников полиции об их действиях при обнаружении взрывного устройства. Согласно этой инструкции, обнаруживший бомбу полицейский обязан запретить любые действия в отношении найденного объекта и не передвигать его в другое место до приезда специалистов. В этой связи, указала адвокат, действия Темботова более чем странные: обнаружив СВУ, он сел за руль автомобиля и отогнал его, рискуя жизнями окружающих.

"На днище автомобиля было не СВУ, и все сотрудники полиции об этом знали", - выразила уверенность Рагулина.

Она также указала на то, что на остатках уничтоженного СВУ не было выявлено следов взрывчатых веществ, а мешочек, в котором бомба находилось, чистый и опрятный, хотя по версии следствия, Темботов проехал с СВУ под днищем не менее 7 км по грязной дороге с железнодорожным переездом.

"Прямых, бесспорных доказательств вины Шогенова в инкриминируемых преступлениях обвинение не представило, а его выводы носят предположительный характер", - заявила адвокат и попросила суд полностью оправдать своего подзащитного.

После выступления Людмилы Рагулиной суд объявил перерыв в работе до вторника, 23 мая. На этот день планируются выступления адвокатов других подсудимых.

Материалы о влиянии событий на Ближнем Востоке на ситуацию на Кавказе собраны "Кавказским узлом" на тематических страницах "Сирия в огне" и "Кавказ под прицелом халифата".

Автор: Валерий Люгаев; источник: корреспондент "Кавказского узла"

Гласность помогает решить проблемы. Отправь сообщение, фото и видео на «Кавказский узел» через мессенджеры
Lt feedback banner
Кнопки работают при установленных приложениях WhastApp и Telegram. Качественные фото для публикации нужно присылать именно через Telegram, с обязательной пометкой «Наилучшее качество». Видео также лучше отправлять через канал в Telegram. Каналы Telegram и WhatsApp более безопасны для передачи информации, чем обычные SMS.
Лента новостей

26 июля 2017, 12:14

26 июля 2017, 11:45

26 июля 2017, 11:35

26 июля 2017, 11:23

26 июля 2017, 11:16

Архив новостей