18 мая 2002, 01:37

Об общественно-политических взглядах чеченского просветителя Исмаила Мутушева

Одним из наиболее заметных чеченских просветителей начала XX столетия, творчество которого в должной мере не получило освещения в исторической и общественной мысли Чечни, является Исмаил Мутушев (1886-1920 гг.). До сих пор не стало предметом научного изучения его общественно-политическое и философско-педагогическое наследие. В исследованиях философа А. Д. Яндарова [1] и литературоведа Х. В. Туркаева [2] отсутствует полная картина его творчества. Если А. Д. Яндаров касается некоторых особенностей его религиозно-философских взглядов, то Х. В. Туркаев останавливается на художественно-эстетических особенностях деятельности И. Мутушева. И вне поля зрения исследователей остались его общественно-политические воззрения, которые им активно высказывались в периодической печати того периода.

Родился Исмаил Мутушев в 1886 г. [1, с. 206] в семье царского офицера Магомета Мутушева, который, окончив Владикавказское окружное училище, еще в 1868 г. определился на военную службу [2, с. 298]. Обоим своим сыновьям, Исмаилу и Ахметхану (А. Мутушев - известный общественный деятель Чечни, Дагестана и Азербайджана 20-х годов XX в. - Авт.), Магомет Мутушев дал превосходное по тем временам образование. Исмаил учился во Владикавказе, Ахметхан - в Санкт-Петербурге. Первый стал народным учителем, второй - адвокатом. Братья Мутушевы своей практической, политической, творческой деятельностью приобрели на Северном Кавказе широкую популярность [3]. Их публицистические статьи, раскрывающие причины общественных проблем края, печатались на страницах петербургских и владикавказских изданий. Так, Исмаил Мутушев - постоянный автор северокавказских газет: "Терские ведомости", "Кавказское слово" (Владикавказ), "Северный Кавказ" (Ставрополь), "Север Кавказа" (Грозный) и др.

Тема человека с его житейскими трудностями, социальными коллизиями, борьбой за выживание в первых же публикациях становится стержневой в творчестве И. Мутушева. Это определяет отношение к окружающей действительности, через это воспринимаются и оцениваются им различные явления жизни. Взаимоотношения человека и общества, человека и власти, реальные последствия этих взаимоотношений становятся предметом самых серьезных размышлений Исмаила Мутушева. Идеи служения обществу, своему народу, правде жизни составляют основу его мировоззрения. "Идея, как идеал, - писал П. Копнин, - должна реализовать себя и тем самым, с одной стороны, проверить, а с другой, - выполнить свою основную функцию: воздействовать на ход познания и на общественную практику" [4]. И. Мутушев, придерживаясь принципа социальной справедливости, пытается доступными ему средствами - устным и печатным словом - воздействовать на общественную практику.

В корреспонденции, опубликованной в начале 1900 г. в одном из номеров газеты "Северный Кавказ", И. Мутушев ставит актуальную и острую социально-финансовую проблему того времени. Денежная реформа, проводимая царским правительством без учета реальных обстоятельств, превращает многих граждан царской России в нищих. Особенно сильно задевает реформа интересы жителей национальных окраин, поскольку в силу их сплошной неграмотности сведения о ней дошли до них очень поздно. Против такой социальной несправедливости и поднимает свой голос Исмаил Мутушев. Он пишет: "Как выясняется теперь, объявление министерства финансов о прекращении действия (хождения) кредитных билетов 5-ти, 10-ти и 25-ти рублевого достоинства почти не проникло в среду туземного населения Терской области, многие об этом объявлении совершенно не знали, вследствие чего в руках их остались негодные деньги, составляющие кровное сбережение на "черный день", скопленное трудами многих лет" [5].

"На днях один дряхлый старик чеченец принес ко мне 195 рублей кредитными билетами 5- и 10-рублевого достоинства, прося моего содействия в обмене их на годные деньги, - пишет далее автор. - Когда я ему сказал, что срок этим деньгам истек еще 31 декабря 1899 г. и что они теперь все за одну копейку не пойдут, у старика на глазах показались слезы: старик объяснил, что накопил их долголетним честным трудом для своих похорон. Таких денег в руках туземцев осталось очень много", - отмечает И. Мутушев. По его мнению, "если принять во внимание, что копейка - капля туземной крови", то придется признать, что "туземцев постигло тяжелое несчастье". Это - полное разорение, подытоживает Исмаил Мутушев и приходит к выводу, что последствия такого разорения могут быть самые неожиданные: "увеличится туземный пролетариат, затормозится движение торговли, так как в большинстве случаев туземцы, мало-мальски накопившие деньги, сейчас же берутся за торговлю". И самое главное - резко увеличится численность недовольных властью. "Это обстоятельство заслуживает полного внимания правительства", - подчеркивает автор [5].

