26 января 2009, 18:31

Гия Каркарашвили (экс-министр обороны Грузии): "Власть оставила на поле боя вооружение, погибших и свою честь"

Генерал-майор в отставке, бывший министр обороны Грузии Гия Каркарашвили проанализировал военные и политические действия грузинских властей во время "пятидневной" войны в августе 2008 года. Результат его работы - документ объёмом в 100 страниц - скоро выйдет в свет в виде брошюры.

О том, как развивались события в Грузии накануне и в первые дни боевых действий в Южной Осетии, о политике грузинского руководства в период августовского кризиса Г.Каркарашвили рассказал в эксклюзивном интервью "Кавказскому узлу".

Гия Каркарашвили: Я обещал грузинскому обществу, что сделаю полный анализ и оценку тех событий. Для этого мне понадобилось примерно три месяца кропотливой работы. Источниками информации для меня стали заявления политических властей страны, опубликованные в СМИ, приказы, стенограммы допросов ответственных лиц которые предоставила мне парламентская комиссия по изучению августовской войны, личные рассказы солдат и офицеров, принимавших участие в боевых действиях, а также фото- и видеоматериалы, снятые как журналистами, так и самими военными, при помощи мобильных телефонов, а также хронология событий, которые освещались в СМИ. На основе изучения этих материалов, можно определить, какие задачи хотели решить политические власти страны, какой план был у военного командования для решения этих задач и что из этого получилось.

"Кавказский узел": Начнём с политической власти Грузии. Какова её роль в этой войне?

Г.К.: Главнокомандующим является, конечно же, президент, и его приказы определяют задачи и смысл действий военных и политических властей государства. Руководствуясь этим, исходной точкой начала военных действий можно назвать приказ президента Грузии от 14:00 7-го августа 2008 г. "О сдерживании возможной Российской военной агрессии", отданный генштабу ВС Грузии. Как развивались процессы и насколько адекватно действовали власти, исполняя этот приказ, - в ответе на эти вопросы и состоит цель моего исследования.

К.У.: Вы говорите, что приказ был отдан ещё 7–го августа 2008 г.?

Г.К.: Да! Наши военные колонны из разных регионов страны стягивались и скапливались у административной границы Цхинвальского региона. Передвижение войск началось после приказа президента о сдерживании возможной военной агрессии со стороны России, то есть после 14:00 7-го августа. Первые отряды прибыли в районе 15:30 и скапливание продолжалось до 23:00. До этого, 2-го августа в военных частях и спецгруппах МВД был отдан приказ боевой готовности, со 2-3-го августа осетинская сторона начала эвакуировать жителей Цхинвали и прилегающих к нему осетинских деревень. Из грузинских сёл, которые находились за Цхинвалом, в сторону Джава, постепенно, по собственной инициативе также начали выезжать мирные жители.

К.У.: Что было в приказе 7 августа от 14:00 7-го августа о сдерживании возможной российской агрессии? Как предполагалось ее сдержать?

Г.К.: Из показаний ответственных лиц (в том числе от президента и начальника генштаба) на допросах парламентской следственной комисии, которые передавались в прямом эфире по телеканалу "Рустави-2", стало известно, что в 14:00 всем силовым структурам был отдан приказ "О сдерживании возможной российской агресии", что стало поводом для передислокации военных частей по направлению к административной границы Южной Осетии, а в 23:35 начальник генштаба, полковник Гогава по закрытой спец.линии принял следующий приказ президента:

Грузинские вооруженные силы должны:

  1. остановить живую силу и технику россииских военных, которые вторглись на территорию Грузии;
  2. обеспечить уничтожение тех огневых точек, откуда 6-7-го августа непрерывно велась стрельба по постам грузинских миротворческих сил и спец.групп МВД, которые были расположены в зоне конфликта;
  3. защищать интересы и безопасность мирного населения в зоне конфликта.

