26 июня 2009, 11:38

Андрей Рудомаха: "Дикая природа имеет собственную ценность, вне наших представлений о ней"

На протяжении 12 лет на Северном Кавказе действует некоммерческая природоохранная организация "Экологическая вахта". Ее возникновение было обусловлено огромным количеством экологических проблем в данном регионе, которых с каждым годом становилось все больше. Лидер организации Андрей Рудомаха согласился ответить на вопросы "Кавказского узла".

- Андрей, как и почему Вы стали защитником природы?


- Я пришел к тому, что охрана природы - это основное дело моей жизни, - не сразу. Наверное, окончательно это произошло в 1995 году, когда я с друзьями начал борьбу за сохранение района горы Большой Тхач. Тогда я понял, что здесь и сейчас – в это время и в этой стране - оптимальный путь моей личной реализации в этой жизни – это охрана дикой природы и в целом окружающей среды. Повлиял на это достаточно сложный комплекс обстоятельств и жизненных поисков. Что-то самое главное из этого выделить трудно. А активной природоохранной деятельностью я занимаюсь с 1987 года. Началось все с борьбы против Краснодарской атомной станции, которую хотели построить возле поселка Мостовской в Краснодарском крае. Этот чрезвычайно опасный проект, на волне общественной антиатомной активности, поднявшейся после Чернобыльской катастрофы, тогда удалось остановить. Моя личная роль в этом была, конечно, очень скромной. Потом был большой этап жизни, связанный с Кавказским заповедником, и борьба нарушениями, процветавшими в нем, борьба за сохранение хребта Буйного в Адыгее и так далее. Перечень того, с чем и за что я боролся на природоохранном поприще вместе с моими единомышленниками, очень длинен.

- "Экологическая вахта" достаточно известная организация. Как она возникла?


- "Экологическая вахта по Северному Кавказу" была создана в 1997 году. Изначально организация называлась "Независимая экологическая служба". Возникла она на базе несколько необычного образования – эколого-коммунитарного движения "Атши". Так называлась наша коммуна экологических активистов, образовавшаяся в 1996 году. И долгое время коммуна и организация существовали параллельно. Сейчас, конечно, коммуны уже давно нет, но дух внутри организации все равно очень сильно отличается от многих других неправительственных организаций. Наша организация ни для кого не является основным местом работы, - даже для тех, кто у нас в штате и получает совсем небольшую зарплату. Она по-прежнему является сообществом экологических активистов, и все в ней держится на энтузиазме. В этом наша основная сила.

Недавно Минюстом были утверждены изменения в Устав Экологической вахты. Согласно им расширилась официальная сфера территориальной деятельности организации – теперь она охватывает 7 регионов Северного Кавказа: помимо Краснодарского края и Адыгеи, где мы действуем наиболее активно, в нее входят Ростовская область, Ставропольский край, Карачаево-Черкесия, Кабардино-Балкария и Дагестан. Кроме того, теперь наша организация имеет официальный статус не только природоохранной, но и правозащитной. Необходимость в этом возникла после того, как Управление прокуратуры Краснодарского края по надзору за исполнением законодательства в ходе подготовки к Олимпийским играм выставило нам претензию, что мы выступали в защиту прав жителей Имеретинской низменности, которые оказались под угрозой принудительного переселения. Нам сказали, что мы не имеем права этого делать, так как это не прописано в нашем уставе. Пришлось прописать.

В "Вахте" сейчас 70 членов. Вступить в организацию просто – нужно заполнить анкету-заявление, которая будет передана на рассмотрение Совета "Экологической вахты". Анкету-заявление можно скачать на нашем сайте.

- Почему, на Ваш взгляд, очевидное для "зеленых", является не очевидным для высокопоставленных чиновников, которые создают указы, приказы, распоряжения, противоречащие Конституции и Уголовному кодексу?

- Одна из главных бед России, как в прошлом, так и в настоящем, это то, что ей очень не везет с руководством. Именно от указаний, настроений и предпочтений руководства страны очень многое зависит, - в том числе, и в сфере охраны окружающей среды. Но, к сожалению, не было в истории России ни одного правителя, который бы ответственно относился к охране природы и ставил бы это в приоритет. Во многом поэтому в России сформировалась анти-экологичная внутренняя государственная политика. Иначе как можно было запланировать, например, проведение Олимпийских игр в Сочинском национальном парке, на границе Всемирного природного наследия, или отменить механизм государственной экологической экспертизы? Это нонсенс!

Другая проблема – в целом отсутствие правовой культуры у наших властей и компаний. Ярчайший пример - строительство совмещенной дороги на Красную Поляну, которое уже больше девяти месяцев ведется незаконно - без государственной экологической экспертизы и других обязательных согласований - и при этом активно рекламируется, в том числе, первыми лицами правительства России и администрации Краснодарского края.

- Чем грозит нам такое неуважение к природе?

