08 марта 2017, 23:33

Эксперты назвали обыски у ингушских имамов актом устрашения

Обыски в доме Исы Цечоева и в машинах родственников Хамзата Чумакова связаны и являются попыткой запугать этих авторитетных религиозных деятелей, заявили опрошенные "Кавказским узлом" эксперты. Они разделились в оценках того, кто именно стоит за обысками и проводились ли они в интересах главы Ингушетии, его оппонентов, руководства Чечни или силовиков федерального уровня.

Как писал "Кавказский узел", утром 5 марта около 15 сотрудников ингушского управления ФСБ провели обыск у имама Исы Цечоева в селе Али-Юрт. Они ничего не забрали, предложили проехать для беседы, но Цечоевы отказались. В тот же день в Сунженском районе силовики остановили три автомобиля из кортежа другого известного в республике имама Хамзата Чумакова. Родственников религиозного деятеля забрали для проверки, но затем отпустили, а в автомобилях прошли обыски. В этой операции также участвовали сотрудники ФСБ

В 2016 году оба имама пережили покушения. 11 марта 2016 года в Назрани взорвался автомобиль, мимо которого проезжал Чумаков, в результате пострадали четыре человека. 30 августа 2016 года около мечети в селе Али-Юрт, где проповедует Иса Цечоев, также был обнаружен заминированный автомобиль. Оба покушения не расследованы, по подозрению в причастности к покушению Цечоева задержан уроженец Чечни. Чумаков и Цечоев представляют салафитское течение в исламе, их неоднократно критиковал глава Чечни Рамзан Кадыров, который считает себя последователем суфизма. 2 февраля 2016 года Кадыров, в частности, заявил, что если Чумаков и Цечоев попробуют прочитать проповедь в Чечне, то "у них полетят головы".

Обыск у Цечоева проводился с позволения ВС республики

Силовики при проведении обыска в домовладении Исы Цечоева утверждали, что проверяют сведения, предоставленные информаторами, и показали соответствующее постановление, рассказал корреспонденту "Кавказского узла" племянник имама, юрист Руслан Цечоев.

"Это стандартная форма постановления, указан адрес домовладения, была поставлена подпись председателя Верховного суда республики", – отметил он.

При этом он добавил, что копию постановления на обыск Цечоевым не предоставили.

"Копией документа, который был оставлен ими после обыска, оказался протокол обследования дома. Постановление же, подписанное председателем ВС Ингушетии, нам показали, но копию не оставили. Мы только потом поняли, что это копия другого документа", – рассказал племянник имама.

Он также сообщил, что до настоящего момента представители силовых структур не прислали Цечоевым повестку для явки на допрос.

"Речь не идет о том, что повестку пришлют обязательно. Они просили проехать к ним самого Ису Цечоева или его сына. Те отказались, согласившись явиться при представлении официальной бумаги. Силовики уехали и пока ничего не прислали. Они ничего запрещенного не нашли, возможно, и не пришлют вовсе", – заключил он.

"Кавказский узел" попросил экспертов Екатерину Сокирянскую, Ирину Стародубровскую и Багаудина Хаутиева прокомментировать прошедшие обыски.

В давлении на имамов заинтересованы местные, чеченские и федеральные силы

Обыски в доме Исы Цечоева и в автомобилях семьи Хамзата Чумакова взаимосвязаны и носят характер устрашения, убеждена руководитель проекта по России "Международной кризисной группы" Екатерина Сокирянская.

"На мой взгляд, это очевидный акт устрашения. Уверена, что оба эпизода связаны между собой, это сигнал обоим религиозным деятелям, что им надо быть осторожнее и незаметнее", – заявила она корреспонденту "Кавказского узла".

У Сокирянской также нет сомнения, что "это сделали федералы", но, по ее словам, возникает вопрос, было ли это сделано по их собственной инициативе или по заказу региональных сил.

"Возможно, по собственной, и тогда это сигнал, что ФСБ не поддерживает политику, направленную на религиозный диалог, на неразделение верующих по принадлежности к разным течениям в исламе, на то, чтобы, условно, "салафитские лидеры" могли свободно проповедовать и участвовать в жизни республики", – сказала Сокирянская.

Она отметила, что Ингушетия – это единственная республика, где сейчас такая политика вообще проводится. Например, в Кабардино-Балкарии "нет острого догматического раскола между верующими и не было никогда, потому что там нет тарикатов".

"Cейчас в КБР не закрывают мечети, не преследуют людей за бороду, но там и нет таких ярко выраженных салафитских лидеров, являющихся общественными акторами и деятелями на республиканском уровне. Ингушетия – единственная в своем роде, и такой либерализм сейчас не в тренде. Так что если это была федеральная инициатива, то следует считать ее сигналом и региону, и его главе, и этим религиозным деятелям", – считает эксперт.