Параллельно шли процессы на политической арене. В 13:00 7-го августа в Тбилиси из Москвы прилетает российский представитель Юрий Попов,1 который встречается с министром реинтеграции Грузии Темуром Якобашвили. Якобашвили заявляет Попову, что он категорически против встречи с осетинской стороной в четырёхстороннем формате и готов только один на один встретиться с представителем Кокойты Борисом Чочиевым. Я не знаю, как назвать действия Якобашвили в тот момент, когда страна находится на гране войны и есть приказ президента "О сдерживании вероятной российской агрессии". В итоге, Попов в Цхинвали не едет (как заявили по телевидению представители нашей власти, у него по дороге вышла из строя автомашина). В 19:007-го августа 2008 г. президент Саакашвили заявляет прессе, что разговаривал с начальником Миротворческого контингента СНГ в Цхинвали Кулахметовым, который потребовал от грузинской стороны в одностороннем порядке прекратить огонь - якобы для того, чтобы дать пример осетинской стороне для аналогичного действия.

К.У.: Что значит - в одностороннем порядке прекратить огонь?

Г.К.: Со слов президента Грузии выходит, что стрельба велась уже 7-ого числа с обеих сторон. Здесь возникает вопрос: если ведение огня с обеих сторон - установленный факт то, что означают тогда разговоры с Поповым о недопустимости начала военных действий? Последнее обращение президента Саакашвили по телевидению 7-го числа состоялось в 19:32. Он заявил, что "мы не должны допустить войны между нашими народами" и призвал осетинскую сторону прекратить огонь. А в конце добавил, что 8-го августа Якобашвили должен встретиться с Чочиевым. Посмотрите, что выходит: есть приказ президента от 14:00 7-го августа, в соответствии с которым военные части стягиваются к административной границе с Южной Осетией. Якобашвили до этого отказывается от четырёхсторонней встречи с Чочиевым, и Попов не приезжает в Цхинвали. В 17 часов 7-го августа Якобашвили встречается с дипкорпусом и ничего не говорит о российской агрессии, а в 19:32 президент требует прекращения огня и переговоров на следующий день. Бессмыслица какая-то.

К.У.: Какая ситуация была в тот момент в грузинских войсках и что происходило в Цхинвали?

Г.К.: Масштабные боевые действия практически начались в ночь на 8-е августа 2008 г., после 24:00. В 4 часа утра намечается 4 или 5 направлений сдерживания агрессии (или атаки - не знаю как назвать) с нашей стороны. Эти направления я определил по рассказам наших военных. Как до сих пор утверждают власти, взятие Цхинвали не входило в их планы. Ответственные политические лица (например, секретарь совета безопасности Ломая) на парламентской комиссии по расследованию августовских событий объяснили, что этого потребовала операция по эвакуации населения из села Тамарашени.2 7-го числа уже в 20:00 группировка грузинских войск была сосредоточена в селе Никози (прямо прилегающем к Цхинвали). Ночью, то есть тогда, когда по заявлению грузинской стороны боевые действия еще не начинались, они вошли в город.

Хоть и из неофициальных источников, но я знаю, что военные составили план боевых действий, который не включал в себя взятие Цхинвали. Так как взорвать Рокский тоннель имеющимися у грузинской стороны средствами было практически невозможно (такое заключение сделали специалисты), наши войска могли только на 18-24 часа заблокировать выход из тоннеля путём подрыва дороги или завалом выхода тонеля с левой стороны от дороги. Взрыв моста у села Гуфта по дороге в Джава смог бы задержать противника ещё на несколько часов. Развернуть понтонный мост для российской армии не составляет большого труда, но можно было таким образом приостановить наступление противника на некоторое время, что дало бы возможность политическому руководству страны подключить международное сообщество к процессу прекращения российской агрессии. Это должно было быть примерным планом военных, но, по моим сведениям, данный план не был принят политической властью.

К.У.: То есть, Вы хотите сказать, что план военных заблокировали политические лидеры?

Г.К.: Да, у меня много аргументов для того, что бы так думать. Решение о взятии Цхинвали не могло быть запланировано военными, потому что в город сначала вошли только силы МВД Грузии и из этих сил была составлена одна группировка. Им дали какую-то особую задачу. Официально, эта задача была - обеспечение эвакуации мирного населения села Тамарашени. Кратчайший и самый простой путь для решения этой задачи - это был въезд в Тамарашеничерез село Ергнети, на том месте, где раньше стоял пост ГАИ для транспортного контроля. Но они выбрали наихудший вариант и, как будто специально, прошли между двумя российскими миротворческими базами.

К.У.: А почему так?