- Я не футуролог, мне сложно сказать, что и как будет потом. Но то, что преступления против природы отзовутся самым серьезным образом, можно не сомневаться. Если вторжение в экосистему реки Мзымта и других рек, их масштабное разграбление и загрязнение не прекратиться, можно утверждать, что в Сочи будет нарушено водоснабжение в связи с разрушением подрусловых месторождений пресных вод и что город испытает разрушительные наводнения в результате нарушения естественного гидрологического режима Мзымты и массовых рубок леса в ее бассейне. В целом, вторжение в дикую природу национального парка, строительство грузового порта в Имеретинской низменности приведут к тому, что состояние окружающей среды в Сочи резко ухудшится, пострадают его рекреационные ресурсы.

На Красной поляне в результате воздействия людей на природу следует ожидать масштабных оползней, селей и прочих стихийных бедствий. Все возможные негативные последствия трудно предугадать, - но в том, что они будут, можно не сомневаться. Слишком хрупка и неустойчива стабильность горных экосистем вблизи города. Но последствия разрушения дикой природы важно рассматривать не только с позиций того, чем это повредит людям. Дикая природа имеет собственную ценность, вне наших утилитарных представлений о ней.

- Вы выступаете против идеи проведения в Сочи зимней Олимпиады 2014 в принципе, или только против конкретных планов строительства олимпийских объектов?

- В Сочи невозможно провести зимнюю Олимпиаду, не затрагивая территорию Сочинского национального парка – особо охраняемой природной территории очень высокого ранга, на большая части которой расположены комплексы нетронутой дикой природы. А проводить Олимпийские игры на территории национального парка и девственных природных территорий, ценой их разрушения, по моему мнению, нельзя. Поэтому я считаю идею проведения в Сочи зимней Олимпиады изначально чрезвычайно ошибочной. Даже если бы подготовка к этой Олимпиаде действительно велась очень экологично, с соблюдением природоохранного законодательства, все равно при этом невозможно избежать нанесения колоссального и невосполнимого ущерба природным комплексам. Ибо нужно строить огромные сооружения, прокладывать инфраструктуру на территориях дикой природы, что, как бы щадящие это не делалось, природу будет разрушать. Этот процесс никак нельзя назвать "содействием построению лучшего мира", что является целью олимпийского движения. "Лучший мир" не может быть построен ценой уничтожения уникальных (в мировом масштабе) природных комплексов. Для зимней Олимпиады в России можно было выбрать более подходящее по всем параметрам место.

- Как ваша организация выявляет экологические правонарушения? Были ли вам угрозы от тех, кто уничтожает природу?

- Экологические нарушения мы выявляем либо сами, выезжая на место, либо нам о них сообщают местные жители. Некоторые районы находятся в зоне нашего особого внимания, и там мы бываем достаточно регулярно. Это, например, район Красной Поляны, леса на территории Апшеронского района Краснодарского края и Республики Адыгея, Темрюкский район. Инспекции осуществляются путем объезда, если это возможно, или пешего обхода местности.

Угрозы со стороны нарушителей закона в наш адрес были, - и в отношении меня и других наших активистов. Это имело место несколько раз, когда мы боролись с незаконными рубками на территории Апшеронского района и Курджипского лесхоза в Адыгее (сейчас это Цицинское участковое лесничество). Это территории, где уже долгие годы процветает бизнес криминальных рубок леса.

- Что вы предпринимаете после того, как выявлены новые факты экологических нарушений? Какова методология и эффективность деятельности вашей организации?


- Методология очень проста: первое, - мы направляем официальные письма в различные государственные контрольные органы; второе – мы придаем этим фактам широкую огласку через имеющиеся в нашем распоряжении информационные инструменты. Эффективность относительно высокая, учитывая, что весь процесс нашего официального и информационного воздействия держится всего на нескольких людях. Эти несколько человек смогли остановить, либо снизить негативное воздействие многих экологически опасных проектов. Но, если бы Россия была правовым государством, и контрольные органы действительно действовали бы по нашим сигналам адекватно, наша эффективность была бы гораздо большей.

- Наверняка бывают ситуации, когда чьи-то действия, наносящие реальный ущерб природе, производятся в строгом соответствии с существующим законодательством. Что вы предпринимаете в подобных случаях?


- В последние годы происходит перекройка экологического законодательства в сторону ослабления его нормативов. Это одно из наиболее ярких проявлений антиэкологичной политики российских властей. В результате, многие важнейшие нормы перестают действовать. И решать острые экологические проблемы в правовом пространстве становиться намного сложней.

Но есть и другие инструменты, которые иногда оказываются более эффективными. Это уже упомянутое информационное воздействие, а также влияние через международные институты. Последнее, вообще, наверное, - один из самых эффективных методов решения проблем. Но он применим только в тех случаях, когда какая-либо экологически опасная деятельность имеет выход на международный уровень.

- Как Вы полагаете, что является движущей силой уничтожения природы?