Корреспонденция Исмаила Мутушева имела большой резонанс не только среди местного населения, но и в правительственных кругах, тем более что обобщения автора публикации дали свои положительные результаты. Слившись воедино с подобными обращениями в правительство, выступление Мутушева сыграло важную роль в решении поставленной проблемы. Через некоторое время все та же газета "Северный Кавказ" под заголовком "Действия правительства" опубликовала сообщение, из которого следовало, что "окончательным сроком для обмена государственных кредитных билетов 25 р., 10 р. и 5 р. достоинств... назначается 31 декабря 1901 г., с тем, чтобы по истечении этого срока кредитные билеты прежних образцов не были принимаемы в казенные платежи и не были обязательны к обращению между частными лицами" [6].

Юношеский максимализм, острота восприятия несправедливости свойственны многим публикациям Исмаила Мутушева и продиктованы прежде всего образом мышления, принципами и убеждениями, присущими ему в этом возрасте. Он всегда проводит четкую границу между понятиями: истина и ложь, подлинное и мнимое, личное и общественное, справедливое и несправедливое. Это видно во многих его газетных публикациях [7]. Подмена понятий, извращения этических, нравственных норм, допускаемые иными лицами в корыстных целях, вызывают у И. Мутушева чувство возмущения и негодования. По его мнению, не может быть у каждого своей правды, своей истины. Отмечая, что каждый человек чем-то да отличается от других, индивидуален, неповторим, Мутушев утверждает, что истина не индивидуальна, она - категория постоянная, неизменчивая, общечеловеческая. "Чувству справедливости все равно, что мелко, что крупно, ибо все крупное есть сумма мелочей" [8], - поясняет он свою позицию. Эта убежденность обусловлена общественно-политическими воззрениями Мутушева, которые не терпят неискренности, фальши, двойственности также и в вопросах, касающихся настоящего и будущего горских народов.

Истина и справедливость для И. Мутушева - не абстрактные философские категории, а реальные, конкретные поступки, действия, которые должны справедливо и нравственно осуществляться. И потому в его изложении всякий вопрос, кажущийся на первый взгляд незначительным, частным, впоследствии обретает общественное или, говоря иначе, общечеловеческое значение. В той же газете "Северный Кавказ" Исмаил Мутушев пишет: "Несколько лет тому назад в "Терских ведомостях" была помещена корреспонденция, в которой говорилось об открытии в слободе Воздвиженской Терской области братьями Алиевыми "первой чеченской школы" русской грамотности. В то время я жил в городе Владикавказе и не мог не поверить печатным строкам. Через некоторое время пришлось быть дома, в слободе Воздвиженской (я уроженец слободы Воздвиженской, имею там родню и дом), к величайшему своему изумлению, я не нашел здесь никаких следов "первой чеченской школы", здесь существует одна слободская школа, открытая еще в 1872 году" [9]. "Терские ведомости" (? 31 за 1899 г.) опять заговорили о школе братьев Алиевых как о позитивном явлении в духовной жизни чеченцев. Вновь реагируя на эту ложную информацию, Исмаил Мутушев считает "своим нравственным долгом поставить в известность лиц, интересующихся делом распространения образования среди горцев Терской области", что "в слободе Воздвиженской, к великому сожалению, ничего подобного не существует" [9].

В воспрепятствовании распространению ложной информации, введению "лиц, интересующихся делом распространения образования", в заблуждение, разоблачение попытки выдать желаемое за действительное - нравственный долг для Мутушева. Строгое следование истине, правдивое, объективное отражение явлений тяжелой социальной жизни горцев - важная особенность его мировоззрения.

Тема, затронутая в первом письме, получает неожиданное продолжение. И. Мутушев шлет в редакцию "Северного Кавказа" второе свое письмо, в котором пишет: "В ? 677 газеты "Казбек" г. Алиев поместил опровержение на мое письмо, в котором я утверждал, что в станице Воздвиженской нет никакой школы русской грамоты будто бы открытой Алиевым. В своем опровержении Алиев теперь пишет: "Дело, правда, очень странное: если школы не было, чего ради о ней столько писали. Если она есть, каким образом не нашел ее г. Мутушев?" Алиев и теперь утверждает, что есть школа, которой я не нашел. На вопрос г. Алиева, почему я не нашел его школы, отвечу просто. Не нашел я ее потому, что искал русскую школу с русским же учителем, о которой Алиев и объявлял, а вовсе не обыкновенную чеченскую хюжри (арабская школа. - Авт.). Подобных школ для изучения арабского языка в одном Старо-Атагинском селении целая дюжина, и открытие такой школы не является новостью дня" [10].

