04 ноября 2002, 18:24

Московская трагедия: Больше вопросов, чем ответов

Трагические последствия захвата заложников в центре российской столицы вызывают много вопросов о том, кто стоит за этой террористической операцией. Ответов на вопросы по-прежнему нет.

Cотрудник российских спецслужб, которому довелось наблюдать за ходом разворачивавшейся несколько дней назад трагедией в музыкальном центре в Москве, в результате которой, по данным на 26 октября погибли 120 человек, откровенничал с журналистами, говоря о некоторых профессиональных методах.

"В этих случаях в первую очередь мы пытаемся понять, кому выгоден теракт, и кто стоит за террористами. Следующий этап - выходим на них и пытаемся воздействовать. И уж в последнюю очередь мы интересуемся личностями самих террористов, ведь обычно это пешки, выполняющие чужой заказ", - говорил он.

В здании музыкального центра на Дубровке 23 октября были взяты в заложники более 750 зрителей и артистов мюзикла "Норд-Ост". Назвавшийся командиром террористов Мовсар Бараев рассказал британскому журналисту, корреспонденту Sunday Times Марку Франчетти, что он якобы подчинялся президенту Ичкерии Аслану Масхадову и выполнял как его приказ, так и решение военного руководителя Шамиля Басаева.

Сегодня, когда предпринимаются попытки разробраться в случившемся, вопрос, причастен или нет Масхадов, стал центральным.

Между тем Анне Политковской, корреспонденту "Новой Газеты", которая была одной из допущенных в оккупированный театр журналистов, предоставили другую информацию. Ей было сказано, что Масхадов являлся просто их "президентом", но никак не руководителем их операции; тем временем в интервью информационному агентству "Чеченпресс" Масхадов строго осуждает захват заложников в Москве.

Однако, российские власти продолжают обвинять мятежного лидера в причастности, а 30 октября следуя настоятельным просьбам российской стороны датские правоохранительные органы арестовали специального представителя Масхадова Ахмеда Закаева.

Утверждения Мовсара Бараева о том, что он действовал по приказам Масхадова и Басаева, вызывают множество вопросов у тех, кто знаком с деятельностью группы Арби Бараева, в которую входил и его племянник Мовсар.

Арби Бараев, так же, как и его окружение, никогда не был под началом Аслана Масхадова, более того, они враждовали. В начале своей карьеры Бараев был близок к вице-президенту в правительстве Джохара Дудаева Зелимхану Яндарбиеву, а затем и к сепаратистскому идеологу Мовлади Удугову, занимавшему различные посты при Дудаеве и Масхадове.

В первую чеченскую кампанию Арби Бараев (которому тогда было больше 20 лет) служил в охране Яндарбиева, который, как известно, не воевал ни в первой, ни во второй чеченской кампании. Охранник вице-президента стал самостоятельным командиром после того, как Зелимхан Яндарбиев выделил ему 200 тысяч долларов на создание шариатского батальона. Батальон превратился в Исламский полк специального назначения, он дислоцировался в населенных пунктах вблизи Грозного и в Урус-Мартане.

Бараева и его группу называли ваххабитами - приверженцами ортодоксального течения в исламе, которое стало распространяться в Чечне в начале первой чеченской кампании приезжими арабскими боевиками. Ваххабиты представляли собой хорошо организованные военизированные группировки, которые занимались похищениями людей. Мовсар Бараев на правах родственника входил в ближний круг Арби Бараева, который становился заметной личностью в Чечне.

Президент Масхадов своим указом ввел этот полк в состав МВД Ичкерии, но после того, как в 1997 году бараевцы спровоцировали конфликт в Гудермесском районе, в результате которого погибли 80 человек и более ста были ранены, Масхадов разжаловал генерала Бараева в рядовые.