- Амбициозные устремления власти к переделке мира в том русле, которое ей кажется его "улучшением". И получение быстрой экономической выгоды. Хищническая эксплуатация природных ресурсов – один из наиболее распространенных источников получения не просто быстрых доходов, а сверхдоходов. В России такой утилитарный подход к природе процветает, - можно сказать, что на нем базируется экономика страны. Безусловно, цивилизованный бизнес ведет себя по-другому, но думаю, что в нашей стране он приживется не скоро, тем более при отсутствии экологически ориентированной политики со стороны власти. Сейчас, наоборот, ею поощряется очень далекий от такой ориентации подход: "инвестируйте, добывайте и застраивайте все, что можно, обогащайтесь любой ценой". У нас в Краснодарском крае такой подход особенно заметен в действиях местных властей.   

- Коммуна "Атши", на базе которой возникла ваша Экологическая Вахта, в 1990-х годах активно сотрудничала с неформальными анархо-экологическими организациями России и даже входила в их объединения. У Вас с тех пор изменились взгляды? На что Вы возлагаете главные надежды в плане реальной защиты природы: на общественные инициативы или на сильную государственную власть?

- Нет, мои личные взгляды не изменились. Я как был, так и остаюсь человеком достаточно радикальных левых убеждений и мне по-прежнему очень близка идеология анархизма. Но при этом, я понимаю, что мир и люди пока еще не готовы к анархическому самоуправлению, и реальность такова, что без опоры на государственные институты добиться даже того малого, что нам удается, невозможно. Но при этом я не возлагаю никакой надежды на "сильную государственную власть". Более того, я против такой власти, ибо почти всегда то, что стоит за этим термином, граничит с диктатурой и подавлением инакомыслия. Я возлагаю надежды на то, что наше государство станет более правовым, - вот это, действительно, было бы важно.

- Что, на Ваш взгляд, более всего наносит ущерб природе в современной России - действия государственных органов власти или частного бизнеса?


- Отделить антиэкологичные действия власти от такого же рода действий бизнеса в нашей стране очень сложно, особенно, когда эти действия исходят от государственного бизнеса, - например, таких компаний, как "Газпром" или "Роснефть". Но, как я уже говорил, если власть была бы более экологически ориентированной, бизнесу тоже пришлось бы следовать этим правилам. Лидирующую роль в формировании трендов развития в стране сейчас все-таки задают государственные органы власти.

- В странах мира существует разный подход к экологии. Можете привести положительный пример отношения к природе где либо в России или за рубежом?

- В России есть регионы, где экологическая ситуация лучше, чем у нас в Краснодарском крае. Но в целом плохо везде. Так что я не могу привести ярких положительных российских примеров.

В развитых западных странах ситуация гораздо лучше. Там совсем другой уровень правовой культуры среди власти, бизнеса и населения, и совсем другое отношение к окружающей среде. Самые высокие экологические стандарты существуют сейчас в Европе. Но европейцы пришли к ним во многом потому, что в результате более раннего и более интенсивного развития цивилизации природа там была почти повсеместно разрушена и трансформирована, а окружающая среда загрязнена. В результате чего они столкнулись с яркими проявлениями экологического кризиса. Будет жаль, если Россия тоже пойдет этим путем: сначала разрушит окружающую среду, хлебнет сполна экологического кризиса, прежде, чем до ее властей дойдет, что природу нужно беречь изо всех сил.

- Полагаю, что нашим гражданам не хочется ждать, когда высокие чиновники, обвалят сук, на котором сидим мы все. Есть ли, на Ваш взгляд, способы, которые могли бы своевременно повлиять на антиэкологическую политику России, опасную не только для россиян, но и всего мира?

- С практической точки зрения, в нынешней ситуации авторитетные международные организации наиболее эффективно влияют на антиэкологичные проявления российской политики. К их голосу российское правительство прислушивается. А если смотреть на этот вопрос в целом, то, исходя из известного принципа, что "каждый народ достоин своих правителей", корень проблемы все-таки не во власти. В России пока еще очень слабо развито то, что называется "гражданским обществом". Думаю, что только тогда, когда в нашей стране сформируется устойчивое и сильное гражданское общество, обеспокоенное ее экологическим благополучием, тогда поменяется и общий вектор развития нашей страны в сторону большей экологичности. Кратковременное проявление такого гражданского общества совсем недавно в истории нашей страны имело место – в годы перестройки. Именно тогда наступило резкое изменение экологической ситуации в стране в лучшую сторону. Но это социальное явление не имело устойчивого характера и в силу разных причин, к сожалению, сошло на нет.

23 июня 2009 года

С Андреем Рудомахой беседовала Светлана Кравченко.

Знаешь больше? Не молчи!
Lt feedback banner
Лента новостей

26 мая 2017, 11:20

26 мая 2017, 11:00

26 мая 2017, 10:43

26 мая 2017, 10:10

  • ПАСЕ назначила спецдокладчика по делу об убийстве Немцова

    Юридический комитет Парламентской ассамблеи Совета Европы назначил члена литовской делегации Эмануэлиса Зингериса спецдокладчиком по делу об убийстве Бориса Немцова. Свой доклад он начнет готовить после окончания процесса по этому делу в Московском окружном военном суде.

26 мая 2017, 10:02

Архив новостей