Г.К.: Взятие Цхинвали было чисто политическим решением. Разговоры о том, что ввод войск в город - вынужденная мера для спасения населения, - абсурд и цинизм. По всем признакам видно было, что, или надо быть круглым идиотом, или иметь гарантии, что российская сторона не будет вмешиваться. Этот маневр наводит на мысль, что разговоры о сделке с российской стороной имеют серьёзную основу.

К.У.: Что Вы имеете в виду? О какой сделке идёт речь?

Г.К.: Да, существует такое мнение, что была некая предварительная сделка. Я ещё раз заявляю, что надо быть круглым идиотом, чтобы пойти по такому маршруту, если нет предварительной гарантии того, что русские не будут стрелять.

По такому маршруту прошли: отдельная группа спецназа МВД, батальон Генштаба и одна рота батумской бригады. По имеющейся у меня информации, приказ об этом маршруте отдавал не начальник Генштаба. Приказ исходил из МВД.

К.У.: На тот момент договор о СКК и миротворческих силах СНГ был ещё в силе или уже был деносирован?

Г.К.: Договор был в силе, потому как для его денонсации нужна определённая процедура. Президент должен выйти с инициативой в парламент, а парламент - утвердить денонсацию договора. Это было сделано позже, после войны, в конце августа, когда Грузия подала заявление о выходе из СНГ.

К.У.: Как можно в такой ситуации толковать нападение на российских миротворцев?

Г.К.: По предварительным опросам и материалам парламентской следственной комиссии было видно, что первая стрельба началась случайно. Некоторые грузинские военные утверждали, что российские миротворцы открыли по ним огонь и только после этого наши ответили. Таким заявлениям сначала не верили, но потом на российских интернет-сайтах была опубликована информация о лейтенанте Голованове, который, ещё утром 8-го августа, сидя на башне на базе миротворцев, корректировал артобстрел грузинских позиций. Позже ему дали за это награду. Вероятнее всего, показания тех грузинских офицеров, которые говорили об обстрелах со стороны российских миротворцев, правдивы.

К.У.: Правда ли, что грузинские миротворцы были заранее выведены из Южной Осетии? Когда именно? Участвовали ли они в операции?

Г.К.: Грузинские миротворцы, по моим данным, из зоны конфликта были выведены 7–го числа, с 15:00. Насколько я знаю, они не принимали никакого участия в боевых операциях.

К.У.: Как по-Вашему, - оценивали ли власти Грузии свои возможности и то, какие силы могли противостоять грузинским ВС в боевых действиях?

Г.К.: Беда в том, что определить всё можно было гораздо раньше, но власть, как упрямый осёл, не хотела ничего видеть. Например, когда 9-го июля 2008 г. на территорию Грузии залетели российские МИГи и СУ-24М, ясно было, что грузинской авиации - СУ-25 - в воздухе нет места. Преимущество в боевой мощи и лётных характеристиках у этих российских самолётов по сравнению с СУ-25 огромное. Русские могли бы уничтожить наши самолёты ещё при взлёте, ракетами. Небо для нас было закрыто.

15 июля 2008 г. на Северном Кавказе начались боевые учения российской армии, которые прямо инсценировали ведение боя в Цхинвальском регионе. И это не было предусмотрено.

6-го августа учебный центр в Крцаниси (близ Тбилиси) оставили все американские инструкторы и военные советники. Их самолётами отправили на родину.

8-ого числа, ранним утром, когда начались широкомасштабные боевые действия, в Цхинвали уже закрепились два подразделения ГРУ российских ВС и в Джаве расположилась тактическая группа 135-го полка ВС РФ.

Анализируя течение боевых действий, предполагаю, что задачей российских воинских частей было - спровоцировать грузинских военных, войти в Цхинвали на определенную глубину, но контролировать практически всю территорию города должны были русские. И они свою задачу выполнили на высоком уровне. Утром 8 августа 2008 г., в 9:00 по направлению города Цхинвали и села Ередви начинается атака наших войск. Мне до сих пор не понятно, какую задачу поставили в тот момент перед военными, потому что, вместо выполнения приказа главнокомандующего о сдерживании российской агрессии, наши войска проводили "прочёсывание" и "зачистки" в сёлах Знаурского района. Практически, мы потерпели поражение уже утром 8 августа, при въезде в Цхинвали, у кладбища села Никози. Наши военные попали под артиллерийский огонь, и сразу в рядах войск началась давка, суматоха, пробка и полный хаос.