Казалось бы, приведенный выше факт настолько незначителен, что на него не стоило бы даже обращать внимания. Однако это далеко не так. Для Исмаила Мутушева приведенный пример выражает его нравственный настрой, глубоко укоренившее в нем чувство справедливости.

На эволюцию мировоззрения Исмаила Мутушева большое влияние оказали революционные события 1905-1907 гг., период наступления реакции, февральская и октябрьская революции 1917 г., гражданская война, жестко отразившиеся на миросозерцании, жизни и быте горцев. Вместе с тем основа его мировоззрения остается прежней - не терпящей двуличия и двойственности во взглядах и поведении.

Известный публицист, сотрудник газеты "Северный Кавказ" Николай Корецкий, видимо, имея в виду И. Мутушева, с которым его связывали дружеские отношения, посвятил туземцам следующие вдохновенные поэтические строки:

Когда свершить общественное дело

Тебе придется, брат мой дорогой,

Иди вперед неудержимо, смело

И не считайся с пошлою толпой...

Боязнь задорных и пустых упреков

В себе бесповоротно заглуши,

Суду толпы, глупцов и лжепророков

Ты предпочти суд собственной души

[11].

Действительно, на суд общественности Исмаил Мутушев выносил такие вопросы, которые подверглись суду его собственной души, становясь для него поводом серьезного нравственно-этического осмысления.

Ярко выраженное общественно-политическое и социальное звучание приобретают воззрения И. Мутушева в 1910-1912 гг. С 1910 г. грозненская нефтяная промышленность вступила в новый этап монополизации; усиливается роль банков, вкладывавших свои капиталы в нефтяную промышленность [12]. Подвергается изменениям и социальная сфера. Этот период внес много нового и в общественную жизнь чеченцев. В Грозном появляются частные газеты, редактором одной из них - газеты "Горец" - становится чеченец Данилбек Шерипов; возникают новые предприятия по переработке нефти, другого местного сырья. Капиталистические отношения проникают и в сельское хозяйство. "Развитие промышленности и формирование рабочего класса в грозненском нефтепромышленном районе имело огромное положительное значение для роста национального самосознания", - пишет А. И. Хасбулатов [13]. В этот период заметно повышается образовательный уровень чеченцев, формируется национальная интеллигенция - писатели, журналисты, драматурги, мыслители, общественные и государственные деятели.

Именно на эти годы приходится расцвет публицистического таланта Исмаила Мутушева, его творчество все больше нацелено на отражение социальных коллизий, насилия, преступлений. В газете "Кавказское слово", чьим штатным сотрудником он становится в начале 1912 г., И. Мутушев публикует ряд статей, в которых ставит вопросы преодоления преступности среди местного населения, раскрывает причины этого социального зла, видя главные из них в необустроенности жизни и быта горцев, ущемлении их прав. В своих публикациях "Из Чечни", "Неуслышанный закон", "Смелый подлог", "Указ о христианах, данный пророком Мухаммедом", "Наболевший вопрос", "О мнимом фанатизме ислама" он выступает твердым защитником прав местного населения, размышляет о взаимоотношениях двух мировых религий - христианства и ислама, ищет точки соприкосновения, компромисса между ними, мирного сосуществования. Так, в статье "О мнимом фанатизме ислама", выступая против одностороннего толкования учения ислама, он отмечает: "Широкая терпимость Корана к учению иноверных исповеданий не нуждалась бы в объяснении, если бы люди были знакомы с содержанием Корана в его подлинном виде" [14]. Это приводит, по мнению И. Мутушева, к тому, что "дух ислама многим представляется в извращенном виде. Хорошо зная и широко цитируя Коран, И. Мутушев аргументированно доказывает, что ислам лишен фанатизма и является "исторически первой формой социализма". К такому выводу И. Мутушева подвигли по крайней мере два обстоятельства: понимание освоенной чеченцами арабо-мусульманской культуры и одобрение социалистических идей, воспринятых демократически настроенной чеченской интеллигенцией, просветителями. "Отношение Мутушева к социализму - это не исключение, а скорее общее правило для этой части интеллигенции, которая начинает знакомиться с социалистическим учением в условиях отсталой национальной окраины России", - констатирует А. Д. Яндаров [1, с. 20].