Она также допустила причастность к этому силовому давлению и региональных элит.

"Это могут быть последствия внутриингушского конфликта, инициированного противниками Евкурова и его политики, направленной на диалог, на то, чтобы в Ингушетии были такие лидеры и такие общины, что не нравится части суфиев и Духовному управлению мусульман, которое было просто распущено", – отметила Сокирянская.

Конфликт Юнус-Бека Евкурова и муфтия республики Исы Хамхоева возник по поводу их разногласий по вопросу поддержки мечетей, отделившихся от сельских общин.  2 февраля 2016 года Хамхоев принял участие в грозненском сходе последователей суфизма, участники которого объявили салафизм террористическим течением. Совет тейпов Ингушетии потребовал его отставки. 24 марта Евкуров, настаивающий на пресечении разногласий среди представителей различных мусульманских течений, заявил о начале процедуры ликвидации действующего муфтията.

Еще одна версия, которую привела эксперт, заключается в том, что за произошедшим могут стоять и люди из окружения самого главы республики. По ее словам, ряд оппозиционеров высказались за то, что это было "непосредственно указание самого главы", который "на словах декларирует позицию, связанную со сближением разных религиозных общин, а на деле не хочет того, чтобы у него в республике были такие активные, влиятельные люди".

"Они уверены, что Евкуров изначально этого не хотел, и сейчас предпринимается очередная попытка ограничить влияние этих лидеров на общество. В ближайшие месяцы должно состоятся переназначение главы, и при принятии решения одним их ключевых критериев, по которым оценивают эффективность руководителя региона, являются внутриэлитные отношения. Не исключено, что, зная позиции силовиков, руководство республики хочет показать федеральному центру, что религиозное поле в республике находится под контролем", – пояснила Екатерина Сокирянская.

Она также отметила, что, по распространенной силовыми структурами информации, "в Али-Юрте шли подомовые проверки". Сокирянская полагает, что "Ису Цечоева проверяли более внимательно и пристрастно".

"Не исключено, что проверки по всему Али-Юрту были инициированы с тем, чтобы прийти к Цечоеву", – добавила она.

Наконец, Екатерина Сокирянская допустила, что влияние на ситуацию могли оказать силы из Чечни.

"Мы прекрасно знаем отношение Кадырова к этим двум религиозным деятелям, и сама модель, используемая в Ингушетии, резко отличается от того, что делается в Чечне. Были два покушения и на Хамзата, и на Ису; и в случае с Цечоевым был задержан человек, который дал показания о том, что покушение было заказано человеком из руководства этой республики, потому такой вариант исключать мы тоже не можем", – указала эксперт.

Вместе с тем, она считает, что это маловероятная версия, поскольку "в Ингушетии сейчас достаточно собственных внутренних противоречий".

В плане религиозной политики Евкуров оказался белой вороной

Ингушетия представляет собой эффективную альтернативу силовой модели управления Северным Кавказом, рассказала корреспонденту "Кавказского узла" руководитель научного направления "Политическая экономия и региональное развитие" Института Гайдара Ирина Стародубровская. По ее мнению, в случае изменения политики региональной власти в республике могут произойти серьезные социальные потрясения.

"Ингушетия представляла собой особый случай, к которому можно было апеллировать, говоря о менее насильственной и более диалоговой процедуре взаимодействия. И если это будет меняться, то это будет очень жестко", – сказала эксперт.

Стародубровская также не исключает, что акты давления на Чумакова и Цечоева осуществлялись автономно от главы региона силами федеральных структур.

"Мы можем лишь предположить, так как иной информации у нас нет, что федеральная структура могла действовать достаточно автономно от главы региона. Но у нас нет оснований это утверждать. Можно предположить, что идет определенный дрейф главы региона, потому что в своей исламской политике Евкуров очень сильно выделялся по сравнению с главами других северо-кавказских регионов – и в лучшую сторону. Но, наверное, быть белой вороной не очень комфортно", – пояснила она.

Ирина Стародубровская отметила также, что хотя покушения на Цечоева и Чумакова так и не расследованы, это не обязательно связано с чеченским фактором в этих инцидентах.

"Даже когда концы и не идут в Чечню, с расследованиями бывают очень серьезные проблемы. Например, нерасследованность убийств журналистов в Дагестане, КБР, где все дела заморожены, или по ним никто ничего не делает, а по делу Тимура Куашева вообще было принято решение о прекращении расследования. Потому я не думаю, что у нас есть серьезные основания говорить, будто все это будет расследовано", – считает эксперт.