К.У.: Почему так произошло?

Г.К.: Из-за неправильного планирования. На таком узком месте скопилось до пятисот военных, и им негде было развернуться или занять позиции. Несмотря на артобстрел, грузинские власти заявляли, что российская сторона не вмешивается в конфликт.

После такого фиаско наших войск, место этой группировки заняла 4-я бригада ВС Грузии. После того, как 4-я бригада взяла под контроль улицу Героев, сопротивление со стороны противника снизилось, и только изредка стреляли снайперы.

Самые странные и трагические события произошли с 13:30 до 14:30 8-го августа. Это уже не лезет ни в какие ворота и даёт ещё один повод задуматься о том, что была какая-то предварительная сделка. Уверенные в том, что российская сторона не вмешивается в бой, штабная рота 42-го батальона и несколько военных отдельного Горийского танкового батальона просто отдыхали в сосновой роще при въезде в Цхинвали. Когда пролетел российский МИГ, они даже поприветствовали его и помахали руками. Через несколько минут самолёт развернулся и разбомбил рощу. На том месте остались тела 22-х погибших грузинских военных.

Второй инцидент происходит на перекрёстке улиц Заводской и Станционной. Там наши военные бросают свои три танка и отступают назад, несмотря на то, что серьёзного сопротивления не было.

Параллельно этим событиям, мэр столицы Грузии Гиги Угулава (непонятно, какое отношение имел он к военным действиям) в 14:18 по телеканалу "Рустави-2" заявляет, что грузинская сторона в одностороннем порядке прекращает огонь и объявляет мораторий с 15:00 до 18:00, якобы для того, чтобы дать возможность осетинской стороне и российским миротворцам покинуть зону боевых действий, а вооружённым осетинским формированиям одуматься, сложить оружие и сдаться грузинским властям. Я заявляю со всей ответственностью, что на тот момент грузинские военные отступали назад из Цхинвали.

К.У.: Какова связь между данными событиями?

Г.К.: 8 августа 2008 г. с 14:00 наши войска уже оставляют Цхинвали. Оказывается, что мы город, - а точнее пять или шесть главных улиц (примерно 30% территории Цхинвали), - контролировали только три часа: с 11 до 14 часов. Эти выводы я сделал по рассказам тех офицеров, которые принимали участие в боевых действиях. Уже к этому времени западная группировка грузинских войск отступает, на левом фланге хаос, убитые в сосновой роще остаются лежать там же. Россиийские военные части начинают масштабные боевые действия по вытеснению из города наших боевых отрядов. Я спрашиваю у властей: если их утверждения, что наши войска контролировали Цхинвали и 9-го августа, правда, то почему они не вынесли тела погибших? Это нарушение моральных и правовых законов и ответственность лежит на совести властей. Оны должны отвечать за это перед законом и своим народом.

К.У.: Почему грузинские власти заявляли о том, что российская сторона не вмешивается в конфликт? Это относится к той же предполагаемой договорённости между Россий и Грузией? Считает ли Вы, что договоренности были и ранее?

Г.К.: На это я пока не получил ответа. Я только допускаю, что была такая предполагаемая сделка. Очень много фактов и аргументов указывают на это. Но была ли и раньше сделка между грузинскими и российскими властями в каких-либо других вопросах, я не могу сказать, - но от них всё можно ожидать.

К.У.: Власти Грузии утверждают, что грузинские войска контролировали город почти три дня, а Вы говорите только о трёх часах, - почему они солгали?

Г.К.: У нас фасадное государство, - вроде потёмкинских деревень, - и нашему правительству всё это нужно только для политического имиджа и форса.

С нашей стороны было ещё две попытки взять под контроль Цхинвали - вечером 8 августа, к 18 часам, и после 21 часа. Обе попытки закончились провалом. Наши войска не смогли преодолеть сопротивление российско-осетинских военных частей. Ещё одна неувязка: на самых сложных направлениях - в регионе Рача (граничит с Джавским районом) и в Цхинвали - были сосредоточены не армейские подразделения, а спецгруппы МВД. Они специализируются на освобождении заложников или диверсионных действиях, а не на ведении боевых действий военно-тактического или оперативно-тактического характера.