Но Исламский полк не был разоружен, оружие покупалось на деньги Бараева, и считалось его собственностью, на которую власти не могли посягнуть без того, чтобы вызвать конфликт. Бараев продолжал действовать, список его похищенных жертв пополнялся за счет иностранцев и журналистовю Считается, что его группа похитила журналистов компании НТВ вместе с Еленой Масюк, сотрудников ОРТ, а также англичан Камиллы Карр и Джона Джеймса, за которых был получен выкуп. Вскоре за Бараевым закрепилась слава жестокого похитителя людей, не останавливающегося ни перед чем.

В 1998 году вице-премьер Турпал Атгериев (умерший в этом году в заключении в России) открыто обвинил Арби Бараева и его группу в похищении и жестоком убийстве трех англичан и новозеландца, сотрудников британской телекоммуникационной кампании, работавших в Чечне. Сразу после того, как в Чечне были обнаружены отрубленные головы иностранных инженеров, и прозвучала фамилия Бараева, Масхадов объявил частичную мобилизацию.

Однако ни Бараев, ни его окружение не были арестованы, чеченский президент не решился пойти против могущественного работорговца. Проведенное автором расследование, которое было опубликовано в "Московских новостях" в 2000 году показало, что Арби Бараев к этому времени обладал многомиллионным капиталом, сколоченным из выкупов за заложников. Тогда же впервые появились подозрения, что у генерала от работорговли имеются высокопоставленные покровители в Москве, без которых его бизнес на крови вряд ли был возможен.

Эти подозрения стали укрепляться по мере развертывания антитеррористической операции. В отличие от Масхадова и других командиров Арби Бараев особо не скрывался, купил для племянника Мовсара дом в родном селе Алханкала ( Мовсар раньше жил в Аргуне). Арби Бараев дважды женился, отпраздновав с помпой свадьбы - и всё это в 10-ти километрах от Грозного, контролируемого федеральными войсками. Он свободно передвигался по республике, демонстрируя на федеральных блок - постах документы офицера российского МВД.

Один из чеченских журналистов, который шел по следу Бараева, и которому удалось записать номер его удостоверения, был задержан одной из федеральных структур, и допрошен. Он три дня просидел в "яме", и был отпущен только после того, как за ним приехали его знакомые, работающие в другой военной структуре.

Журналист был предупрежден о неразглашении деталей его задержания, все записи, в том числе и номер удостоверения Бараева, отобранные при аресте, пропали. Происшествие с чеченским журналистом, равно как и другие загадочные подробности деятельности работорговца, подтверждали подозрения, что Бараев действует под сильной "крышей".

Обстоятельства гибели Бараева были столь же загадочны, как и его жизнь. Абсолютно надежные источники в Чечне заявили автору, что он не был убит в бою, как сообщали российские военные. 23 июня 2001 года в Алханкале в 10 километрах от Грозного Бараев был захвачен чеченцами, его кровниками, которые входили в специальное подразделение ГРУ (главное разведывательное управление) Генштаба министерства обороны. При этом чеченцам пришлось штурмовать военную комендатуру в Алханкале, куда Бараев с охранниками скрылся, чтобы избежать ареста. После захвата Бараев и четверо его сподвижников были допрошены чеченцами - офицерами ГРУ в течение 11 часов (допрос записывался на видеокамеру), а затем расстреляны.

После этого чеченцы, принимавшие участие в захвате, расстреле Бараева, и участвовали в допросе, были убиты, несмотря на то, что придерживались строжайшей конспирации. Материалы допросов исчезли.

После смерти дяди Мовсар с несколькими сподвижниками начали действовать самостоятельно. Племянник контролировал город Аргун и его окрестности, где был объявлен амиром ваххабитского джамаата (общества). По сведениям чеченского УВД они занимались убийствами чеченцев - сотрудников исполнительной власти, и охотились на главу администрации Ахмеда Кадырова.

Знающие племянника люди говорили, что Мовсар, как и его дядя, отличается крайней жестокостью, но как полевой командир попросту неизвестен. Под его началом находилось 5-6 боевиков, и за ним самим никогда не замечали ни особых воинских способностей, ни организаторских качеств, необходимых командиру. Кроме того, он не принимал участия ни в одной из крупных операций против федеральных сил.