Конечно же, Исмаил Мутушев не относится к числу представителей мусульманского духовенства Чечни, но как народный учитель, обращаясь к религиозной тематике, он ищет то общее, что сблизило бы самих носителей религиозных ценностей - мусульман и христиан, чеченцев и русских, особенно чеченцев и казаков, ибо на почве религиозной и национальной неприязни между ними периодически возникали кровавые столкновения, а земельный вопрос, в котором были серьезно ущемлены чеченцы, составлял экономическую основу разногласий и вражды.

И. Мутушев резко выступает и против чеченского абречества, видя в нем явление, которое подвергает жестокому испытанию чеченское крестьянство. "Абречество, бич сельскохозяйственной Чечни, поистине многоглавое чудовище, пожирающее все благосостояние рабочей массы, против которого принимаются всевозможные меры, уже вконец истощило Чечню и физически, и нравственно, и материально и дальнейшее пребывание в подобном, крайне разорительном положении прямо-таки невозможно" [15], - решительно заявляет он в одном из февральских номеров газеты "Кавказское слово". И. Мутушев подчеркивает, что "вся тяжесть ответственности за преступную деятельность абреков ложится тяжелым и часто непосильным бременем на уже окостеневшие плечи, не успевшего еще порядком отдохнуть от забот и работ пахаря" [15].

Петербургская газета "В мире мусульманства" основательно раскрывает разорительные для чеченских крестьян меры, принимаемые царскими властями в борьбе с абречеством. В ней сообщается: "Сущность этой карательной деятельности заключается в том, что в селение, откуда, хотя бы по подозрению, явились разбойники, посылаются на постой различные воинские части, которые и довольствуются за счет мирного населения, непричастного к совершенному преступлению. Эта непричастность иногда прекрасно известна и самой администрации, и если она тем не менее посылает в неповинные села войска для экзекуции, то только потому, что она руководствуется в этом случае принципом круговой ответственности всех за каждого и каждого за всех; принципа, который давно осужден наукой и отменен по Высочайшему Указу у нас в России, где он действовал долгое время в крестьянской среде" [16].

Экзекуционные отряды вели себя в чеченских селах точно во вражеском лагере, поэтому население озлоблялось, между местным населением и войсками проходили крайне нежелательные эксцессы, часто кончавшиеся взаимным кровопролитием. В газете утверждалось, что туземное население, в особенности чеченцы и ингуши, разоряется, нищает. Население стонет, попав в перекрестный огонь между "неуловимыми зелемханами" и карающей властью [16].

Царские чиновники всячески третировали и унижали национальное достоинство местного населения колониальных окраин, в том числе и чеченцев. Эта тема становится одной из ведущих в творчестве Исмаила Мутушева в конце 1911 - начале 1912 гг. Так, в статье "Неуслышанный закон" он пишет: "До какой степени ничем почти не гарантирована неприкосновенность личности чеченца и до какой широты простирается произвол каждого грязнить, унижать и попирать личность чеченца вопреки закону, мы наблюдаем всюду и всегда, что называется, на каждом шагу" [8].

Пытаясь разрешить проблему взаимоотношений человека и власти, Мутушев критикует не государственный строй, не законодательную основу царского режима, а тех, кто эти законы нарушает, пользуясь неграмотностью горцев. Он не пассивный зритель, предающийся оценочному созерцанию, а активный защитник интересов горцев. В конце 1911 г. И. Мутушев выступает в защиту жителей Грозненского и Веденского округов, страдающих от притеснений лесных объездчиков, которые сами, продавая лес, составляли протоколы о нарушении Лесного устава на имена разных лиц, "не пожелавших видеть в нем, лесном объездчике, широкомощной власти" [17].

Постоянной и главной темой в публицистике Исмаила Мутушева была также тема просвещения чеченского народа, приобщения его к передовой русской культуре. Для этой цели он составляет "Проект устава общества распространения образования и технических сведений среди чеченцев Терской области", публикует его в газете "Терские ведомости", с ее страниц обращается к чеченской интеллигенции с призывом принять участие в создании такого общества. Отмечая культурное и интеллектуальное невежество большинства чеченцев, вину в этом Мутушев возлагает на малочисленную чеченскую интеллигенцию, занятую личными проблемами. "Несмотря на полувековое пребывание наше в школе европейской цивилизации и культуры, - писал И. Мутушев, - мы продолжаем прозябать в грубом невежестве, благодаря лишь собственной инертности. И вся беда лишь в том, что наши передовые люди, окунувшись в море собственных интересов, никогда не выглядывают из него и не видят света божьего" [18].