Вся эта ахинея привела нас к катастрофе. Наша власть хотела поиграть в войну и не сознавала всю ответственность за результаты. О чём, вообще, можно говорить, если боевые задачи, поставленные перед военными частями и спецгруппами, менялись высокими чинами политической власти страны по той коньюнктуре, которая была им более выгодна для политического имиджа? Мы войну проиграли уже утром 8-го августа, когда при первой бомбёжке военные растерялись и не знали, что делать. Я разговаривал с 30-ю военнослужащими - офицерами и капралами, - а также членами спецгрупп, которые попали под этот обстрел. Никто не смог ответить, по чьему приказу они действовали. От командования не было никакого единого управления, связи или взаимодействия. Не армия, а сброд какой-то.

К.У.: Вы говорите, что не было ни единой успешной операции со стороны Грузии?

Г.К.: Успешную работу сделали артиллеристы, которые остановили российскую агрессию на многих направлениях. Есть ещё эпизод с генералом Хруловым. Когда отряды 4-й бригады ВС Грузии отступили по направлению Хетагурово-Авневи, вместо них позиции заняли части Сенакской бригады. Одна рота столкнулась с российской колонной генерала Хрулова, который въезжал в город со стороны района "Шанхай". Русские были уверены, что там никого нет, и ехали беспечно. Во время боя, как все знают, Хрулов был ранен, русские потеряли 5 танков и БМП. Но такие моменты были редкими. Когда я говорю об успешней операции, то имею в виду совместную слаженную и взаимодейственную работу воинского подразделения, а не геройства отдельных личностей. Героев у нас всегда хватало.

9-го августа утром, у въезда села Ергнети русские взяли в плен до 20 грузинских военных резервистов. Они попали в плен по вине нашей власти. Уже 8–го числа армия резервистов начала распадаться, и кто куда уходил, никто не знал. Утром 9-го, Саакашвили по телеканалу "Рустави-2" заявил, что наши военные контролируют Цхинвали. Группа резервистов, у которых не было никакой связи с командованием, и информацию о ситуации они получали только из СМИ, пошла пешком из Гори через село Ергнети, чтобы выйти к своим. Они попали в плен там, где ожидали своих. Четверо из них были расстреляны. Остальных потом обменяли.

Я разговаривал с этими ребятами, они объяснили мне так: они находились в Гори, многие из них были местные ребята из села Тквиави. Форма была только у четырёх человек, они хотели примкнуть к боевым отрядам, но не знали к кому обратиться. По телевидению они услышали речь президента, о том, что грузинские части контролируют Цхинвали, и пешком пошли, чтобы дойти до Цхинвали, найти штаб и определиться, куда их пошлют. У въезда в Цхинвали, где они ожидали своих, их встретили автоматами осетинские боевые отряды. Оружие было только у 4-х резервистов в форме. Их арестовали и отвезли в Цхинвальский изолятор. Начальником изолятора был некий капитан Тельман. Те, кто был в гражданской одежде, сказали на допросах, что они простые граждане, которые живут в грузинских сёлах вокруг Цхинвали. А тех пленных резервистов, которые были в форме, 10, 11 и 12-го августа ежедневно выводили на допросы. В последний день всех четверых не возвратили назад. По словам оставшихся в живых, их допрашивали, а потом били исключительно осетины, российские военные к ним не прикасались. Начальник изолятора их не трогал. Потом зазваченных резервистов возили на работу в город, а ночью опять пытали и били. После окончания боевых действии, когда вывезли погибших, по ДНК определили одного пропавшего из четырёх. Об остальных троих до сих пор нет никакой информации.

Власть и высокие политические чины должны ответить перед законом потому, что их ложь стоила жизни гражданам своей страны.

К.У.: Многие беженцы утверждают, что военные ушли, не предупредив их об эвакуации. Это правда?

Г.К.: К сожалению, правда. Гражданское и военное начальство покинуло зону боевых действий так быстро, что даже не оповестило население о необходимости эвакуации. Наоборот, в грузинских сёлах жители слушали радио и слышали как Саакашвили и его команда утверждали, что всё хорошо, и они контролируют ситуацию, и вот-вот победа придет.