Именно поэтому начальник УВД по Чечне Саид-Селим Пешхоев, в интервью информационным агентствам предположил, что группой террористов руководит не Мовсар Бараев, а другой человек. По словам Пешхоева, Бараев не обладает профессиональной подготовкой и не способен самолично осуществить акцию, подобную московской.

Кроме того, у некоторых наблюдателей, внимательно следивших за ходом штурма, сложилось впечатление, что группа захватчиков состояла как - бы из двух частей, которые в момент нападения спецназа стали придерживаться разной тактики: одни старались вырваться из здания театра, другие, чтобы удержать их, стали обстреливать.

В какой из этих групп был Бараев? До истории с захватом заложников в Москве, Мовсара Бараева не считали человеком, который готов погибнуть ради свободы Родины. В таком случае, для чего он был послан в Москву?

Складывается впечатление, что в данном случае был использован известный трюк, которым пользовались работорговцы в Чечне. Группы похитителей, которые хотели остаться неизвестными, обычно заимствовали "торговую марку" Арби Бараева.

С согласия самого Бараева похитители заявляли родственникам заложника, что он находится у Бараева и те, почти во всех случаях, соглашались выплатить крупную сумму, поскольку о жестокости Бараева было известно всем. Затем выкуп делился между настоящими похитителями и Бараевым.

Зачем же в данном случае понадобилась "торговая марка" Бараева? Чтобы устрашить федеральные власти и склонить их принять условие террористов? Возможно и так. Но обращает на себя внимание тот факт, что условия захватчиков изначально были такими, которые невозможно выполнить в короткий срок. Он потребовал вывода российских войск из Чечни. Бараев отнюдь не был наивным фанатиком и тут же оговаривался, что понимает, что его условия нельзя выполнить за короткий отрезок времени. Для чего, в таком случае, Мовсар Бараев явился в Москву?

Информированные люди из числа московских чеченцев считают, что захват заложников в театральном центре не что иное, как многоходовая партия с отвлекающими маневрами, типа требования о немедленном выводе войск из Чечни. Скорее всего, говорят чеченцы, сам Бараев даже не был посвящен в план целиком, он должен был сыграть свою роль и сгореть, как ракета-носитель. Бараев мог быть выбран еще и потому, чтобы он мог при подготовке теракта использовать московские связи его дяди.

Ни Масхадову, ни Басаеву в одиночку не под силу организовать такую сложную операцию, как захват здания с несколькими сотнями заложников в центре Москвы, видимо, организаторов надо искать в окружении Яндарбиева и Удугова, которые сейчас проживают на Ближнем Востоке. Удугов звонил в московскую службу BBC вскоре после того, как Бараев захватил здание и поддерживал телефонный разговор с захватчиками, цитаты из которого он впоследствии привел на своем вебсайте "Кавказ-центр".

Если эти двое и вправду стоят за терактом, одной из их целей наверняка было устранить Масхадова (который в общих чертах был посвящен в план) как потенциального переговорщика с федеральным Центром. Его союз с Яндарбиевым, Удуговым и Басаевым очевидно был вынужденной мерой, но в случае, если дело дошло бы до переговоров с Москвой, эти трое мгновенно оказались бы за обочиной переговорного процесса.

В тот момент, когда Мовсар Бараев в театральном центре произнес, что подчиняется Масхадову, это означало политическую смерть чеченского президента. Трудно предположить, кто же теперь из российских политиков отважится сесть за стол переговоров с Масхадовым.

Автор: Санобар Шерматова, корреспондент 'Московских Новостей'; источник: Кавказская информационная служба Института по освещению войны и мира (IWPR, Лондон)

Знаешь больше? Не молчи!
Lt feedback banner
Лента новостей

27 мая 2017, 04:53

27 мая 2017, 03:54

27 мая 2017, 02:56

27 мая 2017, 01:57

27 мая 2017, 00:58

Архив новостей