Этот интеллигентский эгоизм, по мнению И. Мутушева, и тормозит дело просвещения чеченского народа. Он эмоционально заявляет: "Пора же, наконец, и нам проснуться от столь долгой и губительной спячки и встать на путь прогресса и цивилизации" и высказывает надежду на то, что "в скором будущем у нас будут свои адвокаты, доктора, инженеры, агрономы, офицеры, учителя и т. п. - люди разных, специальностей, в которых мы так сильно нуждаемся".

Наблюдая повседневную тяжелую жизнь, нужду чеченского народа, И. Мутушев фиксировал в ней "мрак и невежество". И, как он считает, "вопрос о просвещении Чечни назрел и даже перезрел". Предлагая программу для распространения образования и технических сведений среди чеченцев Терской области, И. Мутушев рассчитывал на сочувствие чеченской интеллигенции и купечества ко всяким благим начинаниям и на то, что "все сплотятся в одну крепкую душу, оставив в стороне личные друг к другу неприязни и счеты" [18].

Жизнь показала, что И. Мутушев идеализировал чеченских "передовых людей", рассчитывая на их объединение в деле просвещения народа. Чеченской интеллигенции, состоявшей, по мнению Х. В. Туркаева, из помещичье-офицерской верхушки и купечества, было не до интересов и забот чеченского крестьянства, а потому и проект, предложенный И. Мутушевым, остался нереализованным [2, с. 103].

Только в 1917 г. суждено было воплотиться в реальность замыслам И. Мутушева. Он организует "Общество распространения просвещения среди чеченцев". Факт создания этого общества был радостно воспринят не только чеченцами, но и рабочими Грозного, оказавшими материальную помощь его организаторам. Историк А. Вацуев пишет, что "осенью 1917 года старопромысловские рабочие выделили из своего заработка довольно значительную сумму денег и заказали за счет этих средств шрифт для чеченской письменности" [19].

Дальнейшая судьба Исмаила Мутушева трагична. За активную деятельность в составе Гойтинского революционного Совета, секретарем которого И. Мутушев был в тот период, он был арестован белогвардейцами и брошен в грозненскую тюрьму. Когда большевики в 1920 г. поднимают в тюрьме восстание, И. Мутушев принимает их сторону и погибает [1, с. 208].

 

ЛИТЕРАТУРА

1. Яндаров А. Д. Развитие общественно-политической и философской мысли Чечено-Ингушетии в XIX - начале XX веков: Дис. ... докт. филос. наук. Алма-Ата, 1986.

2. Туркаев Х. В. На переломе: Монография, литературоведческие, литературно-исторические и публицистические статьи. Грозный, 1991.

3. Туркаев Х. В. Братья Мутушевы // Грозненский рабочий. 1998. 25 авг.

4. Цит. по кн.: Пенкин М. С. Искусство и наука: проблемы, парадоксы, поиски. М., 1982. С. 59.

5. Северный Кавказ. 1900. 22 янв.

6. Северный Кавказ. 1900. 5 февр.

7. См.: Северный Кавказ. 1900. ? 10, 18, 25, 52.

8. Кавказское слово. 1912. 29 апр.

9. Северный Кавказ. 1900. 10 февр.

10. Северный Кавказ. 1900. 26 февр.

11. Северный Кавказ. 1900. 12 дек.

12. Колосов Л. Н. Чечено-Ингушетия накануне Великого Октября (1907-1917 годы). Грозный, 1968. С. 59.

13. Хасбулатов А. И. Развитие промышленности и формирование рабочего класса в Чечено-Ингушетии (конец XIX - начало XX вв.). М., 1994. С. 94.

14. Кавказское слово. 1912. 8 мая.

15. Кавказское слово. 1912. 26 февр.

16. В мире мусульманства. 1912. 13 янв.

17. Кавказское слово. 1912. 10 дек.

18. Терские ведомости. 1908. 12 янв.

19. Вацуев А. З. Влияние большевиков и пролетариата Грозного на революционное движение в Чечне // Вопросы истории Чечено-Ингушетии (советский период). Грозный. 1978. С. 10.

19 июля 1999 г.

Автор: В.Х. Акаев, М.Г. Магомадов, С.А. Хусаинов; источник: Научная мысль Кавказа: Научный и общественно-теоретический журнал - Ростов н/Д.: Северо-Кавказский научный центр высшей школы, 2000. N 4 (24).

Знаешь больше? Не молчи!
Lt feedback banner
Лента новостей

25 мая 2017, 15:31

25 мая 2017, 15:10

25 мая 2017, 14:56

25 мая 2017, 14:38

25 мая 2017, 14:35

Архив новостей