В действительности, уже утром 10–ого августа 2008 г. с грузинской стороны не велось никаких боевых действий, кроме артиллерийского огня. Вся армия была дезорганизована. В тот же день многие политические лидеры Грузии вывезли семьи за рубеж, или попрятались в тайных местах.

К.У.: Но, как говорят, грузинские ВВС и ПВО смогли сбить до двадцати российских самолётов, - это так?

Г.К.: Нет. Число уничтоженных и поврежденных летательных аппаратов противника не превышает 11 единиц. Шесть аппаратов упали на землю. Остальные вышли из строя, но смогли долететь до ближайших аэродромов, которые контролировала российская сторона (например, один самолёт сел в Сухуми). Насколько я знаю, российская сторона признаёт примерно такое же количество. Остальное власти Грузии просто приписали себе для политического имиджа.

К.У.: Возможно ли было не допустить войну или это была неизбежность?

Г.К.: Если сказать, что война была неизбежна, - это будет безответственно. Жертвами провокации стали как грузины, так и осетины. Если проанализировать речи и действия наших властей, увидим, что воинственный пафос присутствовал везде. Все мы помним слова замминистра обороны Кутелия: "мы не боимся российских ржавых танков" или тирады председателя комитета по обороне Таргамадзе о катастрофическом состоянии российской армии, - что, мол, нам они не помеха. Надо проанализировать всю эпоху правления Саакашвили, чтобы осмыслить, - была возможность избежать войны или нет. Эта другая тема.

К.У.: Как Вы думаете, заключение пентагоновских экспертов о состоянии и уровне подготовки грузинской армии адекватно Вашей оценке?

Г.К.: Интересно, а кто готовил грузинскую армию? Кто давал рекомендации для укомплектования военных структур? Кто порекомендовал уволить из рядов армии всех старых офицеров, которые имели практический опыт ведения войны и в Цхинвали, и в Абхазии?

Как случилось, что в нашем государстве служба в армии стала социальным приоритетом, а не делом долга перед родиной, - защитить страну и население от врагов внешних и внутренних? Вы не забывайте, что 7 ноября 2007 года в Тбилиси вместе с полицейскими разгоняли митинг оппозиции и избивали манифестантов также и армейские силы, переодетые в форму полицейских.

Я заявляю, что ответственность за это лежит на правительстве США и администрации Буша. Они готовили из грузинских военных не армию для защиты отечества, а патрули в Ираке или в Косово. Когда результат оказался катастрофическим и Пентагону стало не по себе, тогда они написали всю правду о состоянии ВС Грузии. Это должно быть уроком для тех, кто заново начнёт реформировать и развивать грузинскую армию. Стратегическое партнёрство должно быть взаимовыгодно государствам и народам, а не политическим персонам.

К.У.: Какого Вы мнения о парламентской комиссии по изучению августовских событий?

Г.К.: Эту комиссию создали только для политического имиджа. Мол, вот, какие мы герои, а виноваты только рядовые и младшие офицеры. Как вы знаете, в связи с августовскими событиями на 1700 военных заведено уголовное дело. А себя они одарили наградами и большими суммами премий. Псевдооппозиционеры из комиссии не смогут дать отрицательное заключение действиям властей, так как они с властями "одного поля ягода".3

К.У.: Кому была выгодна эта война?

Г.К.: Война как социално-политическое явление - это такое всеобщее бедствие, что трудно определить точно, кому больше всего оно выгодно. Но, анализируя события до и после войны, я прихожу к заключению, что к войне обе стороны готовились долго и серьёзно. Оба государства хотели эту войну. Россия имеет многовековой опыт и большие возможности для ведения войны, а наше правительство просто хотело поиграть в войну и думало мечом добыть осетинскую территорию. Если бы Саакашвили смог это сделать, то в глазах грузинского обывателя он стал бы героем, и долгая политическая карьера была бы обеспечена.

России эта война была нужна, чтобы показать всему миру, кто хозяин на Кавказе, и, в качестве второй задачи, доказать нестабильность и неэффективность кавказского энергокоридора. Российская сторона, пусть и на время, решила свою задачу. Но все равно, в результате, катастрофу получили как мы, так и осетины, абхазы и русские. В итоге, здесь победителей не будет.