По мнению Стародубровской, Чечня переживает сегодня серьезный поствоенный синдром, и это дает возможность Кадырову большую свободу в проведении своей политики, чем в любом другом кавказском регионе.

"Я не думаю, что в Дагестане или Ингушетии главы, даже если они хотели бы, могли пойти по этому пути. Есть определенная структура элит и общества с противоречиями и балансами. Религиозный фактор существует не независимо от всего этого, и не думаю, что есть безграничная свобода в выборе политики", – заключила Стародубровская.

В разделе "Персоналии" на "Кавказском узле" опубликована биография имама Хамзата Чумакова. Читатели "Кавказского узла" присудили ему второе место в десятке равных по итогам конкурса "Герой Кавказа-2013".

Евкуров в курсе всех спецопераций в республике

Запугивание имамов приведет к обострению ситуации в регионе, уверен член совета ингушского регионального отделения Ассоциации юристов России, председатель Совета молодежных организаций Ингушетии Багаудин Хаутиев.

"Ситуация в республике доведена до предела, это видно невооруженным глазом. Практически все общественно-политические силы в республике настроены против руководства региона, поскольку считают виновником всего происходящего именно главу Ингушетии", – сказал он корреспонденту "Кавказского узла".

Он отметил, что ситуация с кортежем Чумакова может быть связана с подготовкой в Москве пресс-конференции, посвященной тому, как была реализована в Ингушетии федеральная программа социально-экономического развития на 2010–2016 годы.

"Организаторы уже обращались к Хамзату Чумакову, как к одному из авторитетных лидеров республики, с просьбой принять участие в этой конференции. Он это официально озвучил вместе со своими условиями – что должны быть реальные цифры, факты и безанонимность тех, кто представляет эту информацию", – рассказал Багаудин Хаутиев.

Он предположил, что "задержанием кортежа Чумакова власти послали религиозному деятелю сигнал о чрезмерной активности", попытка отговорить его от участия в конференции.

"Как всегда, республиканские власти выбирают метод запугивания: как с муфтиятом, Советом тейпов, "Мехк-Кхелом", правозащитником Магомедом Муцольговым и многими другими. Но это никогда не помогало", – заявил Хаутиев.

Что касается Исы Цечоева, то, по оценке Хутиева, это "история из той серии".

"Вместо расследования покушений и терактов в отношении этих имамов их подвергают проверкам и обыскам, пытаются убедить их в том, что глава не в курсе или не был в курсе происходящего", – считает он.

Эксперт напомнил, что Евкуров является главой антитеррористического совета в республике, и все спецоперации здесь проходят с его ведома.

"Не думаю, что в такой сложной ситуации в республике, когда несколько раз покушались и на Ису Цечоева, и на Хамзата Чумакова, кто-то без санкции главы будет обыскивать дома. В том числе ни один глава РОВД и ГОВД не захочет без указки сверху останавливать кортеж Хамзата и проводить обыски в машин", – указал Хаутиев.

Вместе с тем, Хаутиев не согласен с мнением о том, что Евкуров своей религиозной политикой защищал независимых от ДУМ имамов – по его версии, глава республики просто использовал независимые мусульманские общины в своем конфликте с муфтиятом.

"Они ему нужны были в этой борьбе. И руководство республики, и муфтият пытались втянуть их в свой конфликт. Муфтий и глава республики решили, что могут поиграть на этом. Муфтият обвинял главу в защите ваххабитской идеологии (хотя такой в республике нет), понимая выигрышность такой позиции перед федеральным центром; а глава пытался свой личный конфликт с муфтием перевести в плоскость попытки организовать демократическую площадку для всех религиозных деятелей (хотя такого никогда не было)", – заключил Хаутиев.

Автор: Магомед Туаев; источник: корреспондент "Кавказского узла"

Гласность помогает решить проблемы. Отправь сообщение, фото и видео на «Кавказский узел» через мессенджеры
Lt feedback banner
Кнопки работают при установленных приложениях WhatsApp и Telegram. Качественные фото для публикации нужно присылать именно через Telegram, с обязательной пометкой «Наилучшее качество». Видео также лучше отправлять через канал в Telegram. Каналы Telegram и WhatsApp более безопасны для передачи информации, чем обычные SMS.
Лента новостей

25 сентября 2017, 07:47

25 сентября 2017, 06:44

25 сентября 2017, 05:45

25 сентября 2017, 04:46

25 сентября 2017, 03:47

Персоналии

Все персоналии

Архив новостей