Для меня важнее, и до глубины души досадно то, что у нашего руководства нет ни капли чувства сожаления. Я его не вижу. Может быть, мы в Цхинвали и раньше не выигрывали войну, но и противник не был победителем. Когда мы потеряли Сухуми, я несколько месяцев добивался от Шеварднадзе подписания моего заявления об отставке. А нынешние власти Грузии до сих пор ходят как победители, будто ничего не случилось.

К.У.: По-Вашему, - новая война реальна?

Г.К.: Я думаю, что с российской стороны вероятность возобновления боевых действий, не очень велика, - но если они смогут спровоцировать Саакашвили ещё раз и заставят опять сделать ошибочные шаги, то всё может быть. Тогда правда уже будет на их стороне, а правда - это великая сила.

К.У.: Вы готовы сотрудничать с международной следственной комиссией?

Г.К.: Я готов сотрудничать со всеми, кто заинтересован в выяснении правды.

К.У.: Если Ваши материалы и заключения изучит международная следственная комиссия, то, как Вы думаете, на кого будет возложена ответственность?

Г.К.: Ответственность ложится, прежде всего, на главнокомандующего, то есть на президента Саакашвили, и на военное руководство. Кроме ответственности перед законом, есть ещё моральная ответственность перед своей семьёй, перед своим народом и родиной. Но этим господам подобное чувство незнакомо.

К.У.: Вы собираетесь вернуться в политику?

Г.К.: Имея в виду моё физическое состояние, активным политиком я быть не смогу, но, если нормальные политические силы предложат мне сотрудничество, я с охотой соглашусь.

Январь 2009 года

С Гией Каркарашивли беседовал собственный корреспондент "Кавказского узла" Тамаз Имнаишвили.

Примечания:

  1. Заместитель министра иностранных дел России, сопредседатель Смешанной контрольной комиссии (СКК) по урегулированию грузино-осетинского конфликта от российской стороны. (Прим. "Кавказского узла")
  2. Эту деревню осетинские военные формирования обстреливали из огнестрельного оружия и миномётов ещё с первого августа, и в 3-4-х числах уже было несколько погибших и раненых среди гражданского населения, а 7-го село уже было окружено осетинскими военными отрядами и существовала большая вероятность того, что большинство населения грузинской этнической группы могло погибнуть. (Прим. Г.Каркарашвили)
  3. Парламентскую комиссию возглавляет председатель партии "Мы сами" Паата Давитая. Он - генерал-майор юстиции в отставке, бывший министр юстиции Абхазской автономной республики. Леван Вепхвадзе и Ника Лалиашвили - депутаты от партии "Христианские демократы", они считатют себя оппозиционной силой в парламенте. От Национальной партии в комиссию входят председатель комитета по обороне Г.Таргамадзе и заместитель председателя юридического комитета А.Минашвили, депутат Х.Гогоришвили и др. (Прим. Г.Каркарашвили)

Знаешь больше? Не молчи!
Lt feedback banner
Лента новостей

29 марта 2017, 18:37

  • Суд отказал защите журналиста Фармазоглу в проверке его биллингов

    Суд отложил следствие по делу азербайджанского журналиста Фикрета Фарамазоглу на неопределенное время из-за назначенной сегодня экспертизы подписей в материалах уголовного дела. В проверке биллингов обвиняемого, которые, по мнению защиты, могут подтвердить его невиновность, судом отказано.

29 марта 2017, 18:31

29 марта 2017, 18:17

29 марта 2017, 18:02

  • 1 Назначена дата суда по делу имама Велитова

    Московский окружной военный суд назначил на 11 апреля первое заседание по делу имама мечети "Ярдям" Махмуда Велитова, обвиняемого в публичном оправдании терроризма, сообщил его адвокат.

29 марта 2017, 17:59

  • Суд в Махачкале не удовлетворил иск Гасанова о снятии с профучета

    Советский районный суд Махачкалы отказался удовлетворить иск жителя Махачкалы Арсена Гасанова к районному отделу полиции о снятии с профучета. Полицейские продолжают вести профилактический учет по экстремизму вопреки заявлению главы МВД по Дагестану об отмене соответствующих приказов, заявил в суде адвокат Мурад Магомедов.

Архив новостей